Читаем без скачивания Девушка из низшего общества - Алексей Макеев

– Понятия не имела. Отец мать-то в свои дела не посвящает, а меня уж тем более.

– А когда ты узнала, что деньги похищены?

Девица развернулась ко мне вполоборота, чтобы лучше видеть.

– На следующий день, в четверг. Отец собрал нас всех и объявил, что у него из стола пропали восемьсот тысяч. Потребовал их вернуть. Но все молчали, отец взбеленился, пригрозил заявить в полицию, а в итоге нанял частного сыщика.

Перед тем как задать следующий вопрос, я несколько мгновений молчал, раздумывая.

– А что, Ксения, обязательно нужно было воровать деньги? Если попросить, отец отказал бы?

Девушка проводила взглядом проехавшую по дороге машину и ответила:

– Смотря для чего. Для покупки какой-нибудь дельной вещи, может быть, и дал бы. А вообще-то он у нас человек прижимистый.

– Богач, и прижимистый? – не поверил я.

– Не был бы прижимист, не разбогател бы, – отрезала девушка.

Я перешел на доверительный тон:

– А кому больше всего в вашей семье были нужны деньги?

– Ну, никто из нас от лишних восьмисот тысяч не отказался бы, – хихикнула Ксения Шереметьева.

С девицей вроде бы налаживался контакт, и я напрямую ее спросил:

– А кто, по твоему мнению, взял деньги?

Девушка сощурилась:

– Хочешь, чтобы я стучала на членов своей семьи? – спросила она с презрением.

Я поднял вверх руки.

– Ладно, будем считать, что этот вопрос я не задавал. Тогда вопросов пока больше нет. Надолго не прощаюсь, завтра, надеюсь, свидимся, хочу приехать к вам домой, желаю переговорить с твоим братом.

– Напрасно прокатишься, – открывая дверцу в автомобиле, проговорила Ксения. – Завтра Андрей будет у себя в студии.

– Где, если не секрет? – спросил я, поворачивая в замке зажигания ключ.

Девушка, выставив одну ногу из машины, ответила:

– В поселке Туманном. Там у нас особняк. Дом двадцать пять.

– Ладно, спасибо за беседу. Телефончик на всякий случай дашь?

– Записывай!

Я забил в свой мобильник продиктованный девушкой номер телефона и попрощался.

– Бывай! – сказала девица, вышла из машины и захлопнула дверцу.

Я же, выждав, когда прогреется мотор, тронул автомобиль с места. Что ж, девице тоже позарез нужны деньги на развлечения. А это значит, что еще на одного подозреваемого у меня стало больше.

Глава 7. Андрей Шереметьев

На следующий день, в воскресенье, в десять часов утра я выехал на своем автомобиле в поселок Туманный. Хоть время для визитов по московским меркам не раннее, но, думаю, раз Андрей поехал в студию работать, то он уже должен быть на ногах. Это, во-первых, а во-вторых, до этого самого Туманного добраться нужно.

Элитный поселок Туманный располагался в Подмосковье, ехал я до него не больше часа, в общем, по времени для визита к художнику прибыл в самый раз. На въезде, как и положено в элитных дачных поселках, меня встретил охранник, который, прежде чем поднять шлагбаум, поинтересовался, кто я, откуда и к кому направляюсь. Я назвал фамилию Шереметьев и номер дома двадцать пять. Лишь после этого охранник разрешил мне проехать на территорию дачного поселка. Он был единым целым, высоченных заборов, отделявших один дом от другого, здесь не было (очевидно, богачам нечего скрывать друг от друга свое богатство), кругом зеленые лужайки, деревья, живая изгородь. Коттеджи были все одинаковые, словно игрушечные, построенные из стекла и кирпича. Вчера я из любопытства поинтересовался, что же представляет собой такой коттедж. Оказалось, он трехуровневый. На первом этаже располагались индивидуальная мини-котельная с отдельным входом, кладовая, санузел, гараж на две машины. На втором уровне были холл, гостиная с камином, кухня, столовая, балкон, санузел. На третьем уровне – три спальни, две с собственным санузлом, кабинет и отдельная ванная комната. Все три этажа связывал между собою лифт. Хотелось бы мне пожить в таком домике. Но это только мечта…

Припарковав автомобиль на дороге у дома, я прошел к нужному мне коттеджу и нажал на кнопку домофона у входной двери.

– Я вас слушаю, – некоторое время спустя раздался в динамике басок, принадлежащий явно молодому мужчине.

– Мне с вами нужно поговорить, Андрей Алексеевич. Меня прислал к вам ваш отец.

– Вот как? – озадаченно проговорил Шереметьев-младший. – Ну, что ж, раз прислал, проходите.

