Бард закончил песню и убежал облегчиться в кусты.
Я закурил сигарету. Морган попыхивал своей трубкой.
– И кто из вас, милостивые государи, маг? – спросил я.
Морган молча поклонился. В принципе, методом исключения я и сам пришел к такому выводу, но все же хотелось убедиться. Конечно, я мало встречал магов в реальной жизни, но этот субъект не слишком соответствовал сложившемуся у меня стереотипу. Я имею в виду – где остроконечная шляпа, бесформенный балахон и магический посох? Где добрый взгляд бесконечно мудрых глаз? Если бы Морган прошелся по Москве, минут через пятнадцать его забрали бы в милицию, как духовного лидера ваххабитов.
– Значит, меня вызвали вы?
– Именно.
– Понятно, – сказал я. – И вы можете отправить меня обратно? Я чисто ради информации спрашиваю.
– Это не в моих силах, Избранный, – сказал он.
– Почему же? – спросил я. – И, кстати, не зовите меня Избранным. Я имею в виду, раз для этого дела подрядили именно вас, значит, вы один из самых могущественных магов этого мира. Если я ошибаюсь, можете меня поправить.
– Ты не ошибаешься, – сказал он. – Я действительно один из самых могущественных, но и у моих возможностей есть предел. Только боги могут открывать Врата между мирами.
– Но вы же уже один раз открыли.
– Я использовал кристалл Радагана, – объяснил он.
– А-а, – сказал я.
– Кристалл Радагана называется так, потому что его сотворил сам Радаган. Радаган был богом.
– Логично, – сказал я.
– Это произошло задолго до появления в мире Темного Властелина, потому что Радаган был провидцем.
– Для бога это не так уж и сложно.
– Кристалл Радагана открывает Врата только один раз, и лишь Избранный может пройти этими Вратами. Более того, как и все могущественные артефакты, кристалл Радагана можно использовать лишь однажды.
– Как презерватив, – пробормотал я. – Но постойте, мне показалось или вы на самом деле сказали, что только Избранный может пройти Вратами?
– Только Избранный, – подтвердил Морган.
– А как же девушка? – спросил я.
– Какая девушка?
– Которая привезла меня сюда. Она вон там… – Я обернулся.
– С нами не было никакой девушки.
– Послушайте, я же не слепой и даже не шизофреник, и, если я видел девушку, значит, девушка была.
– Если ты видел какую-то девушку, это была часть магии кристалла, – сказал Морган. – Потому что мы никакую девушку за тобой не посылали.
В машине никого не было. Не веря своим глазам, я открыл пассажирскую дверцу и тупо уставился на пустое сиденье. Развели на телке, как обычного лоха! Вот это подстава!
– Значит, – медленно сказал я, соображая, – это был билет в один конец? И для меня нет никакого способа вернуться обратно?
– Есть только один способ, – сказал Морган. – Сразиться с Темным Властелином и победить. Тогда ты сможешь уйти.
Вернулся Гармон и сел на траву.
– А если я – не Избранный? – спросил я. – Если вы ошиблись и позвали не того?
– Только Избранный может пройти Вратами. Случайный путник был бы сожжен на месте.
– Но откуда вы можете это знать? – спросил я. – Ведь до меня никто Вратами не проходил.
– Мы проводили эксперимент, – сказал Морган. – И подопытный был испепелен.
– И кто же это был?
– Кролик.
– Кролик?
– Маленький пушистый зверек из семейства грызунов. У него еще уши длинные.
– Я знаю, что такое кролик, – сказал я. – В моем мире они тоже водятся. Но вряд ли случай испепеления кролика что-то доказывает.
– Нас тут было трое, – сказал сэр Реджи. – Никто не выразил желания так глупо жертвовать собой, а крестьяне мимо не проходили.
Его тон не оставлял сомнений, что, если бы под руку подвернулась парочка-другая крестьян, он не замедлил бы швырнуть их в открывшийся портал эксперимента ради.
– Их счастье, – пробормотал я. – И какова дальнейшая программа наших действий? Раз уж я здесь, и вы здесь, и все такое.
– Мы должны отправляться в путь, – сказал Морган. – Дальнейшее пребывание на этом месте может стать опасным. Возмущение магического поля при открытии Врат было достаточно сильным, чтобы Темный Властелин его почувствовал. Конечно, мы не на его землях и он не сможет послать сюда целую армию, но лазутчики и диверсанты у него есть везде.
– И путешествие наше будет долгим и полным приключений и опасностей? – уточнил я.
– Похоже на то, – сказал сэр Реджи. – По крайней мере, я очень на это надеюсь. Руки чешутся в ожидании хорошей драки.
– Не разделяю ваших надежд, – сказал я.
– Предопределенное свершится, – туманно высказался Морган. – В путь.
Правда, перед тем, как мы тронулись с места, пришлось-таки показывать им знак Избранного.
Лошадей у них не было, так что оказалось очень удачно, что я въехал в этот мир на машине. Не знаю, действовали ли у них тут другие законы физики или химии, но бензин по-прежнему оставался в горючем состоянии и двигатель бодро зарычал после первого же оборота стартера, подтверждая непреложное для русского человека утверждение, что «мерседес», он и в другом мире «мерседес».
Нисколько не ломаясь, и не заставляя себя упрашивать, и даже не выказывая ни малейших признаков благоговейного ужаса перед невиданным доселе средством передвижения, они забрались в машину, и мы отправились в путь. Морган с Гармоном сели сзади, маг не выпускал изо рта своей дымящейся трубки, так что пришлось сразу же включить кондиционер. Сэр Реджи вольготно расположился рядом со мной, указывая дорогу. Странно, но обилие колюще-режуще-рубяще-калечащего оружия нисколько не мешало ему путешествовать с комфортом. Наверное, с такой способностью надо родиться.
Я закурил сигарету и задумался. Подумать было над чем.
Первым тревожащим меня фактом была та легкость, с которой я направил машину в проход между мирами. Способ бежать из своего мира в другой обычно ищут только неврастеники и романтически настроенные неудачники, к коим я себя никаким образом причислить не могу. Я довольно молод, достаточно красив, в меру крут, сообразителен, удачлив и богат. Мои друзья конкретные пацаны, девушки меня любят, по крайней мере, не чуждаются моего общества, так какого рожна обеспеченному и довольному жизнью человеку очертя голову бросаться в какие-то возникающие на лесных дорожках порталы? И, если уж на то пошло, зачем я вообще поперся в тот лес?
Основным источником информации, помимо троих спутников, которые вряд ли были в состоянии ответить на мои вопросы, являлись только слышанные в детстве сказки и прочитанные в юношестве книги, но толку от них было совсем немного. Пусть «Хроники Амбера» три года были моей настольной книгой, но проблемы Корвина и его сынка-колдуна никоим образом не касались моей ситуации. В конце концов, мой папа не был главной шишкой в этой половине Вселенной, не повелевал силами Порядка и не подсовывал мне для совокупления своих внучатых племянниц.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
