— И Вини ты меня тоже не назовешь. Для тебя я — мисс Данфорт.
Он наклоняется, опираясь руками — весьма голыми и, надо признать, впечатляющими — на спинку соседнего стула. Пиджак он снял, рукава закатаны до локтей, галстук ослаблен, жилет расстегнут, а ворот рубашки распахнут почти до ключиц. Щеки алые — по нему видно, что он уже изрядно выпил.
— Ну же, — произносит он сладко, почти шепотом. Наклоняет голову в наивной манере, и я вдруг понимаю, что понятия не имею, сколько ему лет. Он выглядит ровесником Монти или моим, но с фейри все сложно. В брошюре было написано, что большинство перестает стареть после достижения зрелости. Кто знает, может, ему и двадцать пять, а, может, две тысячи. Он отпивает вина, горло плавно двигается при глотке. — Мы слишком часто будем видеть друг друга, чтобы продолжать держаться за формальности вроде фамилий.
Наверное, виноват эль, но я вдруг теряю бдительность.
— Ну, если настаиваешь, можешь звать меня Эдвина.
— О, тогда и я хочу, чтобы меня звали по имени, — говорит мистер Филлипс, подходя с подносом, доверху заставленным бокалами. — Это будет честь, если ты начнешь звать меня Монти.
Он ставит поднос в центр стола, демонстрируя все разнообразие разноцветных напитков в бокалах и стаканах. Хейвуд убирает локти со спинки стула и усаживается прямо рядом со мной. Расплывается в улыбке, закинув ногу на ногу, и все равно умудряется выглядеть грациозно. Только вот сидит слишком близко — подол моего платья касается его брюк. Я переоделась к ужину, так что хотя бы юбка не волочится по полу. Хотя… касаться Хейвуда разве лучше?
Я резко отодвигаюсь на пару дюймов.
Дафна запрыгивает на стул по левую руку от меня, а Арвен со своими двумя компаньонами устраиваются рядом с Уильямом. Монти остается стоять и с широким жестом указывает на поднос:
— Угощайтесь.
На столе в два раза больше напитков, чем людей за столом, и только я одна не тянусь к бокалу. Дафна протягивает лапки к крохотной рюмке и подносит ее к усатой мордочке.
— Что ты пьешь? — спрашиваю я.
— Ежевичный ликер.
Видеть, как куница потягивает алкоголь, — точно не то, что я ожидала увидеть когда-либо в жизни. Я перевожу взгляд на напиток Монти — прозрачная жидкость в низком стакане.
— А ты?
— Это? — он хмурится и делает затяжку сигариллой. — Вода. Я больше не пью. Я теперь человек ответственный, работаю. — Сказано без капли энтузиазма, зато залп воды он делает с таким рвением, будто когда-то пил по-настоящему много.
Здесь точно скрывается история. Но еще интереснее…
Алкоголь.
Я оглядываю поднос и нахожу еще одну пинту того же эля, что я пила до этого. Но как можно выбрать простой эль, когда на столе столько всего яркого? Лиловое вино, как у Уильяма. Целая бутылка ежевичного ликера. И несколько бокалов весьма любопытного напитка: нижняя половина — чистый индиго, верхняя — нежно-голубая. Замечаю, что именно его выбрала Арвен с подругами.
— А это что? — спрашиваю я, указывая на один из бокалов.
Уильям наклоняется вперед и легонько хлопает меня по тыльной стороне ладони.
— Не для тебя.
Я сверлю его яростным взглядом.
— Прости?
— Он, скорее всего, прав, — говорит Монти со смешком. — Это «Облачный Пик». На всех действует по-разному, но на людей особенно сильно.
Так это фейри-напиток. В моей брошюре предупреждали о фейри-фруктах. Передозировка фейри-ликерами — Способ Умереть №9. Но, если правильно помню, предупреждение касалось напитков, сделанных из опасных магических плодов.
Я смотрю на Арвен и ее спутниц, которые оживленно беседуют. Арвен явно чистокровная фейри, но у двух женщин рядом с ней округлые уши. Они явно без проблем пьют «Облачный Пик».
Я снова перевожу взгляд на разноцветный бокал — уже с настоящим трепетом. Мне хотя бы попробовать…
— Не. Для. Тебя.
