– Это кто ещё чужой?! – не выдержал Носатый. – Мы тут живём много веков!
– Драться хочешь, драться? А ну-ка иди сюда! – обрадовался Белка. Он воинственно взмахнул палицей, и Надя подумала, что, несмотря на преимущество в габаритах, исход схватки может оказаться для её друга весьма плачевным.
Но схватка не состоялась: внезапно из кустов выскочил Коля, и прежде чем Белка догадался, что происходит, мальчик схватил его за шиворот и высоко поднял над землёй. Лишившись твёрдой почвы под ногами, грызун обмяк, закрыл глаза и, прикинувшись мёртвым, безвольно повис в Колиных пальцах. Мальчик наскоро отобрал у маленького вояки все сладости и, поднеся его к лицу, злобно прошипел:
– Говори, где ваш штаб!
– Что наш? – Белка приоткрыл один глаз и недоумённо посмотрел на мальчика.
– Штаб! – повторил Коля. – Где сидит ваш главный?
– А, дворец! – понял наконец Белка, – отпусти, и я расскажу.
– Ага, нашёл дурака: я отпущу – и только тебя и видели! Говори немедленно! – и Коля ещё раз как следует встряхнул пленника.
– Подожди, – вступилась за белку Надя. Несмотря на то, что лазутчик ей не нравился, грубость Коли была ей неприятна. – Отпусти его а он даст слово, что не убежит. Ты же не убежишь?
– Зуб даю! – поклялся Белка и в знак нерушимости клятвы щёлкнул лапой по своим выступающим наружу резцам.
– Отпусти его! – снова попросила Надя.
– Ну ладно, – Коля нехотя поставил Белку на землю.
И зря: как только лазутчик почувствовал, что его ничто не держит, он тут же влетел на ближайшее дерево и, издеваясь над доверчивостью ребят, запрыгал, выкрикивая:
– Обманул, обманул, обманул!
И вдруг случилось то, чего никто не ожидал, Носатый вдруг резко нагнулся, поднял с земли ту самую шишку, что чуть не угодила в Надю, и с силой запустил ею в изгалявшегося Белку.
Шишка угодила тому точно в лоб – и хитрец, как подкошенный, рухнул на землю.
Когда Белка пришёл в себя, он с удивлением обнаружил на своей шее ошейник с поводком, конец которого сжимал в руке Коля.
– Очнулся, маленький негодяй! – сказала сидевшая рядом Надя. – Так тебе и надо: будешь знать, как обманывать! А теперь веди нас к дворцу. Или что у вас там?
Пленный грустно вздохнул и, показав лапой в чащу, произнёс:
– Ладно уж, пойдёмте – нам туда.
Идти по лесу было слишком долго. Поэтому ребята снова надели волшебные предметы. Носатый полетел над верхушками деревьев, как всегда держа их за воротники; вокруг его пояса был обвязан поводок, а Белка ловко прыгал по макушкам растущих внизу сосен, показывая дорогу. Минут через пятнадцать-двадцать впереди показался огромный дуб, в котором, как утверждал пленник, и находился дворец Главного Белки.
Как показала разведка с воздуха, вся поляна перед дубом была заполнена белками. Они маршировали колоннами, пели уже знакомую ребятам воинственную песню, складывали в огромные кучи боезапас в виде разнообразных сладостей – словом, готовились к предстоящим сражениям.
Высадиться среди такого количества воинственных грызунов было невозможно, поэтому приземлились на полянке неподалёку. Тут выяснилась ещё одна неприятная подробность: оказалось, что белки прекрасно видят Страхов, даже когда те невидимы для остальных, так что заслать Носатого в разведку тоже было нельзя. Решили, что Носатый останется на поляне, а Надя и Коля открыто пойдут к противникам, надеясь на заложника и беличье благоразумие. План, конечно, был так себе, но ничего лучше в голову не приходило. К тому же было уже очень поздно, и ребятам через пару часов нужно было лететь домой, пока их не хватились родители.
Поразмыслив, волшебные предметы также решено было оставить Носатому: случись чего – белки бы их обязательно отобрали, а у него они будут в безопасности.
Глава 7
Коварство и орехи
Простившись на всякий случай со Страхом, Надя и Коля отправились в сторону поляны.
По дороге они познакомились с пленным. Как выяснилось, он отзывался на имя Сто двадцать шестой и очень этим гордился. У каждой белки был свой номер. Самый главный носил номер Один, его помощник был Вторым и так далее – вплоть до самого последнего белки под номером Десять тысяч сто шестьдесят три. Номера довались за заслуги в бою, успехи в сборе продовольствия, а также в зависимости от того, насколько тот или иной белка нравился начальнику.
