– Не беспокойся – вытяну, – зловеще поигрывая плеткой, пообещала Анна Сергеевна.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
И ГРЯЗЬ СМЫВАЕТ ВСЕ СЛЕДЫ…
Филиал банка "ГРЫМЗЕКС", куда в срочном порядке прибыл частный детектив Василий Дубов, представлял собою весьма живописное зрелище: на полу с обоих сторон барьера, отделявшего кассира от клиентов, лежало по окровавленному трупу, а вокруг них суетились медэксперты и оперативники, руководимые и направляемые инспектором Кислоярского ГУВД Лиственицыным. В уголке на стуле рыдала дама ярко выраженной богемной внешности, каковую не мог скрыть даже строгий форменный костюм банка "ГРЫМЗЕКС".
(Елизавета Абаринова-Кожухова, "Месть призрака")
Инспектор Рыжиков даже не замечал, что стоит коленями в мокрой холодной грязи, а его руки и новенький плащ в крови. У него на руках истекал кровью совсем молодой парень и, как назло, никого рядом не было. Конечно, инспектор сразу вызвал по мобильнику и милицию, и скорую помощь, и теперь злился на их медлительность, а больше на самого себя, что ничем не может помочь человеку, которого и видел-то впервые в жизни. Хотя в сумерках, да еще и при полном отсутствии освещения, лица было почти не разглядеть. Вообще-то обычно Рыжиков ходил через этот пустырь, спрямляя дорогу со службы до дома, и вот на тебе, такая беда.
Инспектору показалось, что юноша пытается что-то сказать, и нагнулся поближе к его лицу, но тут тишину разрезала сирена, и на краю пустыря остановилась машина скорой помощи. Не выпуская голову потерпевшего из рук, инспектор закричал:
– Сюда, сюда! Скорее!
Бригаду скорой помощи возглавляла опытная врачиха Софья Васильевна, с которой инспектор был давно знаком.
– Серьезная черепно-мозговая травма, – тут же определила Софья Васильевна, едва глянув на потерпевшего.
– Но жить будет? – с надеждой спросил Рыжиков.
Доктор ничего не ответила.
Пока санитары укладывали пациента на носилки и осторожно, стараясь не поскользнуться, несли в его к машине, инспектор вновь обратился к доктору:
– Софья Васильевна, я должен ехать вместе с вами. Надо установить личность потерпевшего, да и вдруг он придет в себя и что-то скажет. А то еще меня же запишут в главные подозреваемые…
– Ну и шуточки у вас, Георгий Максимыч, – буркнула Софья Васильевна.
Уже перекладывая мальчика на койку в машине, один из санитаров разглядел его лицо:
– Так это же Мишка Сидоров, он с моей сестренкой в одном классе учится…
– Где он живет, знаете? – Рыжиков резко обернулся к санитару.
– Точно не скажу, где-то в районе Садовой.
– Странно… Что он делал на другом конце города, да еще в таком месте и в такое время? – вслух задумался Рыжиков. – Ладно, это мы выясним.
И тут, мигая синей лампочкой, подкатила милицейская машина.
– Георгий Максимыч? – удивился глава оперативной группы, увидав инспектора. – Вы-то здесь откуда?
– Я должен сопровождать потерпевшего, а вы тут все внимательно осмотрите, – распорядился Георгий Максимыч, залезая в "скорую". – Следы, вещдоки и все прочее. Учтите, это дело я беру под личный контроль.
Скорая помощь укатила, а оперативники, тихо чертыхаясь, принялись ползать в полутьме по окровавленной слякоти. Однако результаты осмотра оказались явно неадекватны затраченным усилиям: ни орудия покушения, ни чьих-либо подозрительных следов, кроме самого Миши Сидорова и инспектора Рыжикова, обнаружить не удалось. Да и вряд ли удалось бы, если бы это даже было возможно.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
ПРЕДЛОЖЕНИЕ, ОТ КОТОРОГО НЕЛЬЗЯ ОТКАЗАТЬСЯ
Барон Альберт при виде входящей в кабинет Анны Сергеевны был сама любезность:
– Ах, дорогая моя, как я рад вас видеть! Хорошо ли доехали?
– Премерзко, – бросила Анна Сергеевна. – И я вообще предпочла бы сюда не ездить!
– Ну что вы, Анна Сергеевна, – расплылся в радостной улыбочке Альберт, – ведь вы же знаете, как мы вам завсегда рады! Вы для всех наших начинаний – как соль, необходимая в любом кушанье.
Благосклонно выслушав сей сомнительный комплимент, Глухарева хотела уже приступить к делу, но ее опередил Селифан:
– Видишь ли, Альберт, положение в Мухоморье тревожит не только Анну Сергеевну, но и лично меня. Я уверен, что и ты всполошился бы, если бы узнал истинное положение вещей!
– Я прекрасно знаю истинное положение вещей, – холодно ответил барон. – Мой тайный приказ работает без сбоев. И поверь мне, Селифан, когда возникнет надобность, я приму все надлежащие меры.
(Елизавета Абаринова-Кожухова, "Дверь в преисподнюю")
В дверь позвонили.
– Входите, не закрыто! – крикнула Анна Сергеевна. Когда гость вошел в комнату, он увидел хозяйку, сидящую в кресле, закинув ногу на ногу, и небрежно поигрывающую хлыстом.
– Ах, Анна Сергеевна, вы совсем не изменились! – восхищенно воскликнул гость, галантно опустившись на одно колено и целуя хозяйке носок сапожка.
Анна Сергеевна чуть растерялась – такое приветствие предполагало давнее знакомство, а она впервые видела этого неприметного господина с тараканьими усами и зачесанными на плешь остатками волос.
Однако раздумывать было некогда, и Анна Сергеевна, отдернув сапожок и щелкнув плеткой перед носом незнакомца, брезгливо проговорила:
– Хватит комедию ломать! Или говорите, кто вы и что вам, черт побери, от меня нужно, или выметайтесь к такой-то матери!
Выпалив все это, заслуженная учительница в глубине души ужаснулась – до нынешнего дня она никогда в жизни так не выражалась.
Посетитель кряхтя поднялся и согнулся перед хозяйкой в угодливом поклоне:
– Ну разумеется, сударыня, вы можете и не вспомнить столь ничтожного холопа, как ваш покорный слуга…
– Хватит дерьмо в ступе толочь! – перебила Анна Сергеевна. (Это выражение она иногда использовала в разговоре с нерадивыми учениками, только вместо "дерьмо" говорила "воду"). – Ближе к делу! Кто вы такой?
– Я – барон Альберт, – чуть приосанившись, представился гость. – Глава Тайного приказа в Белой Пуще. И поверьте мне, почтеннейшая, я никогда бы не решился докучать вам, кабы не был к тому призываем моим высоким повелителем, Его Злодейством князем Григорием…
– Каким еще князем Григорием? – презрительно вскинула брови Анна Сергеевна. – Он же давно сдох!
Барон Альберт почтительно хихикнул:
– Нет-нет, уважаемая Анна Сергеевна. Имею сообщить вам радостнейшую новость – слухи о кончине князя Григория оказались сильно преувеличены. Князь не токмо жив, но и собирается вернуть себе престол, столь велоро… вероломно у него отъятый.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
