Читаем без скачивания Неправильные - Катрин Корр

Саша слабо улыбается и пожимает плечами:

– Это так, просто сложно все время быть в этом уверенной, когда чуть ли не при каждой встрече Марк старается меня поддеть. Скоро ты поймешь, о чем я. Он, может, и красавец снаружи, но внутри у него полной чертей.

– Бери пример со своего будущего мужа, – ободряюще говорю я, – и не обращай внимания на людей, которым не суждено узнать, что такое счастье. Ты невеста, и у тебя свадьба в самой прекрасной стране мира!

На сей раз Саша расплывается в довольной улыбке и благодарно смотрит на меня. Я не скажу ей, что и сама причисляю себя к списку тех, кому больше не суждено стать счастливой. Как и того, что больше я не хочу пытаться стать такой.

Мы улыбаемся друг другу, а мои пальцы машинально прикасаются к длинному бугорку у солнечного сплетения, который можно ощутить даже сквозь плотную ткань белой футболки. В груди знакомо покалывает, и я резко опускаю руку на стол.

Спустя сорок минут я в числе других пассажиров иду по длинному коридору, ведущему в самолет. И по мере приближения к летающему транспорту легкое волнение во мне перерастает в настоящую тревогу, и объяснить свои чувства я могу лишь одним словом, точнее именем.

Марк.

Я видела его в одном из бутиков, где он вальяжно примерял солнцезащитные очки, изображая наигранную серьезность перед зеркалами, а две других девушки, подруги Саши, то и дело одобрительно кивали. Саша права, он хорош собой и, должно быть, регулярно посещает тренажерный зал, но все, что бы он ни делал за эти несколько часов и чему я была свидетелем, выглядит чересчур наиграно.

Улыбка, смех, взгляд, даже то, как он якобы вежливо попросил у Саши таблетку от головы, хотя на самом деле нашел быстрый повод избавиться от нее, потому что она оказалась лишней. Или потому, что он ее попросту недолюбливает. Не удивлюсь, если Саша права на этот счет.

– Неужели за целый час ты купила только то, что уместилось в этот маленький пакетик?

Я дергаюсь, когда слышу за спиной его голос, и с опаской оборачиваюсь. На глазах темные очки, скрывающие такие же темные глаза, а губы вытянуты в злую усмешку.

– Следить за мной твое хобби? – кидаю я, продолжая идти вперед. Мне не по себе, что он идет позади меня. Даже волосы на затылке неприятно зашевелились.

– Сложно не заметить, как ты выписываешь в магазине круги. Должно быть, ноги болят, – ехидничает он.

– Я просто внимательно отношусь к покупкам и, в отличие от некоторых, не принимаю поспешных решений. – Снова оборачиваюсь и бросаю на его новенькие очки безразличный взгляд. И только когда вновь гляжу в макушку впереди идущей женщины, задаюсь вопросом, зачем я вообще это сказала и заострила внимание на его покупке.

– К слову о слежке, ты, наверное, забылась, когда разглядывала меня в бутике. Все еще думаешь, что твои хитрые глазки прячутся в «Лексусе», хотя на самом деле это не так. Наверное, нравится наблюдать за всеми, да?

Резко останавливаюсь и оборачиваюсь, а Марк толкает меня, не успев затормозить.

– Попал в самую точку, – усмехается он, легонько подхватив меня за локоть. – Не тормози движение, многим из пассажиров хочется уже опуститься в кресло и поспать. И привыкай к тому, что теперь те, кого ты разглядываешь, могут видеть тебя. Твои тупые игрульки закончились.

Теперь мы идем вместе, и его рука придерживает мою.

Он снова сам себе усмехается, и я чувствую запах мятной жевательной резинки вперемешку с кофе. Одергиваю руку и решаю пропустить Марка вперед, чтобы теперь он был в поле моего зрения.

В самолете нас вновь встречают улыбчивые бортпроводники, и, когда я показываю им свой посадочный талон, меня вежливо просят занять место в салоне бизнес-класса.

Сажусь в широкое кожаное кресло, достаю свой сотовый и пишу маме смс-сообщение. Вижу Ваню с Сашей, которые располагаются впереди меня, и здороваюсь с высоким брюнетом. Он садится рядом со мной.

– Костя. – Он улыбается, и я отвечаю ему тем же.

– Лера.

Две девушки, что так старательно помогали Марку в бутике оптики, садятся в противоположном ряду, а Марк и еще один парень – позади них. Я рада, что сижу почти в самом конце салона бизнес-класса и не привлекаю к себе их внимания.

– Ты со стороны Саши, – констатирует Костя, расправляя ворот клетчатой рубашки. Я понимаю, что он просто хочет завязать со мной разговор потому что сидеть рядом и молчать, при этом зная, что эту неделю мы проведем вместе, как-то странно. И отчего-то мне вдруг безумно хочется подыграть ему, ведь боковым зрением я вижу, как голова Марка повернута в нашу сторону.

