В наше время это условие зачастую сохраняется. Правда, срок, в течение которого глава семьи может жить за счет тестя, сократился до двух–пяти лет. С другой стороны, бывает и так, как уже было сказано выше: семья девушки настолько заинтересована в учебе зятя, что определяет ему, дочери и их детям пожизненное содержание.
Наконец, когда все обговорено, приходит время «ирусим», то есть обручения: молодые люди официально объявляются женихом и невестой. В честь этого события устраивается торжественная трапеза, на которую приглашается множество гостей и на которой жениху предлагается блеснуть своим знанием Торы – произнести проповедь, доказывающую его глубокое знание Священного Писания и Талмуда и способность сделать собственные выводы на основе классических комментариев.
В сущности, с момента обручения молодые люди считаются «посвященными» другу другу. И, хотя им еще запрещена физическая близость, обрученные должны вести себя как муж и жена, то есть не обращать внимания на других мужчин и женщин.
Тут стоит остановиться и сказать, что еврейская история, как и история любого народа, знает примеры удивительно пламенной любви, которые вместе с тем разительно отличаются от историй о Тристане и Изольде или Лейли и Меджнуне. Евреи и их традиция куда более лелеют истории сохранения верности, пронесенной женихом или невестой через годы и все испытания. Так, примером истинной любви и преданности полагаются жизнь и судьба рава Лева и его суженой Перл – того самого Лева, которому предстояло войти в историю под именем легендарного Магарала из Праги.
Магарал и Перл обручились в 1522 году, когда девушке было четырнадцать лет. Сразу после этого будущий великий раввин уехал на учебу в различные ешивы Европы и оставался там многие годы. Все это время он переписывался с Перл, тщательно следя за кругом ее чтения и направляя изучение ею Торы.
Судьбе было угодно сложиться так, что будущий тесть Магарала рав Шмуэль Райх неожиданно обеднел. Оставшись без средств к существованию, он сообщил рабби Леву в Познань, что не сумеет выполнить взятые по отношению к нему свои обязательства. А это означает, что жених, соответственно, свободен от своих обязательств и может искать другую невесту. В ответ Магарал прислал отдельно письмо тестю и отдельно невесте, где было сказано: если они согласны его ждать, то, независимо от их бедности или богатства, сватовство остается в силе.
Лишь в 1543 году Магарал вернулся в Прагу и сочетался браком со своей Перл. За все эти годы и он, и она, согласно легенде, хранили верность друг другу. Брак же их оказался поистине счастливым: Магарал нашел в Перл не только супругу, но и самого близкого друга, и строгого редактора своих книг. Знатоки Торы любят подчеркивать, что своим блеском, глубиной и ясностью мысли сочинения Магарала, вошедшие в духовную сокровищницу еврейского народа, во многом обязаны преданно любившей его жене.
Это вовсе не значит, что рав Магарал не испытывал, будучи оторванным от своей возлюбленной, каких-либо соблазнов. Талмуд вовсе не связывает святость с подавленным либидо:
«У великих людей – великие соблазны…», – говорится в нем. Причем, как подчеркивают еврейские мудрецы, речь в данном случае идет, прежде всего, о сексуальных влечениях.
Кстати, весьма любопытна, на наш взгляд, знаменитая талмудическая история о раввине, который боролся со своими страстями:
«Несколько пленниц были выкуплены и привезены в Негердию ночью, где их поместили на чердаке – в доме рабби Амрама Благочестивого. Одна из женщин проходила над входом, и сияние ее красоты поразило рабби. Он схватил лестницу, которую было не поднять и десяти мужчинам, и подставил ее ко входу.
Рабби начал взбираться на чердак, но все же заставил себя остановиться и закричал: «Пожар в доме рабби Амрама!». Прибежали ученики, и нашли его на лестнице. Они сказали:
«Ты заставил нас пристыдить тебя (ибо мы видели, что ты собирался сделать…)».
Рабби же ответил:
«Лучше вы пристыдите Амрама в этом мире, чем вам будет стыдно за него в мире грядущем».
О необычайно высоком смысле, который вкладывается в обряд обручения, свидетельствует хотя бы то, что каждый день, надевая утром тфилин*, религиозный еврей произносит слова, напоминающие о том, что сам Всевышний, Творец мира обручился с народом Израиля:
«…и обручусь Я с тобой навеки, и обручусь Я с тобой по правде, по закону, по милости и милосердию, и обручусь Я с тобой верой – и ты познаешь Господа».
