Читаем без скачивания Девственница - Джуд Деверо

- Он наш принц, - чеканно произнес Ксант, - наш ланконский принц. Мы провезем его кареты через ворота.

Ксант повернулся и начал отдавать приказания воинам и крестьянам.

Улыбнувшись Лоре, Руан пожал плечами и вскочил на коня.

- Похоже, я был прав, решив открыть эти старые ворота. Ну, дорогая сестра, добро пожаловать в наше королевство.

- Принцесса, если не возражаешь, - смеясь ответила Лора.

Руан и Лора въехали в город. По обеим сторонам от них, склонив головы, неподвижно стояли воины мужского и женского отрядов. Руан разглядывал их лица, надеясь увидеть Джуру, но ее не было.

Перед старой каменной крепостью Руан помог Лоре слезть с коня.

- Пора встретиться с отцом? - спросил он, и Лора кивнула.

Глава 4

Джура была одна на поле, где располагались мишени для метания копья и стрельбы из лука, песчаные площадки для борьбы, дорожки для бега и преграды для прыжков в высоту. Все остальные девушки из отряда бросились в город, когда прискакавший гонец объявил, что приехал новый принц.

- Принц! Ха! - буркнула Джура, бросила копье в мишень и попала в самую середину. Этот англичанин хочет занять место на троне, которое по праву должно принадлежать ее брату. Ее утешала мысль, что все ланконцы считают так же. Это была единственная вещь, которая объединила все племена: англичанин не должен стать их королем.

Услышав шорох за спиной, Джура повернулась. Кончик ее копья застыл у горла Дайри.

- Слишком поздно, - улыбаясь произнес он. - Я давно мог застрелить тебя из лука. Тебе не следует оставаться здесь одной, без охраны.

- Дайри, о Дайри! - вскрикнула Джура и обвила руками его шею. - Я так по тебе скучала.

Она хотела прикоснуться к нему, обнять, поцеловать и избавиться от воспоминаний о мужчине у реки. Прошлой ночью она проснулась в холодном поту, и ее единственная мысль была об этом чужеземце - мужчине, которого она никогда раньше не видела. Наверно, он крестьянин, дровосек, возвращавшийся домой к жене и детям.

- Поцелуй меня, - попросила она.

Дайри поцеловал ее, но это совсем не походило на поцелуй того мужчины в лесу. В ней не вспыхнуло ни обжигающего желания, ни безудержной страсти. Она приоткрыла рот и просунула язык ему между губ.

Дайри отпрянул и нахмурился. Он был красивый, темноглазый, с высокими скулами. Но не так красив, как тот мужчина в лесу, невольно подумала Джура.

- Что случилось? - строго спросил Дайри. Джура опустила руки и отвернулась, чтобы он не увидел, как она покраснела.

- Я соскучилась по тебе, вот и все.

Дайри молчал так долго, что она обернулась и взглянула на него. Они выросли имеете. Дайри был из племени вательцев. Во время одной из стычек отец Дайри убил отца Джуры. Тал убил отца Дайри, и тогда на него с палкой и сломанным копьем бросился двенадцатилетний мальчик. Тал перекинул мальчика через седло и увез в Эскалон. Поскольку мать Джуры умерла двумя неделями раньше, Тал стал присматривать за всеми тремя: своим сыном Джералтом, Джурой и Дайри. Джуре тогда было всего пять лет. Потеряв сразу обоих родителей, она чувствовала себя такой одинокой, что сразу вцепилась в высокого, молчаливого мальчика. С годами их привязанность друг к другу только росла. Но хотя Джура провела с ним большую часть жизни, она не могла сказать, что хорошо знает его.

- Он приехал? - спросила Джура, чтобы переменить тему.

- Да, - тихо ответил Дайри, все еще пристально глядя на нее.

- И народ не освистал его?

- Он открыл ворота Святой Елены. Джура расхохоталась.

- И сколько ему понадобилось лошадей? Тал, наверно, рассердится, когда услышит, что его трусливый сын...

- Он открыл их просто руками. Джура уставилась на Дайри.

- Он решил открыть ворота, чтобы провезти через них кареты с багажом. Он приказал таранить ворота бревном, но это не помогло, и тогда принц Руан уперся в них руками и стал молить Бога помочь ему. И ворота открылись.

Джура от изумления не могла прийти в себя. Существовала легенда, что, когда появится настоящий король Ланконии, ворота сами откроются перед ним.

Наконец она собралась с мыслями.

- Никто никогда не пытался открыть ворота. Они просто проржавели. Бревно повредило замок, и когда англичанин толкнул их, они открылись. Это ясно каждому.

- Ксант встал перед принцем на колени. - Ксант? - переспросила Джура. Ксант? Который смеялся при одном упоминании об англичанине? Тот самый Ксант, который слал сообщения, что англичанин дурак?

- Он склонил перед ним голову и назвал принцем.

