— Интересно, сколько же времени мы просидели, — неожиданно встрепенулась и спросила у нас Юлька, — чтобы успеть столько выпить?
— Не думаю, что очень долго, — ответила Мариша. — Просто это вино пьется как вода.
Вскоре танцы закончились, музыканты начали убирать свои инструменты в чехлы, а фонари на площади стали тухнуть. Вина уже больше не хотелось, а хотелось прогуляться перед сном, потому что голова была довольно тяжелой, но ноги шли довольно уверенно.
Внезапно Мариша привстала и произнесла:
— К пристани причалил катер.
— Должно быть, это новые отдыхающие! — воскликнула я. — Может быть, там приехали твои знакомые из Вены. А, Мариша?
— Да, — резво вскочила со стула Мариша. — Пойдемте, девчонки. Встретим их, а заодно и прогуляемся.
Так как в этот вечер все мы надели удобную, почти спортивную обувь, то спуск по ступеням оказался нетрудным. Правда, так было только первую треть пути. Дальше фонари, которым надлежало освещать ступени, почему-то не горели. Мы с подругами остановились и с опаской посмотрели на темнеющий впереди нас отрезок пути.
— Интересно, почему не горят фонари? — спросила Мариша.
— Может быть, перегорели? — предположила я.
— Безобразие! — сказала Юлька. — Везде разгильдяйство. Ну, девочки, пойдем вперед или повернем?
— Думаю, что лучше будет встретить приехавших, — сказала Мариша.
К тому же сзади нас послышались торопливые шаги. Это портье из отеля спешил вниз, чтобы принять вещи у вновь прибывших. Он тоже на некоторое время затормозил возле темного участка спуска. Но, подумав немного, все же решился и продолжил спуск. Мы последовали за ним. Внезапно впереди нас раздался крик, шум падения, а потом все стихло.
— Что там? — шепотом спросила у меня Юлька.
— Эй! — завопила Мариша. — Вы там живы?
В ответ раздалось горестное кряхтение.
— Что с тобой? — крикнула я. — Ты упал?
Кряхтение стало громче.
— Конечно, упал! — наконец раздался голос далеко снизу. — Вы что, по шуму не слышали?
— Но ты цел? — поинтересовалась Мариша. — Мы идем к тебе!
— Осторожней! — ответил парень. — Кажется, я сломал себе руку. Какой-то идиот пролил на ступени что-то скользкое.
Спускайтесь, но очень осторожно, и держитесь за перила. Я посвечу вам зажигалкой, чтобы вы видели, где я нахожусь.
И мы с подругами двинулись на маленький огонек. Несмотря на то что мы обеими руками держались за перила и наши ноги были обуты в спортивные тапочки, время от времени они поскальзывались. Наконец мы добрались до парня.
— Тут уже не скользко, — сказал он нам. — И со мной все в порядке. А вы идите вперед. Предупредите гостей, которые поднимаются с катера, что тут подниматься опасно. Пусть получше цепляются за перила и не слишком доверяют своим ногам.
— А как же ты? — не отставала от него Мариша.
— Ничего, — мужественно ответил парень. — Отлежусь до прихода помощи. Вы все равно ничем не сможете мне помочь.
Сейчас самое главное, чтобы вы предупредили тех людей, которые будут подниматься по лестнице.
Мы поспешили вниз, где уже раздавались голоса прибывших на катере. В темноте и на расстоянии трудно было рассмотреть их лица, но внезапно Мариша испустила радостный вопль и кинулась к какой-то паре, чьи силуэты мы с Юлькой с трудом различали в темноте.
— Густав, Кати! — радостно гудела Мариша по-немецки. — Как я вам рада! Наконец-то вы прибыли!
— Ваши знакомые едва не опоздали, — неожиданно послышался недовольный голос парня, который управлял катером, говорил он тоже на немецком. — Могли и не успеть. Прибежали в последнюю минуту.
— Ничего подобного! — возмутился рослый мужчина, которого Мариша назвала Густавом. — Вы назначили время отплытия, и мы пришли точно к этому времени. Минута в минуту.
— Вы явились почти на полчаса поздней, — возразил владелец катера. — Нам пришлось вас ждать. Еще бы немного, и вам бы пришлось ночевать на Сицилии.
Я не очень хорошо понимала, о чем они говорят. Потому что говорили они быстро, а я давно не пользовалась немецким. Судя по Юлькиному лицу, она тоже улавливала смысл происходящего с некоторым трудом. Поэтому мы сосредоточили свое внимание на друзьях Мариши.
С первого взгляда Густав нам показался видным мужиком.
Но, вглядевшись в него повнимательней, я лично решила, что ни за что не стала бы с ним связываться. Что-то неуловимо неприятное проскальзывало в чертах его лица. Но внешне Густав был хорош. Высокий рост, подтянутая фигура и даже некоторое количество волос на голове.
