молча, он расслабился. Он был весьма впечатлен тем, что нам это удалось. Восхищение часто светилось в его глазах, когда он понимал, что мы разговариваем друг с другом по-своему. Он был в искреннем восторге от нас.
— Вперед! — закричала Бекки. Они с Джорджем всегда были на нашей стороне.
С тех пор, как Джордж впервые увидел Блейка, застрявшего в том месте, которое мы теперь зовем Преисподней, у него было много видений про нас… И хороших, и плохих, но рассказывать он не хотел. Это пугало меня. Он даже Бекки не говорил.
Я вскрикнула от волнения, когда ударила ракеткой по мячу.
Сэр Роберт промчался мимо нас. Мой отец ударил по мячу первым, и тот полетел вниз.
Блейк хмыкнул и развернулся, а мой отец радостно рассмеялся. Мы погнались за мячом.
Бекки точным пасом вернула его мне. Я ударила по мячу прежде, чем отец успел до меня добраться.
— Притормози, Елена, пока ты не поранилась! — закричал отец.
— Я могу позаботиться о себе, дедуль, — пошутила я. В конце концов, сейчас ему было около двухсот семидесяти, плюс-минус пара лет. Но он все еще напоминал мужчину лет сорока с небольшим. Его дракон, сэр Роберт — мой тесть — давным-давно поделился с ним своей сущностью.
Игра была веселой. Вокруг нас раздавался смех. Пара случайных прохожих наблюдали снизу, эмоционально реагируя на наши маневры.
Сэр Роберт и Блейк погнались за мячом. Роберт стал быстрее с тех пор, как вернулся мой отец. Блейк ускорился, поскольку его отец был у него на хвосте. Ветер трепал мои светлые волосы, украшая их микроскопическими жемчужинами влаги.
Мы устремились к нашим воротам. Еще чуть-чуть.
— Оставь их! — наконец крикнул мой отец. Сэр Роберт мог бы убиться, если бы попытался угнаться за Блейком на такой скорости.
Я чувствовала себя так, словно каталась на безумных американских горках без тормозов.
Мой энтузиазм вылился в громкий крик во все горло, эхом разнесшимся по ночному небу. Мы поднимались все выше и выше, ударяя по мячу каждый раз, когда я передавала его.
Эмануэль был вратарем моего отца. Он прятался высоко в темноте. Насколько высоко, мы не знали. Одно дело захватить мяч, но совсем другое — попасть мимо Эмануэля.
Прямо перед нами из ниоткуда возникла яркая вспышка. У Блейка не было времени остановиться.
Мы летели сквозь ослепительный свет. Блейк сбавил скорость.
— Что, черт возьми, это было? — впервые заговорила я вслух. Я вытянула шею, чтобы оглянуться. Свет исчез. Когда Блейк обернулся, он появился снова. Но потом я поняла, что свет не появилось снова. Я просто видела его через разум Блейка.
«Не знаю. Он возник из ниоткуда».
Небо было кристально чистым, без единой тучки. Миллионы звезд были разбросаны по черному бархатному покрывалу ночи.
Не осталось и следа от игры. Вокруг воцарилась мертвая тишина, все звуки наших зрителей и других игроков просто исчезли. Мне это не нравилось. Ни капельки.
Вереница мыслей зигзагами пронеслась в голове Блейка. Звезды на этом небе не были частью нашей галактики. В сознании Блейка я могла видеть, что некоторые из этих созвездий не существовали.
Это какой-то бред.
Нити беспокойства обвились вокруг разума Блейка, как цепкий плющ. Его страх стал моим собственным. Мое сердце тревожно затрепетало. Я не знала, что все это значит.
«Блейк, где мы? Что это был за яркий свет? И что ты имеешь в виду, говоря, что это не наши созвездия?»
«Я понятия не имею. Мне это не нравится. Это место кажется неправильным, Елена».
«Я знаю, я тоже это чувствую. Что это со звездами?» — снова спросила я его.
«Некоторые из них не должны быть в небе. Они давным-давно упали».
«В каком смысле? Просто верни нас обратно, пожалуйста.»
«Ладно, держись».
Он отклонился от курса. Волосы на моей шее встали дыбом, когда ветер коснулся моего лица. Мы и близко не были к дому, но в нескольких милях от нашего местоположения мы увидели дворец, возвышающийся на горизонте.
Я любила летать. Я жила ради этого. Но его страх, его мысли стали моими. Я разделяла его растущее беспокойство.
Свет костра привлек мое внимание. Я посмотрела вниз, на гору Ликва — громадную гору неподалеку от замка.
На вершине горы шло сражение. Война.
Свист огненных стрел. Звон стали о сталь. Люди кричали в агонии, умирая. Эти звуки пронзили мои барабанные перепонки.
Я чувствовала, что Блейк наблюдает за образами в моем сознании. Он взмахнул крыльями, чтобы замедлиться и понять, что мы видим.
Это была битва не на жизнь, а на смерть.
«Что это такое? Кто это? Почему мы не знаем об этом?» — с тревогой в голосе спросила я.
«Нам нужно вернуться, Елена. Мы должны предупредить твоего отца и остальных!»
«Просто вытащи нас отсюда к чертовой матери!» — приказала я.
Он ускорился.
Резкая боль пронзила мою поясницу. Но пострадала не я. Это был он.
— Блейк! — закричала я.
«Ты в порядке?»
Его крылья едва заметно дрогнули.
«Да, я в порядке».
Я молилась за замок. Он всегда так говорил… что с ним все в порядке, что волноваться не о чем, но я знала правду. Эта штука причинила ему адскую боль. Еще одной вещью, которую позволяла нам испытать наша связь, была боль друг друга.
Меня охватила сонливость, внезапная и неожиданная. Я взглянула на свою талию и поняла, что, в конце концов, я испытывала боль не от Блейка. Это была моя собственная. Перья сверкающей совы, красиво уложенные на наконечнике стрелы, торчали наполовину из моего торса.
Попали в меня. Не в Блейка, а в меня…С такого расстояния? Как?
«Елена!»
Блейк, должно быть, почувствовал смятение в моей голове. Пронзительный звук раздался из его груди, но я его почти не слышала. Мои веки стали тяжелыми, очень тяжелыми. Последнее, что я осознала, прежде чем потеряла сознание, прежде чем
