— Вы правда поможете? — подняла голову Маша, в глазах которой засветилась робкая надежда.
— Делов-то! Только мне, чур, самый последний том, в котором сто страниц, — ответила Женя, — и шефу скажи: пусть не ленится и прописывает дату прямо на этапе распечатки, и поверх этого уже ставит печать утверждения.
— Спасибо, девочки! — Мария прижалась к плечу Жени и улыбнулась.
— Покурим? — Вика потянула Лену с собой, я тоже пошла с ними. Девочки ушли к себе. Мы направились к курилке.
— На Женю не обращай внимания, она зубастая, но добрая, — объясняла по дороге Лена.
— Пффф, — фыркнула Вика, — она зубастая, потому что спит с твоим Горынычем.
— Ну и пусть спит, мне что жалко? Кара, тебе жалко? — обратилась блондинка ко мне.
Я не знала, что ответить, поэтому пожала плечами. Мне было не то что жалко. Я резко разозлилась, и в первую очередь на себя. Уже напридумывала о нём, а он такой же, как и все мужчины. Да и вообще, чего это я так разозлилась? Ну спит с секретаршей — и пусть спит, имеет право: он свободный взрослый мужчина. Пусть делает, что хочет, меня это не касается никаким боком. Какое мне дело, кто с кем спит.
Дура я, повелась на смазливую мордашку и заботу. Дура как есть.
Девочки покурили, и мы вернулись на свои рабочие места. Я ушла к себе и до самого вечера, не поднимая головы, разгребала документацию. Чистила компьютер от ненужных файлов предыдущего ассистента и делала заметки на завтра. Маша принесла две огромные книги формата А4. Блондинка показала мне, что на каждой странице стояла печать «Утверждено» и внизу нужно было вписать дату 21 апреля этого года. Мы занялись заполнением. За час управились, и после Лена скинула мне расписание дел начальства. Изучила его. Ивар Маркович так и не вернулся в офис, так что ровно в шесть вечера я выключила компьютер и направилась домой.
— Карина Викторовна, — окликнул меня представительный мужчина с сединой на висках. Я как раз набирала код от подъездной двери.
— Здравствуйте, — подошла настороженно к незнакомому мужчине, который стоял возле моего подъезда, небрежно облокотившись на дорогущую иномарку.
— Меня зовут Аристарх Григорьевич, я от Влада, он просил передать ваш паспорт и договор. — Мужчина протянул мне прозрачный файл, внутри которого лежали документы, — там же моя визитка. По всем вопросам связывайтесь со мной. Влад улетел, и вряд ли у него будет время ответить вам.
— Хорошо, спасибо, — забрала свои документы.
— Берегите себя, Карина, — по-отечески улыбнулся Аристарх. — Звоните при любых экстренных ситуациях, не бойтесь. Я обязательно вам помогу.
Мужчина запрыгнул в чёрную машину и лихо выехал со двора. Проводила взглядом удаляющуюся машину и направилась к себе. Аристарх показался мне немного странным. Какие экстренные ситуации он имел в виду? И почему, даже если гипотетически предположить, что такие ситуации возникнут, он решил, что я обращусь к совершенно незнакомому человеку? Пожала плечами и выбросила ситуация из головы — как говорится, будет день, будет пища.
Зайдя в квартиру, бросила сумку с документами на диван, включила телевизор и пошлёпала тискать котика.
«Сегодня на бизнесмена Алексея Тёмного было совершено покушение», — услышала я голос диктора краем уха. Замерла в оцепенении и, прижав котёнка, бегом подбежала к экрану, напряжённо уставившись на плазму в ожидании подробностей.
«Неизвестный оставил взрывчатое вещество в кабинете учредителя ПАО «ЮграНефтеПром». Самого Алексея Владимировича в кабинете не было, как и остальных сотрудников. По кадрам, что успели заснять очевидцы, можно увидеть, что из-за взрыва выбило окна, пострадал фасад офиса и здание напротив…»
Я практически не слушала дальше, сжимая в руках тёплое маленькое существо. Да, мы тяжело расстались с Алексеем, но я никогда не желала ему зла. И уж тем более не желала ему смерти от взрывного устройства в собственном кабинете. Слава богу, он не пострадал. Тяжело поднявшись, я направилась в душ. Стоя под струями горячей воды, смывала негатив, накопившийся за сутки. И вроде день был не особо трудным, скорее суматошным, пришлось слишком много всего запомнить и быстро реагировать. После того, как приняла душ и съела остатки вчерашнего ужина, я перебрала гардероб и приготовила для поездки небольшой чемодан. Положила в сумку оба паспорта, договор убрала в комод. Разложила всё по своим местам. Написала список того, что нужно докупить. Созвонилась с подругой, попросила присмотреть за Ириской, пока буду в отъезде, и отправилась спать. Котёнок тут же улёгся под бочок, и своим тарахтением отправил меня в царство Морфея.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Алексей Викторович Тёмный, aka Алистер Кроули.
