Матросы «Нахимова» позируют фотографу, сидя верхом на утлегаре. Хорошо видны винтовые талрепы штагов.
15 августа «Адмирал Нахимов» (флаг П.Н.Назимова), «Адмирал Корнилов», клиперы «Крейсер», «Джигит» и канлодка «Бобр» вышли из Владивостока в Петропавловск-Камчатский, чтобы принять участие в ежегодных торжествах в память героической обороны города от англичан и французов в 1854 году. Из-за небольшого запаса угля на клиперах часть пути в 1 590 миль пришлось вести их на буксире: «Джигит» у «Нахимова», «Крейсер» у «Корнилова». Эскадра прибыла в самый восточный порт империи 22 августа, за двое суток до начала праздника. В этом походе решались и другие важные задачи, связанные с обеспечением охраны котиковых промыслов и демонстрацией флага в отдаленных портах, где до этого не видели ни одного русского боевого корабля. Рандеву всем судам Назимов назначил в Корсаковском порту на южной оконечности Сахалина, куда «Нахимов» прибыл 4 сентября. Спустя четыре дня флагман перешел в Дуэ, где его настигло сообщение о холере во Владивостоке. В связи с карантином порт закрыли, приостановив в нем все работы. Пришлось «Нахимову» почти две недели провести в море, переходя из одной бухты в другую, и только 21 сентября он бросил якорь на рейде Владивостока. На пути из бухты Америка крейсер встретил свежий попутный ветер и крупную зыбь, так что пришлось для уменьшения бортовой качки (размахи доходили до 33 градусов на борт) принять 250 т воды в междудонное пространство.
Дальнейшие действия русских кораблей в Тихом океане были продиктованы необходимостью обеспечивать морское путешествие наследника престола Николая Александровича на Дальний Восток, которое началось 19 октября из далекого средиземноморского порта Триест на борту недавно вошедшего в строй броненосного крейсера «Память Азова». Первым на встречу 11 октября вышел «Адмирал Корнилов», соединившийся с отрядом будущего царя в Бомбее. «Нахимов» же 25 октября отправился в Иокогаму и Йокосуку (вице-адмирал Назимов перенес флаг на канлодку «Бобр») для ремонтных работ, которые не мог выполнить Владивостокский порт (например, из-за отсутствия конопатчиков во Владивостоке нельзя было даже проконопатить палубу). 9—12 декабря крейсер перешел в Нагасаки, пробыв в отдельном плавании 48 суток. Двое суток принимали 1192 т угля, и в ночь на 15 декабря на стеньге «Нахимова» снова взвился флаг вице-адмирала П.Н.Назимова.
Вверху: «Нахимов» в сухом доке порта Нагасаки, около 1890 г. Носовое украшение частично демонтировано.
Внизу: У берегов Японии, 1890 г. На заднем плане — крейсер «Адмирал Корнилов».
12 января 1891 года крейсер вышел в море, чтобы перед приходом в Сингапур — место встречи наследника — зайти в Манилу (18–25 января), куда также намеревался нанести визит «высочайший путешественник». Флагман прибыл в Сингапур 30 января в 14 часов 30 минут, а 31-го в 17 часов, закончив погрузку 849 т угля, вышел на внешний рейд, где 18 февраля Тихоокеанская эскадра в составе «Адмирала Нахимова», «Джигита», канлодок «Кореец» и «Манджур» флагами расцвечивания и салютом встречала «Память Азова» и сопровождавшего его «Владимира Мономаха». («Адмирал Корнилов» 23 января был вынужден отправиться в Крым с заболевшим братом Николая Георгием Александровичем на борту.) Усиленная русская эскадра под общим командованием П.Н.Назимова по пути в Японию посетила Батавию, Бангкок и Гонконг, прибыв в Нагасаки в начале апреля. Начавшееся 25 апреля в Кобе сухопутное путешествие наследника по Японии спустя четыре дня было прервано покушением на него в Киото, после чего русские корабли спешно ушли во Владивосток и 11 мая бросили якоря в бухте Золотой Рог. После завершения этой миссии «Адмирал Нахимов» получил приказ возвращаться на Балтику для ремонта.
В обратный путь через Сингапур, Коломбо, Суэцкий канал и Шербур крейсер отправился в июне, а уже 17 сентября его встречали в Кронштадте. За трехлетнее плавание он прошел около 19 000 миль, не испытав при этом ни одной серьезной поломки или аварии механизмов. Совершив еще короткий поход в Копенгаген, корабль 28 октября стал в Константиновский док для восстановления днищевого набора и обшивки корпуса. В ходе работ пришлось заменить по шесть листов наружного и внутреннего слоев горизонтального киля (4,2 т), 16 листов наружной обшивки (до 12 т), 60 бракет междудонного пространства (5,7 т), около 90 обделочных угольников по шпангоутам, стрингерам и килю (6,4 т), 4 «гребня» тавровой стали наружного вертикального киля и 8 полос Z-образной стали (0,28 т), крепивших чаки деревянной обшивки, до тонны стыковых планок и прокладок наружной обшивки. Доковые работы завершились 1 июня 1892 года. В соответствии с первой официальной классификацией, введенной приказом по Морскому ведомству 1 февраля 1892 г., «Адмирал Нахимов» стал крейсером 1 ранга.
