- Ой, так вон же мой дом! - пискнула радостно.
Пригласила воинов, прошли через дворик, скромный, но уютный, в клумбах пестрели пышные кустики с цветами. Дом двухэтажный, нижний этаж широкий, а верхний вдвое меньше, как башенка.
- Там, - сообщила Милита, - моя комната. Хотя теперь...
Погрустнела.
- Теперь... без папы с мамой... весь дом мой...
Встрепенулась через силу.
- Проходите, господа, будьте как дома!
Внутри оказалось уютно, но мрачновато. Было заметно, что теперешняя хозяйка пыталась поддерживать порядок, но выходило наполовину: местами поверхности блестели как стекла, местами был налет, в некоторых цветочных горшках земля была черная от воды, а в других светлая, с трещинками. Эгорд сделал вывод, что Милита часть времени проводила в заботах о жилище, но много часов уходило на переживание горя в обнимку с подушкой, книгой, круглым столиком в гостиной и другими предметами, что были при живых родителях, помнят их прикосновения.
- Располагайтесь, господа! - сказала Милита. - Весь этаж в вашем распоряжении... Ой, вы, наверное, проголодались! А поесть не сготовлено, да и готовить не умею, только сама и могу свою стряпню глотать, а других заставлять слишком уж жестоко...
- Не волнуйтесь, леди Милита, мы...
- Сварю настойку на лепестках вишни, что вы подарили! У мамы где-то записан рецепт, готовится быстро! Я мигом...
Эгорд застрял перед книжными стеллажами, под звук шагов Витора, которые то удалялись, то приближались, пока тот осматривал дом, ледяной маг листал страницы, брал и возвращал на место книги одну за другой, в родительской библиотеке Милиты обнаружились не только выдумки и воспоминания, но и труды по разным областям: садоводство, целительство, кузнечное дело, погодные закономерности разных частей мира, звездная карта, язык дриад... Глава семьи был любознательным.
Милита и впрямь управилась быстро, не успел Эгорд просмотреть корешки, а юная хозяйка, в другом платье, сухом и чуть более торжественном, пригласила за стол, разлила по кружками горячий напиток, змейки пара тянулись высоко, щекотали ноздри, Эгорд узнал аромат вишневых цветов.
Но после первого же глотка Витор и Эгорд дружно выплюнули, хорошо, фонтаны полетели в разные стороны, а могли и друг на друга. Глаза были выпученные, рты дышали шумно.
- Что? - не поняла Милита.
Пригубила капельку.
- Ой... Соль с сахаром перепутала...
Утонула в кресле, лицо нырнуло в ладони.
- Ну вот!.. Ничего не умею... д-д-даже...
Уже плакала.
Друзья бросились утешать. Эгорд, правда, быстро вышел из игры: прошептал несколько успокаивающих фраз, погладил раз-другой и... попятился к книжным шеренгам, позволив Витору расстараться как следует, тот очень даже не возражал, Милита свернулась шариком у него в объятиях, похныкивала, воин бормотал неспешно, но сплошным потоком, нежности лились кисельной рекой, рука гладила волосы, другая держала за плечико. А Эгорд уткнулся в фолиант "Грибницы будущего" по кровельному делу авторства сразу трех выдающихся мастеров кровли.
Сия наука пригодилась удивительно быстро: крыша в доме Милиты протекала, и Эгорд с энтузиазмом взялся чинить, захватив под мышку томик "Грибниц...". Правда, часть течи устранил не как советовала книга, а как привычнее и удобнее - льдом. В итоге, крышу украсили около десятка ледяных черепиц. Витор взялся помогать девушке наводить полномасштабный порядок, Милита засуетилась с веником, шустро, как стрекоза, перелетала из одной пылевой тучки в другую, а Витор таскал ковры, забивал гвозди, усаживал хозяюшку на плечи, чтобы та смогла протереть люстру...
Вечером проводили девушку до могилы родителей.
Серый лес надгробий блестел от тоскливого дождя, небо заволокло хмарью, Милита стояла перед плитами с именами папы и мамы... Глава семейства родился на двадцать лет раньше супруги. Подумать только! Когда была размером с корзиночку, шевелила ручками из пеленок, он уже скакал на коне, сверкал доспехами, размахивал мечом... А погибли в один день, двумя неделями раньше знакомства с Милитой. За спиной дочери возвышались Витор и Эгорд. Троица хранила молчание... Белые ручейки скользили по зеленой ткани Милитиного плаща, в руслах складок. С дерева на капюшон опустился листочек, лежал долго, но девушка стряхнули дрожью, послышались всхлипы. Витор обнял, глаза Милиты долго не хотели отпускать гранитные прямоугольники в радужном облаке цветов.
Когда вернулись в дом, Милита сказала:
- Спасибо, господа... Не знаю, что бы делала без вас...
- Ты сильная девочка, - ответил Витор серьезно. - Только сама не понимаешь. Но поверь, даже если бы нас не было, справилась бы.
- Вряд ли...
- Витор прав, - поддержал Эгорд. - Справилась бы. Через слезы, страхи, через "не могу", но все-таки. У тебя прекрасные наставники.
Эгорд похлопал по стене книжных корешков.
- Далеко не каждая девушка - даже юноша! - умеет читать, а значит, многие не могут позволить себе учителей, как у тебя. Увлекательные истории дарят мечты, а учебники подсказывают, как мечты достичь. Взять хоть меня! Махал мечом, сил море, а мозгов меньше, чем в орехе, и так почти всю жизнь, а потом стал изучать магию - и теперь легенда Старга. Горжусь ледяными скульптурами куда больше, чем сумасшедшими воинскими выходками. А учился-то по книжкам!
- А почему взялись за магию, господин Эгорд? - спросила Милита, зарделась, как уголек между языками пламени, меж любопытством и застенчивостью. - Книги подарили мечту?..
- Не совсем книги, - замялся Эгорд с улыбкой, - но в целом права... И не нужно выкать. Просто Эгорд.
- И просто Витор, - промурлыкал друг.
- Хорошо, - хихикнула девушка. - Господа... ой, в смысле... э-э-э... друзья?
Витор кивнул, уголки губ тянулись к ушам.
- Уже лучше, - одобрил Эгорд.
- Э-э... Друзья, не могли бы остаться? По ночам особенно тоскливо, а с вами на душе будет спокойнее. У нас... то есть, у меня камин уютный, греет замечательно!
Дома у Милиты остался Витор. Эгорд вернулся к себе, к своей библиотеке и лаборатории. Ночью в оранжевой мгле свечей колбы забурлили, паровали реагентами, по стеклу стучал дождь, комната наполнилась бумажным шелестом, скрежетом письменного пера... Эгорд был рад за друга. Еще на холме почувствовал, что Витор проникся к девочке симпатией куда глубже обычного. Чего таить, и сам влюбился, мужество и женственность в Милите переплелись в восхитительном сочетании, создание с крепким внутренним стержнем, ее борьба с собой и постоянные победы не просто были видны всегда, а излучают свет, Милита выглядела ярче, чем все вокруг.
Но Витору Милита была нужнее, он был уже немолод. Научивший Эгорда жить, выживать и не терять человеческий облик, такое чудо, как Милита, заслужил. А Эгорд еще успеет, да и путь у него другой. Магический. Надо быть влюбленным в дело, а красивые девушки отвлекают.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