– Точно. Я визажист, которого она предпочла захватить с собой.

– Серьезно? И ты будешь… ну, красить всех девчонок?

– Ага. А еще мам, бабушек и тех, кто просто захочет воспользоваться моими услугами.

– Если хочешь, она и тебя приведет в порядок, – кидает Ваня, подслушав наш разговор.

Костя криво улыбается и снова переключает свое внимание на меня. Я рада, что между нами установлен широкий столик, который отделяет нас друг друга, ведь в ином случае наши плечи или локти то и дело бы соприкасались. Для меня важно сохранить собственное пространство, в котором я чувствую себя в безопасности.

– А я думал, что ты подруга Саши.

– Конечно, она моя подруга! – укоризненно кидает Саша, высунув голову из-за спинки широкого кресла.

– Эй, вам., что, вдвоем заняться нечем? Или вы так и будете подслушивать нас?

Саша корчит рожицу и располагается в своем кресле.

– С ума сойти, никакой личной жизни! – говорит Костя так, чтобы его услышали впереди. – Давно знакомы?

– Год. Наверное, это не такой большой срок, но у нас с Сашей сложились хорошие и дружеские отношения. Я рада, что познакомилась с ней. – Говорю не громко, скорее даже тише, чем следовало, и мой собеседник немного наклоняется ко мне.

– А я очень рада, что познакомилась с тобой, – доносится голос Саши впереди, и Костя снова недовольно фыркает. – Ладно-ладно! Больше ничего говорить не буду!

Я смеюсь, глядя на Костю, который театрально поднимает руки над головой и благодарит Всевышнего. Рукава клетчатой рубашки закатаны до локтя и моему взору открываются тугие мужские вены.

– А мы с Ванькой знакомы еще с университета. Учились на одном факультете, только я был старше на два курса.

– Мм, а какая специальность?

– Информационный менеджмент, – отвечает он, саркастически закатив глаза. – Раньше я отвечал на такой вопрос с гордо поднятой головой.

Я улыбаюсь и ловлю на себе его заинтересованный взгляд.

– Понятия не имею, что это значит.

– Если честно, я уже и сам забыл, чему вообще обучался на протяжении пяти лет. По специальности я ведь так и не пошел. Как и Ванька.

– А чем занимаешься?

– Слышала про «Больших Ковбоев»?

– Мой администратор говорил что-то об этом… – отвечаю я, пытаясь вспомнить, о чем именно шла речь. – А! Точно, это же тренажерный зал, да? Еще реклама по телеку была! Там, кажется, полуголый парень скакал верхом на быке, да?

Мужчина улыбчиво кивает:

– Вместо информационного менеджмента я занимаюсь продвижением своих «Больших Ковбоев».

– Откуда такое название?

– Не нравится? – улыбается он мне.

– Как раз наоборот. Не какое-нибудь банальное «Атлетик» или «Спортклуб».

Стюардесса проходит мимо нас, внимательно осматривая наши ремни безопасности, и мы с Костей тут же пристегиваем их.

– Я обожаю фильмы про Техас.

– Серьезно? А разве они не все одинаковые? Ну, там, вечный песок, засуха и вонючие мужики?

– Вонючие мужики? – смеется он, доставая из ручной кожаной сумки свой iPad. Он кладет устройство на колени, и я уже с ужасом и смехом представляю, как он будет показывать мне свою коллекцию вестернов. – Никогда не думал об этом.

– Ковбои, они же постоянно гонятся за кем-то, дерутся и живут на солнце! Мне кажется, что они круглосуточно мокрые с головы до ног. Ладно, давай не будет об этом. Странная тема для разговора.

– А мне нравится, – улыбается Костя, повернув ко мне голову. – Еще никогда я не разговаривал с малознакомой девушкой о ковбоях и их потных вещах.

Мы замолкаем, когда бортпроводник начинает демонстрировать аварийные выходы. Прохожу глазами по торчащим макушкам пассажиров и ненароком задерживаю свой взгляд на высеченном профиле с острым носом и чуть выпячивающимся вперед подбородком. И внезапно, словно чувствуя на себе мой взгляд, Марк оборачивается. Адреналин ударяет в голову, и я мигом отвожу глаза, со стыдом осознавая, что он успел заметить на себе мой взгляд.

Когда стюардесса заканчивает демонстрацию, Костя просит у нее стакан воды, чтобы запить таблетку от укачивания.

– Я знаю, что это всего лишь самовнушение, – говорит он тихо, вертя в пальцах белую капсулу, – но, когда принимаю ее, чувствую себя хотя бы не как вареный овощ.

После взлета проходит достаточно времени, чтобы табло «пристегните ремни» перестало мигать. Я послушно отстегиваю ремень и, не подумав, стягиваю с себя кожаную куртку, которую намереваюсь сложить в отделение над головой.