История затянувшегося сватовства Магарал и Перл носит исключительный характер (стоит вспомнить, что и речь в ней идет об исключительных людях). Обычно между сватовством и свадьбой у евреев проходит всего несколько месяцев. В течение же этого времени жениху и невесте предоставляется возможность поближе узнать друг друга, хотя все их встречи проходят в присутствии и под пристальным наблюдением старших или младших членов семьи. Делается это для того, чтобы молодые не дали до свадьбы волю своим желаниям и чтобы первая брачная ночь была действительно их первой ночью во всех смыслах этого слова.
Ах, эта свадьба… по-еврейски
День свадьбы, как правило, тщательно подбирается за несколько месяцев до нее матерями жениха и невесты – помимо многочисленных приготовлений нужно еще и рассчитать этот день так, чтобы накануне у невесты кончились месячные и она отсчитала бы после них семь «чистых дней». Последнее обстоятельство необычайно важно: во время месячных женщина считается находящейся в состоянии ритуальной нечистоты и с ней запрещено вступать в интимную близость (нам еще предстоит подробный разговор на эту тему). Окончательно очистившейся она считается только после того, как окунулась в микве* – ритуальном бассейне. Короче говоря, чтобы молодые смогли успеть насладиться друг другом, день свадьбы не больше, чем на один день должен отставать от завершения месячных у невесты.
Кроме того, свадьба не может прийтись на первые 32 дня «счета по Омеру», который начинает вестись после первого дня праздника Песах; три недели траура (они установлены в память о разрушении Храма) и, само собой, на Судный День*. Многочисленные ограничения, связанные с повседневной деятельностью и накладываемые на евреев в субботу и праздники, также делают эти дни непригодными для свадьбы. Словом, расчет дня будущей свадьбы – это совсем непростая еврейская наука.
…Но вот, наконец, день свадьбы выбран. Согласно указаниям еврейских мудрецов, он подобен для жениха и невесты Судному Дню – при условии соблюдения всех полагающихся заповедей в этот день им прощаются все грехи, и «брачующиеся» как бы начинают свою жизнь заново.
Вот почему в субботу, предшествующую свадьбе, жених непременно отправляется в синагогу и «поднимается» к Торе, то есть приглашается к ее свитку во время публичного чтения. Как только он сам или заменяющий его кантор заканчивает читать Тору, со всех сторон раздаются поздравления и добрые пожелания, а жениха начинают закидывать конфетами, как в день его бар-мицвы – совершеннолетия.
Вечером перед свадьбой невеста отправляется в микву, где очищается от ритуальной нечистоты, и сразу после этого у нее в доме начинается «девичник» с подругами.
В Израиле в наши дни невесте дают в микве специальную справку о том, что она совершила омовение. Этот документ предъявляется в качестве доказательства проводящему свадебную церемонию раввину, и без него он эту церемонию ни за что не начнет, так как ему необходимо быть уверенным, что невеста ритуально чиста.
Но еще за день до этого и жениху, и невесте предстоят весьма деликатные беседы, призванные служить делу их сексуального просвещения.
С невестой такую беседу обычно проводит «раббанит» – жена раввина.
– Послушай, милая, – ласково говорит раббанит девушке, в чьих глазах мелькает испуганный огонь, – главное – ничего не бойся и помни: он – твой муж, твой супруг. Ты не должна стесняться его в тот час, когда он начнет раздевать тебя. А если он этого не сделает, то тебе нужно будет раздеться самой. Вы должны в эту ночь доставить истинное наслаждение друг другу, понимаешь?! Может случиться так, что первая близость принесет тебе боль, но не волнуйся: боль эта будет длиться недолго. Что говорят священные строки нашей изумительной «Песни песней»?
– Большие воды не могут потушить любви, – шепчет девушка, словно повторяя сладостно заученный урок, – и реки не зальют ее…
– Правильно, – соглашается раббанит. – И еще там сказано в назидание всем влюбленным: «Я принадлежу возлюбленному моему, а возлюбленный мой – мне…»
…Несмотря на то, что характер отношений между мужчиной и женщиной в религиозных семьях не скрывается, для многих девушек из таких семей подробности интимных отношений звучат как откровение: они впервые узнают о том, КАК ИМЕННО это делается, перед свадьбой, и многих это нередко повергает в состояние шока.
