«Высказывать другим людям свое мнение, которое может помочь им исправить свои недостатки, очень важно. Это есть акт сострадания и обязанность слуги. Но следует хорошенько подумать, в какой форме выразить свое мнение. Распознать сильные и слабые стороны человека и высказаться о них несложно. Многие люди полагают, что они делают добро, указывая человеку на вещи, о которых ему неприятно слышать. И если их слова до него не доходят, они делают вид, что ничего не поделаешь. Никакой пользы от такого отношения нет. Это все равно что опозорить человека, оскорбить его. И делается это только для того, чтобы выпустить пар.
Перед тем как высказывать мнение, надо прежде убедиться в том, что человек примет твои слова, и делать это после того, как сойдешься с ним, вызовешь у него доверие к своим словам и поймешь, что он тебя послушает и пойдет по пути, который ты укажешь. Следует хорошенько обдумать: в какой момент довести до человека свое мнение, в какой форме – в письме или, может быть, при расставании. Можно упомянуть собственные недостатки и неудачи, чтобы человек сам догадался о том, что ему хотят сказать. Или похвалить его хорошие качества, представить свое мнение таким образом, чтобы он с радостью принял данный ему совет, как страдающий от жажды путник принимает воду. Тогда такие наставления помогут исправить недостатки. Это очень трудная задача…» (книга первая).
Совет ничего не стоит. Мы можем пожалеть дать кому-нибудь сто иен в долг, зато советы готовы раздавать бесплатно. Как воду. Редко бывает, когда совет играет роль смазки в отношениях между людьми, в восьми или девяти случаях из десяти советы роняют человеческое достоинство. Человек падает духом и затаивает злобу. Дзётё это хорошо понимал. Нам следует задуматься над тем, что советы – дело серьезное и крайне деликатное. Поучения Дзётё основаны на жесткой реальной оценке человеческой психологии. И уж конечно, его не отнесешь к числу многочисленных проповедников-оптимистов (которые на поверку хуже всех разбираются в человеческих характерах).
4. Практика
Дзётё также дает нам различные полезные советы, касающиеся повседневной жизни.
«Зевать на публике – дурной тон, неуважение к окружающим. Если вдруг захотелось зевнуть, надо потереть лоб движениями снизу вверх, и зевать расхочется. Если это не поможет, надо, не открывая рта, облизать языком губы или прикрыть рот ладонью или рукавом, чтобы никто не заметил, что ты зеваешь. То же самое относится к чиханию. Это нужно, чтобы не выглядеть глупцом. Бывают и другие случаи, когда следует сдерживать себя и не забывать о приличиях.
Разумно каждый вечер составлять план на следующий день и записывать его. Это дает возможность быть на шаг впереди остальных…» (книга первая).
Описанный Дзётё способ подавления зевоты можно использовать и сегодня. Впервые я прочитал о нем во время войны, и когда мне захотелось зевнуть, облизнул верхнюю губу и сдержался. Это мне очень тогда пригодилось, потому что порядки были строгие и за зевание на уроках можно было получить выговор. И еще я взял себе за правило по вечерам составлять план на следующий день, как учит Дзётё.
Проверив список дел, которые предстоит сделать завтра, выписываю все, что мне может понадобиться: книги, имена, номера телефонов и т. д., чтобы на следующий день не отвлекаться и чтобы все шло гладко. Это один из очень полезных уроков, которые я извлек из «Хагакурэ».
5. Терпимость
Дзётё не позволяет себе осуждать людей, знает, что надо терпимо относиться к их недостаткам. Вот что он говорит по этому поводу:
«Некоторые люди предлагают строгий аскетизм, но это не всегда хорошо. Есть такое старое изречение: „В прозрачной воде рыба не водится“. В воде должны быть водоросли и отбросы, рыба сможет укрываться в их тени и расти. Низшие слои будут жить спокойно, если иногда пропускать мимо глаз и ушей их проступки. Это также имеет отношение к поведению людей» (книга первая).
В эпоху Токугава раз за разом издавали указы об ограничении расходов; экономия и бережливость, в противоположность массовому потреблению, свойственному нашему времени, стала для самураев неуклонным жизненным правилом. Принципы аскетизма были нормой вплоть до недавнего времени – их придерживались еще во время войны. Считалось, что нравственность – это отказ от роскоши и соблюдение строгой экономии. Однако в результате послевоенной индустриализации наступили времена массового потребления, и моральная установка на самоограничение, свойственная японцам, похоже, приказала долго жить.
В сравнении с конфуцианской моралью, почитающей строжайший аскетизм как добродетель, «Хагакурэ» изначально стояла на позиции великодушия и терпимости. Философия «Хагакурэ», нацеливающая человека на точные действия и смелые решения, не имеет ничего общего с присущей бюрократической этике добродетельной бережливостью служанки, заглядывающей в каждый уголок короба, где хранится рис. «Хагакурэ» учит философии жизни, предлагая проявлять участие к людям, не видеть и не слышать оплошностей и недостатков нижестоящих. Такая философия всегда жила в сердцах японцев как обратная сторона церемониальной строгой бережливости. Сейчас эта терпимость вышла за пределы разумного, глаза и уши стали закрывать на все, что привело к моральному разложению, явлению, которое называют «черным туманом». Это уже не терпимость, а небрежение. Не видеть и не слышать человек может себе позволить только при наличии жестких нравственных установок; если же мораль разрушена, это превращается в порок.
6. Женщины
В «Хагакурэ» очень мало упоминаний о женщинах. «…Женщина прежде всего должна думать о своем супруге как о своем господине» (книга первая).
В некотором отношении «Хагакурэ» перекликается с философией греков, точнее, спартанцев. В Греции женщина считалась хранительницей домашнего очага. Она должна была посвятить себя детям и дому, уважать мужа. Больше ничего от нее не требовалось. Такие были времена. Что касается мужчин, то они вступали в отношения с красивыми юношами, с удовольствием проводили время с гетерами. Так же в общих чертах воспринимает женщин и «Хагакурэ».
7. Нигилизм
«Иероглиф
