как изображен Осирис, «стоящий во главе умерших» (согласно плите сановника Уны, XXV–XXIV вв. до н. э.)? Весьма необычно для воскресшего бога, да еще смертию смерть поправшего: в виде мумии. Мало того, зачастую – радикально зелено-гнойного цвета, цвета разлагающегося трупа. Воспользуемся нашим же изобретенным термином, представленным в предисловии, и скажем о нем: какой-то он недовоскресший. Явно. Как в фильме «Пришельцы в Америке», средневековый колдун пообещал воскресить убитую принцессу, но предупредил, что она будет зеленая и плохо пахнуть.
Интересно представить мнение по этому поводу известного исследователя мифов Мирчи Элиаде, который пишет о так называемых Текстах пирамид, упоминая об Осирисе как «мертвом боге»: «Сотериологическая доктрина (т. е. учение о спасении. – Е.С.) “Текстов пирамид” не всегда последовательна. Отождествляя фараона с Ра, солярная теология подчеркивает привилегированную роль первого: он не подпадает под юрисдикцию Осириса, повелителя мертвых. “Ты открываешь свое место на Небесах среди звезд Небес, потому что ты звезда… Ты не замечаешь Осириса, ты командуешь мертвыми, но ты не смешиваешься с ними, потому что ты не принадлежишь к ним”» («Тексты пирамид», 251). «Ра-Атум не отдаст тебя Осирису, который не судит твое сердце и не имеет власти над твоим сердцем… Осирис, ты не должен завладеть им, и твой сын (Гор) не должен завладеть им» («Тексты пирамид», 145–146). Другие тексты по своему характеру даже агрессивны: в них утверждается, что Осирис – это мертвый бог, ибо он был убит и брошен в воду. В некоторых местах, однако, встречаются намеки на тождество фараона с Осирисом. Встречаются, например, такие пассажи: «Как Осирис живет, так и фараон у нас живет; как Осирис не умирает, так и фараон у нас не умирает» («Тексты пирамид», 167 и сл.)».
Фрагмент «Книги мёртвых» Хунефера, изображающий суд Осириса. Ок. 1310 г. до н. э. Британский музей
Итак, мы имеем в активе бога-мертвеца. Кроме этого, и «мощи» его налицо, да еще в каком избытке! Плутарх вот пишет: «Не менее сложно и учение о гробницах Осириса, тело которого, по преданию, покоится во многих местах. Говорят, что Диохетисом называется тот единственный городок, который владеет настоящим телом; но и в Абидосе чаще всего хоронят богатых и могущественных египтян, потому что они якобы ищут чести лежать в одной земле с телом Осириса. А в Мемфисе выкармливают Аписа, который представляет собой образ его души; там же будто бы покоится и тело. А название города одни толкуют как “пристанище добра”, другие по-своему: “гробница Осириса”. Говорят еще, что около Фил есть островок, во всякое иное время не тревожимый и запретный для каждого: и не залетают на него птицы, и не приближается к нему рыба; но в определенный срок жрецы переправляются на него, приносят заупокойные жертвы и украшают венками надгробие, осененное деревом мефиды, которое превосходит размерами любую оливу. Но хотя в Египте и называют много гробниц Осириса, Эвдокс утверждает, что тело покоится в Бусирисе, потому что этот город был родиной Осириса: ведь не нуждается в объяснении слово Тафосирис – само это имя заключает в себе название гробницы Осириса» («Исида и Осирис», 20, 21).
Греко-римский историк и географ Страбон (64 г. до н. э. – 23 г. н. э.), лично побывавший в Египте, также отмечает: «Немного выше Саиса есть убежище Осириса, где, как говорят, лежит тело Осириса; однако многие оспаривают это, в особенности жители Фил, что лежат над Сиеной и Элефантиной; ибо они сообщают мифический рассказ о том, что Исида зарыла в землю во многих местах гробы Осириса (но только в одном из них, никому не известном, действительно содержалось тело Осириса); Исида сделала это, желая скрыть тело от Тифона и боясь, как бы он не пришел и не выбросил тело из гроба» («География», XVII, 1, 23).
Диодор Сицилийский делает из сказания практический вывод; особо стоит отметить, что Исида здесь у него – не более чем царица, интригующая со жречеством: «Исида обрела все части Осириса, за исключением его полового органа, а так как она хотела, чтобы могила ее супруга осталась неизвестной и чтимой всеми обитателями Египта, она прибегла к такой уловке… Из воска и пряностей она делала человеческие изображения (статуи) в рост Осириса и заделывала в них отдельные его члены. Затем она призывала одного за другим жрецов и предлагала им поклясться, что они не выдадут ее тайны. После этого каждому из них она говорила, что только ему одному она доверяет и поручает погребение трупа. Напоминая при этом о полученных ими благодеяниях, она советовала похоронить Осириса на их земле и чтить его, как бога… Чтобы материально заинтересовать их в этом деле, она за служение богам отдала им третью часть земли всей страны. И вот, говорят, признательные за благодеяния Осириса, привлекаемые наградой и желая угодить царице, жрецы исполнили все ее указания. И до сих пор каждый из жрецов воображает, что Осирис погребен в его местности». Отметим, что по неполным данным папируса XII в. до н. э., написанного при приготовлении к погребению фараона Рамзеса III, за египетскими жрецами числилось «около 15 % всей обрабатывавшейся земли в Египте, более 500 садов, до полумиллиона голов скота, флот из 88 судов, более 50 мастерских и верфей, более 160 городов в самом Египте, в Сирии, в Нубии».
Наконец, нельзя не привести любопытный плач Исиды по Осирису: вполне понятный в ее житейской ситуации он, однако, станет первым в серии типичных рыданий богинь над телом своего временно убитого консорта и благополучно доживет до христианской эпохи в виде разнообразных «Не рыдай мене, мати» и «Stabat mater dolorosa»:
Я – женщина, прекрасная для своего мужа,
Жена твоя, сестра твоя,
Приди ко мне скорее!
Потому что я жажду узреть тебя
После того, как не видела лица твоего.
Тьма вокруг нас, хотя Ра в небесах.
Небо смешалось с землей. Тень легла на землю.
Сердце мое горит от злой разлуки.
Сердце мое горит, потому что стеною отгородился ты от меня,
Хотя не было зла во мне.
Оба наши города разрушены, перепутались дороги.
Я ищу тебя, потому что жажду видеть тебя.
Я в городе, в котором нету защитной стены.
Я тоскую по твоей любви ко мне.
Приходи! Не оставайся там один! Не будь так далек от меня!
Гляди, сын твой Гор гонит Сета к месту казни.
Я спряталась в камышах и спрятала твоего сына,
Чтобы отомстить
