библиотеки.
— Хорошо, — киваю женщине.
Мы с Кристиной прячем свои пропуска и проходим к рядам с высокими стеллажами и партами. Кристина скрещивает руки на груди и смотрит на меня с высоты своего роста, а я улыбаюсь и сажусь за парту, под заинтересованный взгляд Кристины.
— Иногда, я работаю за этим столом, готовлюсь к семинару по истории… — оглядываюсь по сторонам, — И неожиданно вижу на какой-нибудь из полок эту книгу с зеленым бархатным корешком и золотыми и красными узорами.
— Зеленая обложка… — Кристина задумчиво оглядывает стеллажи, потирая подбородок, потом переводит взгляд на меня и садится рядом со мной… — Есть определенная зависимость, когда ты ее видишь, Мел? — глаза Кристины загораются азартным блеском, она улыбается очень заговорщицкой улыбкой, да и во мне уже во всю бурлит азарт. Я хочу опять найти эту загадочную книгу и выяснить ее секреты.
— Должно быть… — отклоняюсь на спинку стула, скрещиваю руки на груди, а потом указательным пальцем касаюсь свои губ, немного. Я всегда так делаю, когда задумываюсь. — Я в те моменты сильно погружена в процесс обучения, а потом… — прерываюсь, потому что вижу, как Кристина сосредоточенно смотрит на мои губы, точнее на мой палец, что касается нижней губы… Ой, наверное, это у меня такой детский жест, и не гигиенично. Опускаю руку. — А потом я перевожу взгляд и замечаю ее. Беру в руки, немного даря себе отдых, и читаю разные истории.
— Ясно… Значит… сейчас мы вряд ли ее найдем, — Кристина задумается о чем-то… — Мелани, — Кристина оборачивается ко мне, — можно ли тебя попросить… если ты опять увидишь эту книгу, скажи мне…
— Хорошо, — мне кажется, что Кристина что-то не договаривает… Интересно… Что это за книга такая… И почему интересует Кристину…
Я слишком долго изучаю взглядом Кристину, задумавшись, и вижу, как она озадаченно смотрит на меня. Ой… Я и забыла, что у бедняжки социофобное расстройство…
— Идем в нашу комнату? — спрашиваю Кристину, вижу, как она кивает мне, немного посматривает на меня с подозрением, или как это трактовать. Ох, я очень шустрая, нужно унять свой пыл, чтобы не пугать Кристину.
— Значит… ты увлекаешься историей, Мэл… То есть… — Кристина улыбается, пропуская меня вперед, распахивая массивные двери библиотеки, — то есть… ты так серьезно занимаешься историей…
— Получается, что так, — пожимаю плечами и немного отворачиваюсь. Ну вот, я опять краснею, просто приятно, когда так хорошо отзываются о моем увлечении.
— Лекарь, аптекарь… Еще и историк, — Кристина так тепло смотрит на меня, шагая рядом по пустому темному коридору.
— Да, согласна… это что-то несочетаемое, — тоже улыбаюсь. — Моя сестра Мерианна такая же, в смысле, сочетает разные таланты, особенности. Она очень хороша в математике, но и вышивает прекрасные украшения… — выдыхаю, вспоминаю, как я соскучилась по сестре. — А чем ты увлекаешься, Кристина? Какой у тебя талант? — смотрю на нее, замечая на секунду, как она хитро закусила губу.
— Ну… скажем так… Я люблю раскрывать тайны, — говорит, прокашливаясь.
— Ну, это я уже поняла… Ты просто обязана найти нашу загадочную книгу… — ох, «нашу», я как-то слишком навязываюсь Кристине в подружки.
Мы забегаем в наш корпус, сворачиваем в длинный коридор женского крыла, и в Кристину влетает какая-то девушка и, ойкнув, падает на пол. Успеваю разглядеть в ней Новали.
