Я вежливо поклонился, отступил.
— Сэр Будакер, ваш ответ говорит о вашей честности и щепетильности. Мы выезжаем на рассвете. Вы можете присоединиться до того момента, как копыта наших коней простучат под аркой ворот.
Он холодно промолчал, я развел руками и двинулся дальше. В главном зале полно народу, слоняются без дела, присматриваются друг к другу, завязывают полезные знакомства, стараются понравиться могущественным лордам. При каждом выходе короля эти лизоблюды всегда в первых рядах, кланяются и улыбаются во все лживые пасти, как же, Его Величество само изволило появиться, какое счастья, как мы вас любим, Ваше Величество, добавьте еще какой-нибудь лен, да деревенек подкиньте на протянутую лапу…
Я прошелся среди них, прикидываясь скучающим, заглянул в нижний зал, там не прекращается пир, король должен быть щедрым хотя бы на угощение, собрался наконец выбраться во двор, как наконец-то в цветных струях мелькнул кисловато-шероховатый запах того оттенка, какой я видел в своей комнате.
У входа беседуют двое, высокий щеголевато одетый дворянин, бледнолицый и томный, и человек средних лет, неприметный, в неприметной одежде, словно стремится быть тем человеком-невидимкой, которого в упор не видят из-за его стандартности.
Запах однако исходит от яркого щеголя, я еще раз принюхался, подошел вроде невзначай ближе, запах усилился настолько, что пришлось приглушить. Наконец я отрубил запаховое зрение полностью, сразу ощутил себя намного легче и, проходя мимо, задел плечом щеголя.
Тот недовольно поморщился, но смолчал, пришлось самому остановится, развернуться. На лице щеголя мелькнуло беспокойство, а я сказал неприятным голосом:
— Виконт, вы меня толкнули!… Я считаю это наглым и неспровоцированным вмешательством в мои дела!
Он сказал нервно:
— Вы сами меня задели…
— Ах, — сказал я, — так вы еще и нагло клевещете на мой курс? У вас двойные стандарты?… Я требую незамедлительных санкций!
Он сказал обеспокоенно:
— Каких? Вы толкнули меня, а еще и обвинили, но я не требую извинений…
— Ах, вы назвали меня простолюдином? Что значит, земляным червяком?… Люди, вы слышали, он меня членистоногим обозвал!… Виконт, доставайте меч, мы наш спор решим сразу же по ту сторону двери.
Он сказал с возмущением:
— Вот еще! Я вовсе не собираюсь с вами драться!
— Почему? — осведомился я. — Сэр Стефэн, подите-ка сюда…
Сэр Стефан приблизился, в глазах удивление, никогда не видел меня в роли задиры, я сказал капризно:
— У вас достаточно власти, чтобы его арестовать и отвести в королю?
Он ответил с осторожностью:
— Сэр Ричард, другому бы я ответил сразу…
— А мне?
— Ну, все помнят, как вы поступили с маркизом. Я не хотел бы оказаться замешанным во что-то крайне резкое…
Я сказал с нажимом:
— А если этот вот тип по ночам превращается в летучую мышь и сосет кровь у короля?
Виконт отшатнулся, а глаза сэра Стефэна полезли из орбит:
— Неужели…
— Арестуйте, — велел я. — Сейчас все выясним.
Сэр Стефэн повернулся к виконту, тот без пререканий отдал меч, король все выяснит, это же чушь, подумать только — летучая мышь, да такая огромная мышь и не взлетит… Мы вышли на задний двор, я быстро огляделся, схватил виконта за грудь, он только пискнул, и я толкнул в кузницу. Двое молотобойцев в удивлении опустили молоты, я велел им быстро:
— Эй вы! Быстро связать этого красавца!
Они все еще таращили в удивлении глаза, но сэр Стефэн первым сообразил, что дело не в простом поединке, быстро выдернул меч щеголя из ножен, отшвырнул, а острие своего меча приставил ему к горлу. Тот замер, страшась шевельнуться.
Молотобойцы наконец опомнились, сыромятными ремнями с огромным удовольствием скрутили виконту руки и ноги. Я вытащил длинный раскаленный прут из горна, конец вишневый, сыплет искрами, приблизил к лицу виконта.
— У меня один вопрос, — сказал я. — Кто во дворце замышляет отравить короля?
Он прошептал, морщась от жара:
— Не знаю…
Сэр Стефэн ахнул, глаза полезли на лоб, молотобойцы замерли. Я вздохнул.
— Ладно, тогда вопрос проще: что вы делали в моей комнате?
— Мы не заходили…
Я прижал конец раскаленного прута к его животу. Одежда сразу загорелась, виконт истошно завопил. Молотобоец по знаку Стефэна плеснул водой, пламя погасло, но теперь в воздухе витал запах горелой плоти.
— А что в мешочке, — сказал я зловеще, — который ты, тварь, велел леди Беатриссе положить мне в постель?
Он всхлипывал, я без всякой жалости ткнул горячим концом в то же место.
— Глаза и язык, — предупредил я люто, — выжгу напоследок. Чтобы ты успел накричаться… и насмотреть на свое тело без рук, без ног… и без чего-то еще.
Он вскрикнул:
— Я скажу!… Я все скажу… Это все Теддер, он велел так сделать…
— Зачем?
— Он сказал… он сказал…
— Что он сказал? Говори быстро!
— Он сказал, что на пути только этот Ричард. Если его убрать, с королем справимся легко.
Сэр Стефан переспросил неверяще:
— Барон Теддер? Не верю!
— Он, — прошептал виконт. — Никто не знает, что он могучий чернокнижник. Он умеет многое… Поднимать из могил мертвых, призывать говорящих птиц, повелевать жуками… Его не трогает ни один зверь.
— Где он? — прервал я.
— Он здесь…
— Во дворце?
— Да…
Стефэн уже открыл было рот для мощного крика, явно позвал бы стражу, но я опередил:
— Всем тихо! Я что-то во дворце его не видел вообще!
Виконт отшатнулся от темновишневого конца прута, тот уже чуть остыл, но только чуть.
— Он может сделать так, что его не увидят…
Молотобойцы начали испуганно оглядываться, один перекрестился и поплевал через левое плечо. Стефэн смотрел на меня с испугом и ожиданием.
Я повернулся к виконту.
— Кто был с тобой, когда приходили к леди Беатриссе?
Он прошептал тихо:
— Мой дядя… барон Блэкторн.
— Скоро с ним увидишься, — пообещал я.
Он вздрогнул и выгнулся, когда я с силой засадил прут ему в бок, проткнув печень, но не заорал, тут же умер от болевого шока. Стефан смотрел на меня ошалело, я сказал отрывисто:
— Сэр Стефэн, ваша задача — быстро отыскать этого дядю и, не поднимая шума, прикончить. Лучше всего прикончить, понимаете? Никаких арестов. А я пока постараюсь отыскать этого чернокнижника.
Он смотрел с испугом и некоторым отвращением. Я сказал зло:
— Страшитесь ручки запачкать? Ну и хрен с вами. Утром я уеду, расхлебывайте сами.
Он вздрогнул, сказал колеблющимся голосом:
— Сэр Ричард, я все сделаю.
Я отшвырнул прут и быстро вышел из кузницы. Навстречу спешил, вытирая жирные губы, кузнец, в бороде застряли хлебные крошки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
