Читаем без скачивания Честь бойца - Иван Стрельцов

Весь рабочий день Андрей Никонов провел в Генпрокуратуре со следователем Савиным. В отличие от оперативных работников следователь по-прежнему занимался банком «Глобал Инвест», собирая воедино всю информацию о его деятельности. Сейчас в папке Савина лежали отчеты трех отделений Интерпола о финансовых путях денег за проданный металл. Крупные суммы, пройдя через заморские офшоры, дробились на несколько частей. Одна из них возвращалась в Москву в банк «Глобал Инвест», чтобы потом обменяться на «деревянные» и в виде зарплат и налогов пролиться в Сибири. Другая часть оседала в банках этих же офшорных зон на счетах директоров металлургических комбинатов. Сейчас Интерпол пытался вскрыть эти счета. Третья, основная часть денежного потока, попетляв по банкам Запада и Востока, наконец сливалась в Объединенном Швейцарском банке. Именно в этом банке расположился истинный хозяин, Вавилов Валентин Викторович, крупномасштабная фигура международного криминала.

Рассказывая о добытой информации, Владимир Савин оставался бесстрастным, как шахматный гроссмейстер, никаких эмоций, пока не одержана полная победа. Слушая его, Никонов даже позавидовал такому хладнокровию, ибо сам был человеком эмоциональным.

– Наши американские коллеги, – продолжал следователь, – плотно обложили Вавилова. ФБР взяло под колпак все его окружение, заслало своих людей в «Утреннюю Звезду». Сейчас они подбираются к контактам Вавилова с Меделянским картелем. Теперь все дело за нами: как только мы накроем «Глобал Инвест», Интерпол и ФБР одновременно начнут аресты. Это будет одно из самых громких международных дел.

– И налоговая полиция сможет предъявить свой счет мистеру Вавилову, – радостно сказал Никонов. – Боюсь, после этого процесса слишком много людей отправятся за решетку, и слишком много предприятий снова выставят на аукцион.

– Все зависит от того, как четко мы сработаем здесь с банком, – произнес Савин.

– У нас все готово, ждем лишь получения «Глобал Инвестом» денег из-за границы, – ответил старший инспектор.

Обмен информацией был закончен только к вечеру.

Вернувшись в управление, счастливый Никонов хотел поделиться своей радостью с Ларой Дегтеревой. Помощница влекла его все больше как женщина, с которой можно бы связать судьбу.

Едва Никонов поставил свою «семерку» на стоянку возле Управления налоговой полиции и заглушил мотор, как из здания вышла Лара.

Андрей залюбовался ее стремительной походкой – расстегнутый плащ развевался, как крылья гигантской птицы, окаймленные белым лоскутом шарфа. Через секунду девушка села в поджидающий ее темно-коричневый «Форд-Таурус», и машина, взревев мощным двигателем, сорвалась с места.

Никонов узнал номер автомобиля, это был «Форд» Донцова. Старший инспектор до хруста сжал кулаки и злобно проворчал:

– Ну ты дождешься, мент.

Частный ресторанчик «Водолей» был лучшим местом для спокойного ужина. В небольшом зале, отделанном дорогими породами дерева, разукрашенном позолотой и завешенном тяжелыми бархатными гардинами, посетителей было немного. Лощеный официант, выряженный в золоченый кафтан Ивана Царевича, провел Донцова и его спутницу к свободному столику, чиркнув зажигалкой, зажег большую пирамидальную свечу, установленную в центре стола, внутри стеклянной колбы в форме шара. Затем, протянув Ларисе кожаную книжку меню, бесшумно удалился.

Оказавшись лицом к лицу с ней, Олег неожиданно стушевался и, проведя тыльной стороной ладони по небритым щекам, произнес:

– Прошу прощения за трехдневную щетину. Но право слово, за последние дни не было времени привести себя в порядок. Сами знаете, что творится. Бандюги друг друга мочат за бензиновые реки и долларовые берега, а мы во всем этом должны ковыряться.

– Ну что вы, – успокоила майора девушка, – щетина вам идет. Можно сказать, добавляет шарма вашему плейбоевскому имиджу.

– А вы остры на язык, май либен.

– Таков удел современных девушек, – наигранно вздохнула Лара и тут же как будто опомнилась и спросила: – Так что мы будем есть?

– Что закажете, – проговорил Донцов, – но предупреждаю, я очень голоден.

Быстро пробежав глазами по наименованиям блюд, девушка подозвала официанта и сделала заказ.

Через несколько минут перед ними появились серебряные пиалы с красной и черной икрой, блюдо с осетровым балыком, переложенное маслинами и дольками лимона, плоды киви, фаршированные крабовым мясом в майонезе, мясное ассорти, украшенное овощами, и завершила композицию бутылка молдавского марочного «Каберне».