Кати выглядела по сравнению с Густавом похуже. Синяки под глазами и землистая бледность. Но стоило Густаву обернуться в ее сторону, как в ней словно вспыхивала лампочка. Она счастливо улыбалась, что-то щебетала и становилась почти красавицей.
Наконец мы с Юлькой мобилизовали наши познания в немецком, к тому же подорванные выпитой нами водкой и местным вином трех сортов, и произнесли фразу на немецком, которая означала, что путь наверх опасен из-за скользких ступеней.
— Что вы говорите? — тоже по-немецки спросил у нас Густав. — Я вас правильно понял? Что-то случилось со ступенями?
Мы кивнули.
— А вы русские? — поинтересовался Густав.
Мы с Юлькой снова кивнули.
— Тогда не лучше ли нам всем перейти на ваш родной язык, — предложил Густав. — Моя жена — ваша соотечественница. А я в свое время изучал русский язык. И так как с Кати мы живем вместе уже больше семи лет, то у меня было достаточно времени, чтобы попрактиковаться в русском языке.
— Очень хорошо! — обрадовалась Юлька тому, что не придется напрягать мозги. — Там, наверху, на лестнице небольшая проблема. Кто-то пролил что-то скользкое на ступени. И идти теперь нужно очень осторожно, держась за перила. Носильщик, которого послали за вашим багажом, пренебрег мерами безопасности и уже лежит со сломанной ногой или рукой. Не помню точно.
— Какой ужас! — воскликнула Кати. — Нужно оказать ему помощь.
— Кати по профессии врач, — пояснил нам Густав.
И они первыми начали подниматься по ступеням, не забывая крепко держаться за перила. За ними следовали мы. И замыкал шествие владелец катера. Впрочем, пока мы поднимались, выяснилось, что катер принадлежит отелю. И что Вока, как назвался нам парень, всего лишь работает на нем, доставляя прибывших пассажиров с Сицилии на Кьянти и обратно. За день парень делал обычно по несколько рейсов. Смотря по тому, сколько народу должно было приплыть или, наоборот, отчалить.
— Вока — сокращенно от Владимира, так меня называли в детстве и до сих пор называют мои родители. Раньше меня это имя раздражало, а теперь привык. Бывает, что я вообще целый день свободен, — рассказывал парень Марише. — Может быть, встретимся?
Кажется, в темноте он сумел разглядеть только Маришины достоинства.
— Обязательно встретимся, — пообещала ему Мариша. — Но пока смотри лучше себе под ноги. Мне вовсе не улыбается тащить тебя до отеля на своих руках.
— А я бы не отказался, — мечтательно пробормотал парень.
— Еще бы ты отказался! — фыркнула Мариша.
И тут случилось ужасное. Нога Воки поскользнулась. И, несмотря на то что Вока держался за перила, он отлетел на ступень назад. Мы все остановились и уставились на него.
— ,Ты как? — спросил у парня Густав.
— Порядок, — послышался неуверенный голос. — Только плечо ушиб. А так вроде бы переломов нет.
— Двигаться можешь? — спросил его Густав.
— Могу, — ответил Вока. — Но только медленно.
— Не понимаю, — произнесла Мариша, когда стало ясно, что Вока и в самом деле избежал серьезного увечья. — Полоса скользкого камня начиналась значительно выше. Мы с подругами еще совсем недавно спускались тут совершенно спокойно.
— Та жидкость, которую пролили на камень, могла ручейком за это время сползти вниз, — сказала Кати. — И вам с подругами еще удалось обойти ее, а бедный Вока вляпался и поскользнулся.
— Нам всем необходимо быть как можно осторожней! — распорядился Густав.
И мы еще более осторожно начали подниматься наверх.
Достигнув стонущего носильщика, которого, как я вспомнила, звали Димитрием или просто Димой, нам всем пришлось подумать о том, как бы его сподручней затащить наверх. О том, чтобы справиться своими силами, не могло быть и речи. Ступени так густо были намазаны чем-то скользким и жирным, что даже просто стоять на них было риском.
— Кто-то должен подняться наверх и сообщить о случившемся, — сказала Мариша. — Даша, иди ты, потому что ты самая трезвая из нас. И в отличие от Кати и Густава знаешь, куда нужно бежать за помощью. Только Кати с Густавом тоже возьми с собой.
— И не забудь сказать тем, кто явится спасать Диму, что тут для страховки нужна веревка, — сказала Юлька. — И ведро горячей воды с мылом, чтобы отмыть камни.
И я поплелась вверх. На самом деле это не было так уж трудно. Нужно было только хорошенько цепляться за веревочные перила. За мной двинулись Кати с Густавом. А Мариша, Юлька и Вока остались дежурить возле пострадавшего Димы.