В январе 1892 года за плавание с цесаревичем капитан 1 ранга Федотов, капитан 2 ранга Родионов и ряд других офицеров «Адмирала Нахимова» получили высочайшие награды.
Ремонт в кронштадтском Константиновском доке, конец 1891 г.
Визиты и походы
Во второе заграничное плавание крейсер под командованием капитана 1 ранга Лаврова 2-го вышел из Кронштадта 21 мая 1893 года. Хотя путь его снова лежал на Дальний Восток, «Адмирал Нахимов» после захода в Портленд (Англия) и на Азорские острова сначала пересек Атлантический океан, прибыв 20 июня в Нью-Йорк. 25-го числа из Бостона туда же вернулась эскадра вице-адмирала Н.И.Казнакова (броненосный крейсер «Дмитрий Донской» и бронепалубный «Рында»), приглашенная правительством США на торжества по случаю начала всемирной выставки в Чикаго, посвященной 400-летию открытия Америки. Адмирал произвел смотр прибывшему кораблю и отметил, что, несмотря на скорый, почти без остановок, переход крейсер находится «в полном порядке и исправности, команда его имеет здоровый вид». Последним в Америку прибыл броненосец «Император Николай I». Эскадра посетила Ньюпорт, а 28 июля вышла из Нью-Йорка в океан. На следующий день по сигналу адмирала «идти по назначению самостоятельно» корабли разделились: «Рында» пошел в Кадис под парусами, «Император Николай I» — в Лиссабон, «Адмирал Нахимов» — в Гибралтар (оба с заходом на Азорские острова), а «Дмитрий Донской» с вице-адмиралом Казнаковым — через Англию и Данию на Балтику.
На переходе к о. Файял на «Нахимове» произвели проверочные стрельбы из 1 52-мм орудий (компрессоры и станки действовали исправно, откат орудий был нормальный) и различные учения. При постановке в помощь машине (4 работающих котла) парусов число оборотов гребных валов увеличилось с 50 до 55.
2 августа с утра погода испортилась, ветер усилился до 8 баллов, и пришлось взять 4 рифа на марселях и 2 у грот-триселя, а также ввести в действие пятый котел. 6-го числа при устойчивом зюйд-весте в галфвинд поставили марсели, брамсели, фор-стень-стаксель и грот-трисепь, и на следующий день стали на рейде Хорта о. Файял, приступив к погрузке угля. Спустя три часа на рейд вошел «Дмитрий Донской», и капитан 1 ранга Лавров на вельботе отправился с докладом к вице-адмиралу Казнакову.
9 августа, закончив приемку угля, «Нахимов» ушел в Гибралтар, пройдя 1250,5 мили за 5 суток со средней скоростью более 10 узлов. Переход был сделан при столь благоприятной погоде, что на ходу даже произвели окраску крейсера и привели его в надлежащий порядок для предстоящей представительской службы в европейских водах. В это время в Петербурге готовился дружеский визит русской эскадры во Францию в ответ на приход в Кронштадт французских кораблей в 1891 году. Обе страны тогда заключили соглашение о взаимной помощи на случай войны, которое спустя год закрепили военной конвенцией. Визиту придавалось большое значение: сближение с Францией, имевшей базы на побережьях Африки и Юго-Восточной Азии, упрочало положение русских морских сил на Тихом океане, намного облегчая трудности длительных переходов между Балтикой и Дальним Востоком. В печати то и дело появлялись статьи с оценками морских сил нового союза, которому на Балтике противостоял германский флот, а на Средиземном — итальянский и австрийский. Поэтому и состав эскадры, которую должен был возглавить крейсер «Память Азова», вышедший с Кронштадтского рейда 21 августа под флагом контр-адмирала Ф.К.Авелана, выглядел внушительно: эскадренный броненосец «Император Николай I», броненосный крейсер «Адмирал Нахимов», бронепалубный крейсер «Рында» и черноморская канлодка «Терец».
Местом сбора эскадры назначили испанский порт Кадис. И надо же было такому случиться, что «Адмирал Нахимов», без каких-либо повреждений дважды пересекший Атлантику, в спокойной гавани Кадиса умудрился столкнуться с «Памятью Азова», потеряв бушприт. Повреждение сочли не таким серьезным, чтобы возвращать крейсер на Балтику для ремонта, и он продолжил кампанию, хотя без бушприта его короткий корпус с высокими мачтами выглядел довольно нелепо. (На известном рисунке художника А.Боголюбова, посвященном приходу русской эскадры в Тулон, «Адмирал Нахимов» ошибочно изображен с бушпритом.) Уже на Дальнем Востоке на место утраченного временно установили короткий однодревный бушприт.
