могли разрешить, потому что не брались всерьез».
«Интересно. И как же справились с бедностью?»
«Не просто с бедностью. Цель была: устранить неравенство. Между регионами планеты. Между богатыми и голодранцами. Между детьми из образованных семей и из социальных низов. Всякая проблема, деточка, любая проблема решается при помощи умных и щедрых инвестиций — денег, ума и таланта. Отставание неразвитых стран стало сокращаться, когда эти страны что? Правильно. Начали интенсивно и целенаправленно развивать. Не оказывать им материальную помощь, что только плодит паразитизм и коррупцию, а создавать хорошие школы для детей, строить предприятия, стимулировать деловую и творческую деятельность. Был целый фейерверк экономических и культурных бумов — в таких местах, от которых этого никак не ждали. Угандийское «экономическое чудо», эквадорское, бангладешское. Оказалось, что во многих случаях достаточно дать толчок, а потом включается цепная реакция. Капиталы стекаются со всего мира, местное население просыпается, начинает жадно ловить удачу. В результате затратный проект, построенный на внешнем финансировании, становится прибыльным. Мы с тобой, когда отпразднуем наше второе рождение и повторный брак, обязательно полетаем по миру — по тем самым экзотическим местам, где бывали когда-то. Ты не узнаешь Индию, Кению, Эфиопию, Гаити, Филиппины.
Внутри каждой страны социальное неравенство демпфировали за счет введения ежемесячной базовой выплаты всему населению. Средств Фонда на это не хватило, поэтому ввели «налог солидарности» на высокие доходы, но не так, как это делали раньше, когда налоговая гонялась за буржуями, а те ховали бабло по трастам и офшорам. Чем больше взносы, тем больше почета. Особенно крупным плательщикам даже выдавали почетные звания и ордена, телепередачи про них делали, обложки журналов им посвящали. У миллиардеров развернулось целое соревнование — кто больше даст. А кроме того, прошла мода на пускание пыли в глаза. Теперь у богатых считается крутым и стильным не демонстрировать свои капиталы — это моветон…».
«Ага, значит богатые все-таки остались!»
«Конечно остались. Есть ведь люди, у которых талант к получению прибылей. Вот я, например. — Алик изобразил скромный поклон. — Просто не осталось бедных. И способы получать кайф от богатства теперь не такие, как в прошлом веке. Частные аэролимузины остались, но они летают по небу, глаз не мозолят, а тачек ценой в десять среднегодовых зарплат больше нет. И брильянты размером с фундук носят только жены баботайских нуворишей. Но ты не переживай. — Он подмигнул. — Есть и у нас, толстосумов, свои маленькие радости. Про это после».
«Слушай, но вводить гарантированные соцвыплаты начали еще в наши времена — в Финляндии, например. И сразу столкнулись с проблемой тунеядства. Многие вообще перестали искать работу, начали деградировать».
«Это происходит, когда у человека нет дела, которое его увлекает. Второй пункт «Санации» был направлен именно на это. По всей Земле были созданы Эм-Си, Мотивационные центры. Очень красивые, гостеприимные офисы. Каждый получал вызов на рандеву. Если тебя в жизни всё устраивает — не приходишь. Но если ты недоволен — помогут. Человека расспрашивали, тестировали, консультировали: что любишь, чем интересуешься. Говорили: попробуйте заняться вот этим, у вас должно классно получиться, а если не получится — приходите снова, попробуем что-нибудь другое. Ну и, само собой, был развернут глобальный интернет-сервис. Там можно было протестироваться и получить рекомендации 24 часа в сутки. Не только рекомендации, но и направление на учебу, или субсидию на стартап, или помогали найти бизнес-партнеров. Сейчас Эм-Си тоже есть, это самый популярный сектор услуг в мире. Но направления центров деятельности стали много шире. Как раньше каждый был прикреплен к районной поликлинике, так теперь каждый пользуется услугами Эм-Си. По самым разным, практически любым поводам. Это такие коучи на все случаи жизни. Там тебя знают, любят, всегда посоветуют и помогут».
«Здорово! — восхитилась Елена. — Но с третьей-то проблемой, с невзгодами личной жизни — несчастная любовь, муж-идиот, «я-никому-на-свете-не-нужна» — ведь в Мотивационный центр не придешь».
«Почему не придешь? Еще как придешь. Хотя большинство пользуются «Мэтчером». Это программа, разработанная тогда же, в конце тридцатых, для поиска идеальной пары. Ее без конца корректировали, и со временем она научилась работать практически без сбоев. Вводишь свои данные, отвечаешь на кучу вопросов, проходишь тыщу тестов, и процессор находит тебе людей, которые могут сделать тебя счастливыми. А дальше уж — как получится. Включится химия или не включится, проскочит электричество или нет. Коли нет — пробуешь с другим кандидатом. Некоторые, правда, делают из этого поиска образ жизни, порхают с цветка на цветок. Но это личное дело каждого».
«И всё это было выполнено за десять лет?»
«Запущено, скажем так. Главное ведь — создать правильно функционирующую систему, а дальше процесс уже идет сам. Ты обживешься немного и увидишь, что сегодня, в 2106 году, мир в основном населен счастливыми, состоявшимися людьми. Несчастны только те, кому нравится быть несчастным. У нас говорят про прежнюю жизнь «Досанационная эпоха», и очень жалеют всех, кто тогда жил».
«Уф. Это мне надо осмыслить».
Елена давно уже доела свой разноцветный омлет, но по-прежнему держала в руке вилку — так захватила ее лекция.
«…Так. Что шло вторым номером после «санации»? А, экология. Лечение больной планеты. И как же ее лечили?»
Про лечение планеты (всё время отвлекаясь)
«Как полагается по медицинской науке. Сначала поставили диагноз и определили стадию, исследовали анамнез, установили главную причину заболевания. Потом разработали план лечения. Главная причина, собственно, была хорошо известна: нефтегазовая зависимость. Побочные-то экологические недуги, вроде накопившейся загрязненности атмосферы, почв и вод могли быть подлечены относительно легко. Про очистку океана я тебе уже рассказал — за год управились. Но мир не мог существовать без нефтегазовой горелки, а из-за «Санации» еще и развернулся глобальный индустриальный бум, спрос на энергию всё время рос. Человечество было похоже на заядлого курильщика, который смолит по две пачки в день, кашляет, задыхается, губит себе легкие, но завязать не может… Кстати вот метафора, которую сегодня без сноски ни один читатель не поймет, — задумчиво сказал Алик. — И слово «сноска» тоже исчезло. Да и читателей в нашем смысле больше не существует. Никто текстовую информацию — кроме объявлений и уличной рекламы — при помощи закорючек, тем более оттиснутых на бумаге давно не передает и не воспринимает».
«Неужели остались только аудиокниги?»
«Что-что? А, я про такое и забыл. Действительно, все всовывали в уши такие маленькие смешные штучки и слушали. Нет, чтение — это теперь называется «абсорбция» — делится на две основные категории. Если это что-то информативное — учебник, инструкция, статья — содержимое закачивают прямо себе