И все войско, и весь народ, который там был, сделали то же самое.

Джура отвела взгляд.

- Тем хуже. Крестьяне суеверны, но о воинах я думала лучше. Мы должны убедить их, что это были всего лишь старые, ржавые ворота. Талу уже рассказали?

- Да, - ответил Дайри. - Они сейчас у него.

- Они?

- Принц Руан и его сестра с сыном. Джура была ошеломлена. Выходит, она осталась единственным здравомыслящим человеком. Неужели ланконцы готовы все забыть только потому, что открылись какие-то ржавые ворота? Нет, Дайри, во всяком случае, согласится с ней.

- Мы должны убедить Тала, что королем должен стать Джералт.

Вдруг Дайри резким движением схватил Джуру за волосы и намотал их на руку, заставляя подойти к нему почти вплотную.

- Дайри, - вскрикнула Джура. Она не была готова к такому выпаду. Рядом с ним она позволяла себе забыть об осторожности: она доверяла ему.

- Ты моя, - прохрипел Дайри. - И я ни с кем не собираюсь делить тебя.

Бешенство в его глазах испугало ее.

- Что случилось? - прошептала Джура. - Что сделал этот Руан?

- Возможно, ты можешь ответить на это лучше, чем я.

Она оправилась от испуга. В левой руке она все еще держала копье и теперь ловко уперлась его острием ему под ребро.

- Отпусти меня, или я проделаю в тебе дыру. Дайри так же внезапно отпустил ее и улыбнулся, но Джура осталась серьезной.

- Объясни, в чем дело. Дайри пожал плечами.

- Может влюбленный немного поревновать?

- Поревновать к кому? - обиженно спросила Джура.

Он не ответил. Джуре не нравилось, что он улыбался одними губами, а глаза его оставались серьезными. Они провели вместе столько лет, что он умел читать ее мысли. И теперь по их первому поцелую он понял, что что-то произошло.

Джура попыталась улыбнуться.

- У тебя нет повода ревновать.

- Идем, - сказал наконец Дайри. - Разве ты не хочешь посмотреть на нового принца?

Она с облегчением вздохнула. Неприятная сцена закончилась.

- Я скорее в одиночку пойду в лагерь ултенов. Дайри снова странно посмотрел на нее.

- Возвращайся, - сказала Джура. - Тал ждет тебя. Каждый должен засвидетельствовать свое почтение этому белокурому англичанину.

Дайри не двинулся с места.

- Я слышал, что вечером будет пир.

Джура метнула копье и попала точно в красный кружок.

- Не думаю, что я к вечеру проголодаюсь. Иди, мне нужно тренироваться.

Дайри хмуро посмотрел на нее, словно пытался разрешить какую-то загадку. Потом повернулся и, ни слова не говоря, направился к городу.

Джура со злостью выдернула копье из соломенной мишени. "Он вел себя слишком странно для возлюбленного", - подумала Джура. Она обняла его, а он оттолкнул ее руки, а через минуту дернул за волосы и сказал, что ревнует. Почему он не выразил свою ревность в поцелуях? Почему не обнял ее?

Джура бросала копье снова и снова. Она хотела сильнее устать за день, чтобы потом, ночью, у нее не осталось сил вспоминать, как тот мужчина гладил ее ноги или как прижался губами к ее губам... Она тряхнула головой, метнула копье и промахнулась.

Черт бы побрал этих мужчин! Один дергает ее за волосы, другой гладит бедра, а в это время англичанин собирается завладеть всей Ланконией. Она снова метнула копье и на этот раз попала в самую середину.

***

Руан замешкался перед дверью в комнату отца, чтобы отряхнуть с одежды дорожную пыль. У него не было времени переодеться. Ему передали, что Тал не может ждать и хочет видеть его немедленно.

Дом был грязный и запущенный. Постучав нога об ногу, он расправил плечи и толкнул тяжелую дубовую дверь. В комнате было темно, и глаза Руана не сразу стали различии, очертания предметов.

Тал лежал на груде грубых меховых шкур. Он был необычайно высок, по крайней мере на четыре дюйма выше Руана, и, в отличие от него, более худощав. Возможно, его лицо когда-то было красивым, но сейчас оно все было покрыто шрамами - следами минувших боев. Руан легко представил, как отец, сидя на боевом коне, размахивает над головой мечом и ведет своих воинов в победный бой.

- Подойди ко мне, сын мой, - глухо прошептал Тал. - И сядь рядом.

Стараясь скрыть волнение, Руан приблизился и сел на край его постели. Все эти годы он не щадил себя на тренировках, чтобы отчеты его учителя доставили радость этому человеку. И теперь он беспокоился, что отец будет разочарован, увидев белокурого, бледнолицего сына.

Тал протянул израненную, но все еще сильную руку и прикоснулся к щеке сына. Темные глаза старика увлажнились.