– Я скажу медсестре, чтобы она прямо сейчас принесла вам тайленол. Еще я распоряжусь, чтобы вам принесли пару блокнотов – можете составить список необходимых вещей. Их доставят вам родственники или коллеги по работе.
– Мы сможем получить настоящую одежду?
– Несомненно. Главное, чтобы вы не испытывали неудобств. Но я бы не советовала просить шелковые блузки. Их могут серьезно испортить при дезинфекции. Лучше попросите, чтобы вам принесли одежду из чистого, стопроцентного хлопка.
– Еще мы хотим, чтобы здесь работал телевизор, – добавил Росс, с улыбкой глядя на Пейдж. Однако, заметив, что, перехватив его взгляд, она нахмурилась, пожал плечами и добавил: – А то, знаете ли, делу время, а потехе час.
При мысли о делах и потехе в обществе этого змея в течение долгих дней, а то и недель у Пейдж едва не вырвался стон. Она с трудом отвела глаза от его улыбки и соблазнительных ямочек на щеках.
– А можно попросить, чтобы здесь установили кирпичную стену?
Недоуменную паузу нарушил хрипловатый смех женщины-врача.
– Неужели вас обоих беспокоят симптомы?
– Нисколько, – горячо откликнулась Пейдж. И тут же прижала ладонь ко лбу. – А вы уверены, что не существует какого-либо противоядия или чего-то в этом роде?
– Во всяком случае, нам об этом ничего не известно. Как я уже сказала, этот вирус для нас – дело совершенно новое. Ведь мы впервые столкнулись с ним. Но уверяю вас, в ЦКИЗе в настоящее время активно занимаются его изучением. – В глазах Рейчел Тернер блеснул лукавый огонек. – По крайней мере эпидемии не предвидится. – Она коснулась затянутой в перчатку рукой ладони Пейдж. – Мы будем самым внимательным образом наблюдать за состоянием вашего здоровья. И сделаем вес возможное, чтобы свести к минимуму все ваши неудобства.
– А как скоро эти... симптомы начнут проявляться? – спросила Пейдж, почти проникшись уверенностью в том, что на нее вирус уже подействовал. Иначе с чего бы это Росс Беннет – стоит ей только в очередной раз взглянуть на него – кажется ей все более привлекательным. Настоящая жаба!
Прежде чем доктор успела ответить, внешняя дверь, ведущая в приемную, распахнулась и в ней появилась медсестра. Она тут же склонилась над переговорным устройством.
– Отлично! – воскликнула доктор Тернер. – Мисс Харт, мистер Беннет, познакомьтесь, это сестра Мартинес. Мария, знакомься, это Пейдж Харт и Росс Беннет.
– Здравствуйте! – с улыбкой произнесла знойная смуглянка, уроженка Латинской Америки. Она сразу устремила взгляд на симпатичного пациента. Улыбка ее сделалась еще шире.
– Сестра Мартинес – из числа лучших сотрудников нашего медицинского персонала, – пояснила доктор. – Она будет всячески опекать вас.
– О да, конечно, непременно!
Пейдж тотчас поймала себя на мысли, что почему-то ей неприятно видеть, как сестра Мартинес мгновенно воспылала столь горячим желанием заботиться об этом змее Россе. Перед ее мысленным взором тотчас заплясали не слишком приятные видения.
– Вы обещали лекарство, – резко напомнила она доктору. Нет, она не хотела грубить, но так получилось.
– Ах да! – С этими словами Рейчел Тернер повернулась к кровати Пейдж, вновь сняла с нее табличку с записями о состоянии здоровья пациентки и что-то написала на ней. – Мария, принесите мисс Харт тайленол. Начнем, пожалуй, с тысячи миллиграммов, а затем при необходимости увеличим дозу.
Мария моргнула, затем посмотрела на Пейдж куда более внимательно, как будто только сейчас осознав, что та вовсе не предмет больничной обстановки, и утвердительно кивнула.
Доктор Тернер повернулась к Россу:
– Вам нужно болеутоляющее?
Тот прикоснулся к марлевой нашлепке на лбу.
– Собственно говоря, мне не особенно-то и больно.
О Боже, теперь он разыгрывает из себя этакого мачо, красавца супермена. Наверное, все из-за этой медсестры, которая таращится на него, пуская слюнки, как юный и вечно голодный эфиопский сирота на обед из семи блюд.
– Вы, случайно, не помните, когда вам в последний раз делали прививку от столбняка?
Росс задумчиво прищурился.
– М-м-м, вообше-то нет, не помню.
– За последние десять лет хоть раз делали?
– Ни разу. Точно. Абсолютно уверен.
– Отлично. Тогда мы обязательно сделаем вам укольчик.
– А это не больно?
Пейдж возмущенно закатила глаза.
– Мужчины все равно что малые дети.
– Рука немного поболит пару дней, только и всего, – пояснила доктор.
– Это... точно... абсолютно необходимо?
– Гос-с-споди! – фыркнула Пейдж.
– К сожалению, да, – ответила Рейчел Тернер и, повернувшись к медсестре, добавила: – Мария, сделаете укол мистеру Беннету!
– Хорошо, доктор.
– Тогда у меня все на сегодня.
– Не совсем, доктор, – сказала Мария. – Пришел брат мисс Харт.
Значит, кавалерия Хартов устремилась на помощь.
– Ну, слава Богу! – воскликнула Пейдж. – Это Ник. Пожалуйста, разрешите мне поговорить с ним! Он знает, что нужно делать.
Глаза доктора Тернер удивленно расширились, сделавшись размером с блюдце.
– Вашего брата зовут Ник?
– Да. А что? Вы знакомы с ним?
– Пожалуйста, только не говорите мне, что он архитектор!
– Не могу вам этого не сказать. Он действительно архитектор.
– Черт побери, – пробормотала доктор и принялась испуганно озираться, словно выискивая взглядом, за что бы ей спрятаться.
– Насколько я понимаю, вы его знаете, – сухо заметила Пейдж.
Ну конечно! Судя по всему, врач, в чьих руках сейчас жизнь и здоровье Пейдж Харт, одна из многочисленных представительниц женского пола, которым Ник разбил сердце на бескрайних просторах Америки от Мейкона до Атланты.
В следующее мгновение в приемную ворвался Ник Харт собственной персоной, в очередной раз продемонстрировав свое абсолютное неумение терпеливо чего-либо дожидаться.
Пейдж была бы безумно рада видеть брата, если бы краешком глаза не заметила, что при его появлении доктор напряглась.
– Пейдж, с тобой все в порядке? – спросил он, наполнив помещение своим сочным басом. В его голубых глазах читалась озабоченность и тревога за сестру.
Затем его взгляд на секунду скользнул по доктору Тернер, но в глазах не промелькнуло ни малейшей искорки узнавания. Что совершенно неудивительно, принимая во внимание «обмундирование» доктора. Зато он тотчас заметил Росса и весь напрягся.
– Что тут, черт побери, происходит? Пейдж, отвечай! Что ты делаешь в больничной палате с мужчиной?
Пейдж вздохнула. В силу того, что Ник был на два года ее старше, он считал себя ее покровителем. По сути дела, только благодаря его неусыпным бдениям Пейдж до самого окончания средней школы оставалась девственницей. И конечно же, он до сих пор винил себя за ту «катастрофу», что случилась с сестрой в первый год ее учебы в колледже, – вот уж смех, да и только.