— Шеф, Ивар просит его принять. У него не назначено, но он сказал, что дело важное и вы его примите. — Миша, мой ассистент, секретарь и просто правая рука, замер возле двери в ожидании моего решения.
— Пригласи, — кивнул секретарю, и откинулся на спинку кресла.
Интересно, что нужно желторотому? Мы не пересекались с драконами со времён испанской инквизиции. Каждый из нас занял свою нишу, мы довольно мирно поделили континенты и страны, и не лезли в дела друг друга.
Дверь открылась, и в кабинет зашёл дракон. Он обвёл взглядом мою вотчину и, не спрашивая позволения, уселся в кресло в углу кабинета, вальяжно развалившись.
— Привет, Ивар. Какая неожиданность привела тебя ко мне? — я поднялся, захватил пару бокалов и бутылку коньяка, и направился к мужчине.
— Пришёл посмотреть на того, кто испоганил жизнь бедной сироте, — злобно ответил он.
— Уточни, о какой сироте речь? — разлил по бокалам янтарную жидкость и уселся рядом.
— Я не буду пить с тобой. Я пришёл убить тебя, — Ивар смахнул предложенный бокал и подался вперёд. — Только ответь на один вопрос. Зачем? Зачем ты женился на ней и держал возле себя больше пяти лет?
Я рассмеялся. Убить меня не так-то просто, и дракону одному не справится с поставленной задачей. А последний вопрос внёс ясность в разговор.
— Ты же говоришь про Карину? Я любил её, и люблю до сих пор, — ответил холодно. — И ты не посмеешь сделать её очередной жертвой своей идеи-фикс вернуться домой! Твой дом здесь, смирись уже, и не смей лезть к Карине.
— Она рассказала, что ты держал её в золотой клетке. Запрещал выходить из дома, запрещал строить свою жизнь. А когда она забеременела, ты отвёз ее на аборт. Она верила тебе, она любила тебя. Ты был для неё всем. Как ты мог предать беззащитную, одинокую девушку, которая полностью зависела от тебя? — Ивар навис надо мной. Его руки, шея и часть лица полностью покрылись чешуей.
— Я пытался уберечь её от таких, как ты. Пытался спрятать от иного мира и охотников, которые выслеживали её с самого рождения. Сядь. Ты слышал историю с её стороны, послушай теперь мою версию событий, — ответил спокойно на яростные обвинения дракона.
Ивар взял себя в руки и сел обратно.
Я глубоко вздохнул и сжал кулаки до побелевших костяшек. Я не соврал дракону. Я действительно до сих пор люблю Карину. Стараюсь свыкнуться с тягучей болью внутри сердца, которая поселилась там с момента её ухода. Но пока безуспешно. Она тянет, как фантомная боль от ампутированной конечности — вроде ноги нет, а боль осталась…
Сделал глоток коньяка, покатал по нёбу и посмотрел на золотого дракона.
— Я встретил её семь лет назад. Она училась на третьем курсе педагогического университета. Я был благотворителем этого университета, спонсировал некоторые проекты. Меня пригласили на Сретенский бал — ректор университета решил возродить традицию дворянства, когда молодых девушек выводили в свет в феврале, после праздника Сретения. Я и не собирался идти, дел было по горло, но ректор забросал письмами и звонками, объясняя, насколько важно для студентов будет моё присутствие. И что на балу планируется фуршет для участников, а это довольно затратное мероприятие.
Бал получился действительно неплохим. Девушки пришли в длинных платьях и перчатках до локтей, с красивыми причёсками. Юноши были в строгих костюмах и коротких белых перчатках. На меня словно пахнуло духом царской России.
