— Ребекке будет здесь очень одиноко, — сказал Крис. — Ведь вы когда-то… Не знаю, что у вас там было… сейчас ты у нее — единственный друг.
Байрон слушал его вполуха. Кухни он не узнал. Все выглядело так, словно Мэйлин устроила генеральную уборку. Никаких тарелок на столе, никаких крошек. И, конечно же, ни малейших следов крови. Все сияло и сверкало. В воздухе слегка пахло чистящим средством.
— Когда вы успели? — растерянно спросил Байрон.
Идеальный порядок его почему-то не радовал. Возможные улики, зацепки и все прочее, что хоть как-то проливало свет на убийство Мэйлин… все это бесследно исчезло.
— А мы даром времени не теряли, — усмехнулся Крис. — Или ты хотел, чтобы Ребекка увидела заляпанные кровью стены?
— Нет, но… вы уничтожили все следы. Это ведь не просто смерть. Это убийство.
— Ты лучше выскажи свои претензии городскому совету, — предложил Крис. Похоже, идти дальше кухни он не собирался. — Поброди по дому, поднимись на второй этаж. Посиди здесь, если тебе это нужно. Только не забудь плотно закрыть дверь, когда будешь уходить.
Байрон сделал глубокий вдох и ничего не ответил.
— Ну что, тогда до завтрашней церемонии?.. С Ребеккой?
Этой фразой Крис задал все вопросы, которые вертелись в его шерифской голове: «Ты уже сообщил ей? Она в пути? Ты ей поможешь?»
— Да, — кратко ответил Байрон.
— Вот и хорошо.
Шериф повернулся и вышел из дома, оставив Байрона одного. А что здесь делать шерифу? Сцены преступления больше нет. Неприкосновенность жилища и охрана частной жизни? Вряд ли Мэйлин теперь это заботило.
Байрон брел по дому. Когда часто бываешь у кого-то в гостях, легче заметить изменения в интерьере и понять, что не так. Скорее всего, после этой тщательной уборки прежний облик кухни поменялся окончательно. Пожалуй, помощники Криса перестарались. Насколько Байрон помнил, жилище Мэйлин никогда не отличалось стерильной чистотой.
Размеры кухни поражали, но такова уж была традиция старых фермерских домов. (Опять традиция!) А вот и кладовая… Байрону вдруг пришла в голову дурацкая мысль: интересно бы прогуляться по кладовкам других жителей Клейсвилла. Может, тоже найдется нечто диковинное? Порог этого помещения Байрон переступал впервые. Помнится, он как-то попросил Эллу и Ребекку показать ему ее. Девчонки наотрез отказались, объяснив, что даже им запрещено туда входить. Теперь устанавливать запреты было некому. Байрон толкнул массивную дверь, вошел и замер… Его поразили не только внушительные размеры кладовой (в домах, где он снимал жилье, такую площадь занимали кухни). Ее было бы правильнее назвать складом. С трех сторон, от пола до потолка, тянулись секции с полками. Полки были сплошь заставлены всевозможными продуктами, включая консервы. Этих запасов Мэйлин хватило бы, чтобы накормить весь город. Но что еще удивительнее: все стеллажи имели боковые ручки и колесики. Байрон выдвинул ближайший к нему стеллаж, откатил к сторону и даже присвистнул. За выдвижным стеллажом находился неподвижный, приделанный к стене. Он тоже тянулся с пола до потолка, но вместо пакетов и банок здесь стояли… бутылки с виски разных сортов. Стояли по пяти штук в ряд, этикетками вперед, строго рассортированные.
Мэйлин никогда не отличалась пристрастием к выпивке. Байрон не помнил, чтобы от нее пахло виски. Если только она втихомолку не приторговывала спиртным, тогда непонятно, зачем одинокой женщине такая пропасть виски. Предположим, она исправно напивалась каждый вечер, но даже тогда ей бы понадобились годы, чтобы поглотить весь свой запас. Теперь понятно, почему у Эллы и Ребекки всегда находилось виски для коктейлей, которыми они угощали Байрона.
Байрон вернул стеллаж на место и выдвинул соседний. Там тоже стояли бутылки с прозрачной жидкостью, но без этикеток. Неужели еще и самогон? Бутылки не были запечатаны. Байрон взял одну из них и отвинтил пробку. Принюхался. Жидкость ничем не пахла. Тогда он смочил палец и поднес к губам. Неужели вода?
Качество водопроводной воды в Клейсвилле регулярно проверялось и не вызывало нареканий у жителей. По этой причине владельцы местных магазинов завозили питьевую воду в весьма ограниченных количествах. Какой смысл держать товар, который почти никто не покупает? Впрочем, эти бутылки были явно не из магазина.
— Ничего не понимаю, — бормотал Байрон, вертя в руках бутылку.
Единственной надписью была дата, проставленная на днище черным несмываемым маркером. Что же получается? Покойная Мэйлин Барроу хранила дома запасы питьевой воды, спиртного и продуктов. Всего этого ей хватило бы на несколько лет. Байрон читал и слышал о людях, ожидавших «конец света» и делавших подобные запасы. Но чаще такие люди либо входили в секты, либо свихивались на буквальном понимании библейских предсказаний. Фанатичной набожностью Мэйлин не отличалась. Очень сомнительно, чтобы она готовилась к обещанному Библией Армагеддону.
Как бы там ни было, запасы в кладовой не могли объяснить, кто и зачем убил миссис Барроу.
Байрон машинально прихватил с собой воду. Возвращаться в кладовую не хотелось. Он поставил бутылку на кухонный стол. Может, отправить воду на анализ? Байрон уцепился было за эту мысль, но потом покачал головой. Что это даст? Мэйлин явно убили не из-за воды. И даже не из-за виски.
Байрон поднялся на второй этаж. Похоже, убийца Мэйлин сюда не заглядывал. Все кровати были заправлены. В ванной — прежней ванной Эллы и Ребекки — на старомодных крючках висели полотенца и мочалки. В фарфоровой мыльнице лежал зеленоватый кусок мыла в виде морской раковины. Самая обычная ванная обычного клейсвиллского дома.
Байрон открыл дверь в бывшую комнату Ребекки. На полу, перед кроватью, лежало аккуратно сложенное одеяло, а на ночном столике — комплект чистого постельного белья. Зачем Мэйлин была нужна эта иллюзия? К ней никто не заглядывал в гости и уж тем более не приезжал из других мест. Ощущение того, что Ребекка не сегодня завтра вернется? А может, она ждала не Ребекку? Тогда кого? Эллу? Мэйлин жаловалась на артрит и другие болячки, но с головой у нее все было в порядке. Наверное, такие иллюзии свойственны и вполне психически здоровым людям. Байрон вспомнил, как после смерти матери отец несколько месяцев не мог убрать из гардероба ее одежду. Уильям даже разбрызгивал туалетную воду жены. Зачем отцу нужно было ее незримое присутствие? Байрон этого не знал, а спрашивать не решался.
Байрон остановился на пороге комнаты. Ему захотелось присесть на краешек кровати, однако он не позволил себе этого сделать. Одно дело обследовать дом Мэйлин, чтобы предложить Ребекке хоть какие-то ответы на ее вопросы. И совсем другое — прийти сюда, как в гости. Ведь его никто не приглашал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