С каждым словом Уильям подвигается ближе и ближе, пока наши плечи не соприкасаются. Его взгляд пронзает меня насквозь. Он моргает медленно, с полуприкрытыми веками.
— Поверь мне.
— Поверить тебе? С какой стати? — он мой соперник. К тому же, уже и так пьяней меня. Я еще дальше отодвигаюсь от него и обращаюсь к Монти: — А в чем именно его побочные эффекты?
Монти пожимает плечами:
— У «Облачного Пика» есть девиз: «Сносит голову». Это напиток Ветряного двора, воплощающий стихию воздуха. Одним он дарит ощущение легкости, другим — всплеск интеллектуальной активности. Творческие люди используют его, чтобы генерировать идеи. Но все это может скатиться в завышенное самомнение и бредовые фантазии.
Звучит не так уж и страшно. Особенно часть про интеллект и новые идеи. Мне они сейчас особенно нужны, чтобы показать, что я достойна контракта на три книги. На продажи повлиять невозможно, а вот три блестящих синопсиса подать — вполне. Может, этот напиток станет моей жидкой музой.
Взгляд Уильяма прожигает мой профиль. Если он хотел, чтобы я проявила сдержанность, то зря пытался меня остановить. Теперь половина мотивации — просто сделать назло ему. Я тянусь за бокалом. Уильям пытается меня остановить, но сверху на его руку ложится тонкая голубая ладонь.
Арвен проводит пальцами по его предплечью, заставляя его перевести взгляд на нее.
— Дай ей повеселиться, — говорит она, хлопая ресницами с легкостью, как будто это ее естественное состояние. Она чуть поворачивается к нему, и ее палец скользит вверх по его руке, пока не оказывается под его подбородком. — Расскажи мне одно из своих стихотворений.
Уильям забывает обо мне напрочь, поворачиваясь к ней. И почему-то это наполняет меня бешенством.
Не раздумывая, я хватаю бокал с подноса и осушаю его до дна.
ГЛАВА 6
Я парю над землей. «Облачный Пик» — самый божественный напиток из всех, что я когда-либо пробовала. А я уже выпила три. На вкус как черника и лунный свет, а ощущения… таких у меня еще не было. Вино и эль со временем притупляют чувства, а «Облачный Пик» будто оттачивает мой ум. Я никогда не чувствовала себя настолько ясной, умной, остроумной. Каждое слово, что слетает с моих губ, — чистое гениальное вдохновение.
Я болтаю с одной из подруг Арвен — девушкой по имени Джолин Вон, что работает в модном салоне неподалеку. Оказалось, она фанатка моих книг.
— Можно кое-что спросить? — говорит мисс Вон, придвигаясь ближе, с заговорщицкой улыбкой на губах. Она сидит на том месте, где раньше была Дафна, до того, как взобралась в потолочные балки, где теперь дремлет. Щеки Джолин пылают румянцем, веки тяжелеют, золотистые волосы спадают свободными волнами на плечи. Если бы она, как я, продолжала пить только «Облачный Пик», а не перешла на вино, сейчас была бы не такой пьяной.
Я трезва, как никогда. И прическа у меня просто блеск. Я уже четыре раза переделывала ее — без зеркала! — и по ощущению от заколок, что теперь удерживают локоны на левой стороне головы, уверена: я только что задала новую модную тенденцию. Уильям то и дело поглядывает на меня через стол, где болтает с Арвен, так что я знаю — моя привлекательность достигла нового пика.
— Можно, да? Пожалуйста? — Джолин подпрыгивает на месте, сложив руки в умоляющем жесте.
Ах да. Она же задала вопрос.
— Конечно, вы можете, мисс Вон, — отвечаю я благосклонно. — Спрашивайте что угодно о моих книгах, я с радостью отвечу.
— Во-первых, зовите меня Джолин, пожалуйста. А во-вторых, ваши эротические сцены феноменальны. — Последнюю часть она и не думает произносить шепотом, и какая-то тихая, но все еще трезвая часть меня отмечает: для такой темы она говорит чуть громковато. — Такие изобретательные!
— Правда ведь? — говорю я и делаю глоток четвертого бокала «Облачного Пика». Поднимаю взгляд: Уильям смеется над чем-то, что сказала Арвен, и наклоняется к ней ближе.
— Я должна узнать, — говорит Джолин. — Ваши интимные сцены основаны на личном опыте?
