первая нарушила тишину в машине, хотя играла тихая музыка и можно было молчать, но не хотелось.
— Решил.
И все? А где подробности!
— Красивый костюм, — не выдержала я.
— Спасибо, — улыбнулся он, — Алена, мне кажется, ты хочешь что-то спросить у меня.
— Куда мы едем? — сама же съехала с темы, веду себя как маленькая и ничего не могу поделать.
— В моем офисе всегда есть несколько запасных костюмов, — неожиданно сказал Алекс.
— У тебя есть офис в Киеве?
— Да.
И опять все.
— Чем ты занимаешься? — опять спросила я, мне действительно было очень интересно. Через два дня мы разойдемся как в море корабли, так почему бы не спросить.
— У меня несколько ресторанов в Киеве.
— Ого, — непроизвольно вырвалось у меня, — а что…? — только хотела я задать очередной вопрос, как Алекс меня перебил.
— Приехали.
Подъехали мы ни много, ни мало к Национальной опере Украины. Восторг, правда? У меня так точно. Мы, по сути, незнакомые люди, но почему-то он, то ли понял меня, то ли угадал. В Запорожье я практически каждый месяц выделяла время для похода в театр имени Магара. А сейчас красивая пара поднималась по ступенькам старинного здания. Он в синем смокинге, ведет ее в черном платье под руку, а яркий город снисходительно посматривает на них.
Наши места были наверху, в отдельной лоджии, только мы вдвоем.
В зале был полный аншлаг. Я и подумать даже не могла, что в опере столько людей. Сегодня ставили «Травиату» Джузеппе Верди, конечно же, на итальянском языке. И когда представление началось, я отчётливо поняла, что порой эмоции говорят больше, чем слова. Хотя над самой сценой вверху бежали титры на украинском языке. Мне просто нравилось слушать, и в какой-то момент я полностью отключилась от мира вокруг и смотрела на сцену. Казалась, что и я живу там, и переживаю всю гамму чувств вместе с ними. Алекс мне не мешал, единственное, что ласково гладил мои пальцы.
А потом, как-то неожиданно, прозвенел звонок, начался антракт. Мы вышли в коридор и молча, бродили между разных портретов и статуй. Он принес мне бокал шампанского. Затем снова было представление. И в половину десятого вечера мы покинули здание Национальной оперы Украины с массой эмоций и каких-то особенных чувств. Казалось, что этот замечательный день никогда не закончится.
— Где бы ты хотела поужинать? — спросил Алекс, когда мы сели в машину.
— Честно говоря, хочу тишины и тебя.
— Поехали домой.
— Поехали.
А после привезённого ужина из ресторана, сценарий ночи повторился. Только мне кажется, что было ещё лучше, ещё слаще, ещё чувствительней, если это только возможно. Уснули мы только под утро. Уставшие, но счастливые. Во всяком случае, я.
6
«День второй», — набатом звучало у меня в голове, как только я открыла глаза. Часы показывали семь утра, Алекс ещё крепко спал. Что принесет нам сегодняшний теплый весенний день, мы знать не можем, но мы можем сделать его уютным и радостным. Тихонечко встав с кровати, я отправилась на кухню. Готовка — не мой конек, но сегодня захотелось нажарить пышных вкусных блинов. Конечно же, не специально для Алекса. Ну, просто, просто так. В холодильнике было все необходимое. Поэтому приготовив себе кофе, включив тихонько музыку, я с удовольствием жарила блины.
А минут через двадцать крепкие руки неожиданно обняли меня сзади.
— Доброе утро, cara mia, — прошептал Алекс мне на ухо, — сегодня оно по-особенному доброе. Он припал к моим губам, словно никак не мог напиться.
— Блин, — прошептала я и добавила, — сейчас сгорит.
— Иной раз мне кажется, что это я с тобой сгораю, — улыбнулся Алекс.
Я не знала, что на это ответить. Мне казалось, что после того, как мы разъедемся, то он и не вспомнит обо мне. Слишком уж нереальным было все происходящее.
— Кофе будешь? — включила я хозяйку.
— Конечно.
Мы сели завтракать. Может для Алекса простые блины покажутся невкусными или слишком обычными. Но, я честно говоря, ела с удовольствием. Вообще любила поесть и ни в чем себе не отказывала, благо, фигура позволяла. И, самое главное, ни капельки не смущалась при нем есть, что-то говорить с набитым ртом, да и ещё кофе запивать. Бывает, живёшь с человеком годами и чего-то стесняешься, а тут знаешь два дня, а такое чувство, что вечность.
— Очень вкусно, — произнес Алекс и с удовольствием положил себе еще несколько блинов.
— Я рада.
— Чем бы ты хотела сегодня заняться?
— Сто лет в кино не была, — решилась сказать. Может это слишком по-детски?
— Отличная идея, — коварно улыбнулся он, — особенно если сесть на последней ряд и приставать к своей спутнице.
Алекс так серьезно это сказал, что сил не засмеяться не было.
— Сколько тебе лет ты там говорил?
— Я не говорил, — ответил он.
— Я бы дала меньше, — ответила и улыбнулась.
Хотя опять же это говорило о том, что он ничего мне не рассказывал о себе. Кроме общих фраз. Они, наверное, и должны быть такими эти трёхдневные отношения.
— Поедем вечером в Блокбастер, — сказал Алекс без подробностей, что это вообще такое, и добавил, — а после завтрака отправимся на Хрещатик.
— Хорошо, — возможно, нам так было классно вместе, потому что "хорошо" стало моим любимым словом с Алексом. Спорить не хотелось совсем. Да и зачем? Все его действия говорили лучше тысячи слов. Я, действительно, получала удовольствие от всего, что он мне давал. А что надо ещё нужно женщине, пусть и для маленького, но счастья?
Одевшись в лёгкую одежду, как будто специально, он в белой шведке и светлых штанах, а я в простом, но стильном платье. И тоже в белом. Мы отправились гулять пешком, как самая обычная пара. Сначала пришли на Площадь Независимости. Так спокойно было идти с ним за руку и наслаждаться окружающим миром. Как я поняла, Алекс прекрасно знал город и историю всех выдающихся мест. Мы стояли на Площади, возле Монумента Независимости и казалось, что этот огромный памятник и есть самое сердце нашего Киева.
Потом мы бегали как дети вокруг фонтанов, капли от которых летели во все стороны, в том числе и на нас. И это так смешно смотрелось, такой солидный мужчина и гоняется за мной, чтобы в очередной раз нежно поцеловать. А я не очень-то быстро и убегала, все хотела, чтобы побыстрее поймал меня.
Фоткали все вокруг, смеялись, молчали. Зашли в «Макдональдс» купить кофе, чтобы неспешно подняться вверх по брусчатке к Софиевской площади. Со всех сторон нас окружила величественная история Киева. Памятник Богдану Хмельницкому, который был именно