– У нас порядок, – хвастался пленник, – не то, что у этих! – Он кивнул в сторону жилища Страхов. – Каждый знает своё место – это очень мудро и правильно, поэтому мы – самый великий народ в этом лесу! А какая у нас разведка! Вот увидите: вы даже близко не подойдёте к дворцу. Вас заметят и непременно схватят! – утверждал Сто двадцать шестой.
К сожалению, он оказался прав: едва они вошли в растущую перед дворцом рощу, как с деревьев засвистели, – и вскоре все окрестные ветки стали рыжими от сбежавшегося воинства.
– Вот они, вот они!
– Хватай их!
– Несите шишки, на нас напали!
– Смотрите, у них пленник!
– Позовите главного!
– Да-да, позовите Семнадцатого!
Всё это раздавалось с деревьев. Надя поняла, что белки увидели заложника и не решаются напасть без разрешения начальника. Пользуясь замешательством противника, ребята быстрым шагом продвигались к дворцовой поляне. До королевского дуба оставалось уже не более десяти метров, когда гомон на ветвях вдруг прекратился и сверху послышался властный голос.
– Эй, вы! Кто вы такие и что вы делаете с нашим разведчиком? – голос, очевидно, принадлежал, тому самому Семнадцатому.
– Мы парламентёры, – ответила Надя, – нас послал Герцог – предводитель Страхов. Они не хотят воевать и послали нас к вашему королю для переговоров.
– А вашего лазутчика мы взяли в плен! – хвастливо добавил Коля. – Только попробуйте на нас напасть – и ему не поздоровится!
Поднялся возмущённый гам, но Семнадцатый крикнул: «Тихо!» И белки сразу замолчали.
– Сейчас я к вам спущусь, – произнёс тот же голос.
Вверху забегали, затем раздался какой-то странный стук, а через несколько секунд Надя и Коля заметили, что в их сторону направляется целая делегация.
Впереди шёл маленький, но очень гордый бельчонок, что есть силы стучавший в две ореховые скорлупки, – видимо, это был торжественный оркестр. За ним в сопровождении факелоносцев и десяти здоровенных белок с леденцами наперевес шёл пожилой белка с длинными седыми усами и берестяной медалью на груди. На медали была вырезана цифра 17.
Процессия остановилась в полуметре от ребят. Белки-охранники взяли леденцы на караул, а бельчонок положил скорлупки на землю, достал из-за спины длинный кусок коры и, солидно откашлявшись, объявил звонким голосом:
– Хранитель дворца, страж королевского покоя, покоритель самой высокой сосны, кавалер ордена пушистого хвоста первой степени господин Семнадцатый.
– Надя, – представилась Надя.
– Коля, – буркнул мальчик. Ему сейчас было очень страшно, но он старался сделать вид, что ни капельки не боится всех этих белок.
– Значит, Надя и Коля. Очень хорошо, – протянул вельможа, хотя было понятно, что ничего хорошего он в этом не видит. – И что же вам от нас нужно?
– Нам нужно поговорить с вашим королём, – ответила Надя, – мы уверены, что лес достаточно велик и для вас, и для Страхов, и если вы разрешите нам поговорить с ним, то я уверена, что все ваши проблемы можно разрешить.
– Замечательно! – снова протянул Семнадцатый, и было видно, что происходящее нравится ему всё меньше и меньше. – Значит, так: я предлагаю вам следующие условия. Вы отпускаете заложника, я провожу вас во дворец и если Первый согласится, то вы поговорите с ним, а…
– Так не пойдёт! – заявил Коля. – Слушайте наши условия: мы отпускаем вот этого, – он показал на пленника, а вы немедленно проводите нас к этому вашему Первому. Только так, а иначе мы не согласны.
Правда, Надя?
– Да, иначе мы не согласны, – ответила девочка. – А лучше так: вы нас проводите к королю, и тогда мы отпускаем Сто двадцать шестого на все четыре стороны.
Семнадцатый задумался. Было видно, что он колеблется. Вдруг он усмехнулся, как будто придумал что-то очень смешное, и сказал:
– О том, чтобы явиться к Первому с пленниками, не может быть и речи – мы слишком ценим безопасность нашего вождя, но я даю вам слово, что если вы согласитесь отпустить нашего соплеменника, то мы вас немедленно проводим к королю, без промедления!
– А откуда мы можем знать, что вы нас не обманете? – спросил осторожный Коля.
– Зуб даю! – ответил Семнадцатый.
– Это мы уже слышали, – возмутилась Надя, – вы нас с вашими зубами уже обманывали! Давайте другую клятву – посерьёзней.