— Все в порядке? — спрашивает Кристина, а Новали кивает и поправляет свои волосы, приглаживая их, все также сидя на полу, растерянно смотрит по сторонам… И ее платье задралось до колен, обнажив белые чулки с голубыми бантиками…
— Простите меня пожалуйста, — все так же сидит Новали на полу. — Я просто испугалась, — смотрит так жалостно на Кристину.
— Тебе помочь, Новали? — спрашиваю девушку, и мне на миг становится страшно, ее ведь что-то напугало. Наверное мы…
— Угу, — кивает и тянет руку… Кристине…
Но Кристина мешкается и не двигается. Ох! У нее же социофобное расстройство!
— Все хорошо, Новали, — успокаиваю, как могу, и перехватываю руку новенькой, тяну ее вверх, поднимая. Кристина же не может касаться людей.
— Ой, больно! — всхлипывает Новали, потирая свое запястье… Неужели я так сильно ее тянула вверх… — У тебя крепкая хватка, Мелани, — эмм… что? — А вы чего еще не в комнате? — спрашивает, глядя на нас с Кристиной.
— Мы возвращались из библиотеки, — устало выдыхает Кристина, посматривая на наручные часы и окно.
— Ого, здорово! Тоже самосовершенствуетесь не прекращая, — шутит Новали, закусывая нижнюю губу, и заправляя локон за ухо. — Саморазвитие — это наше все.
— А ты чего… еще не в комнате? — спрашиваю спокойно и доброжелательно, но внутри меня звенит некий предупреждающий звоночек на счет девочки, а в моем голосе проскальзывают какие-то стервозные нотки.
— Ой, я заблудилась, — грустно выдает Новали, шепелявя.
Да ты, наша потеряшка. Глушу в себе токсичнось, как бы сказала Теона.
«Токсичность» — мне определенно нравится это перенятое мной от Теоны определение. И оно как ни кстати подходит кое-кому…
— А ты меня не проводишь? — спрашивает Новали Кристину, и моя соседка словно теряется. — Моя комната, кажется, это бывшая твоя? — заглядывает Кристине в глаза, как маленький котенок. Интересно, это вижу только я?
— Ну… Х-хорошо, здесь недалеко, — отвечает Кристина, поглядывая на меня. — Этажом ниже.
— Спасибо, — благодарит Новали. — Пойдем? — радостно подходит к Кристине, вставая между нами.
И мы идем. Один шаг, второй, третий… А потом Новали оборачивается ко мне, поджимая губы:
— Мелани, ты можешь идти… Я не хотела напрягать еще и тебя? — так мило говорит, но я ловлю лицемерную нотку в нежном голоске.
«Спасибо, что разрешила!»
— Эмм, я с удовольствием прогуляюсь… — улыбаюсь, видя в ее глазах разочарование, а Кристина словно не замечает ничего и шагает вперед.
Я чувствую себя странно. Просто… Мне показалось, или Новали выглядела нетактичной по отношению ко мне? У меня вроде бы нет комплекса неполноценности. Но я за нормальное общение…
— Кристина, мне твои бывшие соседки сказали, что ты увлекаешься языками, — Новали спрашивает Кристину, игнорируя меня.
— Да, есть такое… — Кристина не распространяется особенно, даже как-то хмурится, смотря перед собой.
Кристина не реагирует на ужимки Новали… И мне… Это нравится. Чувствую свою маленькую победу.
Я только недавно обрела еще одну подругу, а ее уже хотят отобрать. Ох, а это уже тревожный звоночек обо мне. Я, оказывается, жуткая собственница. И как это побороть…
— Я тоже увлекаюсь языками, особенно люблю древние, — восторгается Новали. — Мои родители были путешественниками, но погибли, — Новали сникает, а я ловлю укол совести. Мне становится ее жаль…
— Сожалею, — говорит Кристина.
— Спасибо… — Новали вновь взбадривается. — И поэтому я перевелась сюда, в Академию Ансгард. Сдала Экзамены экстерном. И меня взяли сразу же на ваш курс, — как-то