Щелкнул автоматический замок, и дверь открылась. Я вошел в холл, снял, повесил на вешалку куртку и двинулся было к входу в комнату, как мне навстречу вышел сам Андрей, одетый, как заправский художник, в перепачканные краской шаровары и свободную рубаху коричневого цвета.

– Добрый день! – проговорил он, протягивая мне для рукопожатия ладонь.

Андрей был невысоким, худеньким, с лицом неженки, и его басок как-то не вязался с внешностью херувима.

– Здравствуйте! – Я ответил крепким рукопожатием.

– Проходите, – предложил Шереметьев-младший.

Мы вошли в комнату, это была гостиная, отделанная в европейском стиле, с преобладанием стеклянных и металлических деталей в интерьере. Здесь стояли из белой кожи угловой диван, пара кресел из того же гарнитура, стеклянный стол, на полу лежала шкура леопарда, у дальней стены располагался домашний кинотеатр. В центре гостиной на стуле в картинной позе сидела полуобнаженная девица лет двадцати двух – двадцати трех, довольно миловидная. У нее были длинные густые волосы каштанового цвета, большие глаза, брови вразлет, аккуратный носик, чувственные губы, приятный овал лица. Одета лишь в короткую юбку и туфельки на каблуке, превосходной формы грудь с гордо торчащими розовыми сосками была выставлена напоказ, очевидно, девушка позировала Андрею для картины.

– Моя натурщица Алина Еремеева, – представил Шереметьев-младший девушку. – А вы?.. – Он вопросительно посмотрел на меня.

– Игорь… Игорь Гладышев, – назвался я.

– На сегодня, Алина, все. Можешь одеваться, – переключил свое внимание на девушку Андрей. – О следующем сеансе договоримся по телефону.

– Хорошо, Андрюша! – Девица легко, словно перышко, соскользнула с высокого стула, ничуть не смущаясь, начала одеваться.

– Вы позволите взглянуть, – спросил я у художника, указывая глазами на стоявший у большого – во всю стену – окна мольберт. – Очень любопытно. Я первый раз вижу вживую художника и никогда не видел картину в процессе написания.

Андрей заколебался.

– Я-а не очень-то люблю показывать неоконченную работу… а впрочем, – пробасил парень, – смотрите.

Я подошел к стоявшему тыльной стороной ко мне мольберту, обошел его и глянул на картину. Картина немного отличалась от оригинала тем, что волосы у изображенной на холсте девушки были не распущены, а собраны в высокую прическу, глаза были чуть уже, чем у Алины, губы ярко накрашены, в ушах сережки с изумрудами, на шее ремешок, сбоку бант. Одну руку девушка держала на поясе, другая – свободно лежала на колене. Красивая полновесная грудь при трогательной худобе, хрупкие ключицы, тонкие запястья, длинные изящные пальцы – всем своим обликом она напоминала балерину.

Хоть я и ни черта не смыслю в живописи, но Андрей наверняка был неплохим художником, потому что в образе девушки была одухотворенность, будто бы девушка вот-вот улыбнется, соскользнет с холста и начнет двигаться в танце. Задний фон еще не был выписан, так, какие-то мазки.

– Картина будет называться полуобнаженная танцовщица, – пояснил Андрей, подходя ко мне и становясь рядом. – Осталось еще пачку дописать и придумать некий фон.

– Здорово у вас получается, – похвалил я. – Вы что-то оканчивали?

– Оканчивал. Московский государственный академический художественный институт имени В.И. Сурикова при Российской академии художеств.

– И что, ваши картины продаются? – полюбопытствовал я.

– Продаются, но очень редко и дешево, – посетовал парень.

– Но ведь у вас состоятельная семья, Андрей. Вам можно и не работать.

Шереметьев-младший тряхнул кудрявыми волосами, потер свой округлый подбородок и, вздохнув, молвил:

– Можно, конечно, но очень хотелось бы, чтобы написание картин не было бы для меня хобби, а стало профессиональным ремеслом, за которое можно было бы получать достойную плату. Отец у меня человек прижимистый, так что деньги всегда пригодятся.

– Вот, кстати, о деньгах я и хотел бы с вами поговорить. Только наедине.

Андрей как-то приуныл, он, очевидно, понял, насчет чего пойдет разговор, и кивнул:

– Хорошо. Алина, ты пока посиди тут, а мы пойдем с Игорем поговорим… Идемте. – Он жестом пригласил меня следовать за ним.

Мы прошли к ступеням, поднялись на третий уровень и вошли в одну из дверей. Это был кабинет, также обставленный в стиле хай-тек: прямые четкие линии; кругом стекло, пластик, металл; преобладание серебристо-металлического цвета.

– Присаживайтесь, пожалуйста. – Андрей указал мне на кресло, сам сел в соседнее. – Вы, как я понял, полицейский? – продолжал он уныло. – И собираетесь расследовать историю с пропавшими у отца деньгами?