– Прекрасный выбор, – сделал заключение Донцов, разливая вино по бокалам.

– За что будем пить? – спросила Лара, беря в ладонь бокал с темно-рубиновым напитком.

– За приятный ужин, – последовал ответ.

Чокнувшись, они выпили. Вино действительно оказалось превосходным, густым и терпким. Больше не говоря ни слова, принялись за еду. Правда, насыщение было недолгим: съев половину фаршированного киви, немного зернистой икры и осетрины, Лара откинулась на спинку стула. Достав из своей сумочки сигареты, одну сунула в рот, Донцов тут же поднес зажигалку.

– Вот скажите, Олег Сергеевич, – закурив, произнесла она, – когда все это кончится?

– Что кончится? – не понял майор, наполняя бокалы вином. – Продукты или вино, если закончатся, мы еще закажем.

– Да нет. Когда прекратятся эти ужасные убийства?

– А, это, – разочарованно проговорил Донцов. – Некоторые теоретики-криминалисты, экономисты предрекают еще пятьдесят лет накопления первичного капитала, а потом… вроде как кривая убийств поползет вниз. Но это все бред, с некоторых пор это стало практически невозможным, и дело теперь не в деньгах. Просто мы стали жить по другим законам, вернее, закону. Закону джунглей. А он, как известно, гласит: сильный пожирает слабого, молодой убивает дряхлого, хитрый живет за счет простодушного. Не обладающий ни силой, ни хитростью должен пресмыкаться. А деньги – та эстафетная палочка, которой люди прикрывают свои звериные инстинкты.

– Интересная теория, – задумчиво произнесла Лара. Потом, посмотрев в глаза сыщика, спросила: – Вы тоже живете по этому закону?

– К сожалению, Ларочка, у меня кроме этого закона есть еще УК России и множество служебных предписаний. Так что моя жизнь как зверя затруднительна.

– Давайте выпьем. – Девушка подняла бокал.

– За что?

– Что все-таки не все зверями стали.

Они снова выпили, Донцов принялся за еду, а его спутница продолжала курить.

– Скажите, Олег Сергеевич, вы часто здесь ужинаете?

– Можно просто Олег.

– Мы еще не пили на брудершафт.

– Так в чем же дело? – Олег наполнил бокалы. Они переплели руки и осушили бокалы до дна, потом поцеловались. Губы девушки были плотно сжаты.

– Ну так что, какой ответ? – настаивала Лара.

– Насчет ужина?

– Да.

– Действительно, я тут часто ужинаю, а иногда обедаю. Здесь хорошая кухня, и обслуга приличная. К тому же уютно и тихо.

В этот момент к столику подошли два официанта. Один убрал посуду, другой поставил на стол блюдо с зажаренными перепелами под винным соусом.

– А зарплаты старшего оперуполномоченного хватает на такие ужины? – снова спросила Лара, едва официанты удалились. Ее улыбка источала яд.

– Плюс выслуга, – добавил Донцов.

– Плюс выслуга, – как эхо повторила девушка.

– Нет, не хватает. Если неделю так питаться, три следующие придется голодать.

– Ну, так как же? – прямой ответ сбил Лару с толку.

– Подрабатываю в нерабочее время, – признался сыщик.

– А-а, не ловите богатых бандитов или предоставляете «красную крышу» нуждающимся бизнесменам. – Лара заговорщицки подмигнула.

– Крыша, которую предоставляет милиция, называется «красная шапочка». Сотруднику фискальных органов необходимо владеть хотя бы полукриминальным сленгом. А то можно попасть впросак.

Донцов ответил улыбкой на улыбку, а потом добавил:

– Если говорить откровенно, есть у меня друг, частный детектив. Настоящий потомок Железного Феликса, волкодав с железной хваткой, прошел Афганистан, Карабах, теперь вот подвизается на ниве частного сыска и конфиденциальных поручений. Хоть он и говорит, что не любит нынешнее время, но живет в нем, как пиранья в колхозном пруду. Но как бы он ни был крут, ему требуется помощь. Я помогаю, как могу.

– А он за это платит, – добавила Лариса.

– Как и ему.

– И платит наличными, минуя налоговую декларацию, да?

– Ларочка, не будьте занудой, как ваш шеф, а то так и останетесь старой девой, – спокойно парировал Донцов.

Девушка вспыхнула, поджала нижнюю губу, затушив сигарету, нервно произнесла:

– Вы знаете, уже поздно, и меня мама ждет.

– А как же кофе?

– На ночь не пью, – последовал категоричный отказ.