продолжали братья и сестры свою неблагозвучную песню. В нестройном хоре ясно слышался голос Магдалены, чистый и звонкий, как у жаворонка.
«Совсем крохотная девчушка, а какой голос звонкий», — дивился про себя Уно.
Окна были закрыты. В комнате не хватало воздуха.
— Давай выйдем ненадолго, — предложил Уно.
— Нельзя, — прошептала Магдалена. — Отец будет ругаться.
Наконец служба окончилась. Сестры и братья стали прощаться. Некоторым хозяин дома вручал по небольшому сверточку и кое-что нашептывал при этом. Уно придвинулся поближе, но так ничего и не услышал.
Тут к девочкам подошла Паулина Пурвинь.
— Как чудесно, что вы уже познакомились, — одобрительно сказала она. — Ты, Магдалена, научила бы подружку свою нашим песням да и рассказала бы что-нибудь из святого писания.
— С удовольствием, сестра Паулина. Только вот отец с мамой не велят мне дружить с чужими.
— Ну об этом я уж позабочусь, — обещала Паулина. — Это очень хорошая девочка из приличного семейства.
«Все идет как по маслу», — радовался Уно про себя.
— Я завтра утром приду к тебе, можно?
— Не знаю, — смутилась Магдалена, — мне завтра с утра надо работать в саду.
— Это ничего, я тебе помогу, — пообещал Уно. — Вдвоем все быстро сделаем, а потом поиграем, да?
— Ну хорошо, — согласилась Магдалена. — Только приходи после завтрака. Отец с матерью будут на рынке, и нас никто не увидит.
В воскресенье утром мать разбудила Атоса, когда он досматривал свой самый прекрасный сон.
Вместе с другими мушкетерами Атос прилетел в космическом корабле на луну. Вокруг вздымались жуткие скалы, зияли бездонные пропасти. Небо было черным, как смола, и на нем блестели такие яркие звезды, что больно было смотреть на них. И в тот самый момент, когда Атос как раз сделал большой шаг, чтобы подняться на ближайшую скалу, кто-то потащил его назад. Он вскрикнул.
— Поднимайся! — мать дергала его за ноги. — К тебе пришла какая-то девочка, довольно странная.
— Девочка? — сонно спросил Атос. — Гони ее в шею, не знаю я никаких девочек.
— Я уже сказала ей, чтобы она пришла попозже, но она уверяет, что у нее неотложные дела.
Атос неохотно оделся и сошел вниз. На пороге стоял Уно в голубом капроновом платьице с красным бантом в волосах.
— Доброе утро, Атос, — как ни в чем не бывало Уно сделал реверанс. — Извини, что побеспокоил тебя. Я и не подозревал, что ты такая соня. Как бы нам поговорить с глазу на глаз?
— Пойдем наверх. — Не совсем любезно проговорил Атос. — Ну, что еще случилось?
— Фью! — присвистнул Уно. — Двор Вилцанов, как на ладони. — Я так и думал.
— Не тяни! — прервал его Атос.
— Вчера отец Язеп, то есть твой сосед Вилцан, осчастливил многих братьев и сестер небольшими сверточками, — рассказал Уно. — К сожалению, мне не удалось выяснить, что там внутри. Хорошо бы понаблюдать, кто к Вилцанам приходит. Неплохо было бы даже сфотографировать.
— Ол’райт, у моего предка есть телеобъектив, — согласился Атос.
— Иди сюда! — Уно позвал Атоса к окну.
В соседском дворе появилась Вилцане. В руках у нее были две тяжелые корзины. За нею показался Вилцан и вывез из сарайчика тележку, Потом они оба вынесли из теплицы несколько ящиков с помидорами.
Из сада вышла Магдалена с цветами в руках. Вилцане смочила под краном колонки большую тряпку и завернула в нее цветы. Когда тележка была полностью загружена, родители уехали.
— На рынок, спекулянты, — определил Атос.
— Ну, время не ждет, — попрощался Уно.
— Куда ты? — спросил Атос.
— К Магдалене. Мы договорились. А ты можешь заваливаться на другой бок и досматривать свои сны, — насмешливо добавил Уно.
У калитки сидел Динго. Уно смело шагнул вперед, наклонился и почесал собаку за лохматым ухом. Динго блаженно прикрыл глаза.
— Неужто тебе не страшно? — У Атоса от удивления глаза на лоб полезли.
— Чего же тут страшного? — рассмеялся Уно. — У меня все собаки друзья. Я немного понимаю по-собачьи. Твой пес мне только что сообщил, что ему надо срочно выйти во двор. До свиданья! — Уно сделал реверанс и открыл калитку.
— Какая странная девочка, — снова удивилась мать Атоса.
— Да какая же это де… — начал было Атос, но, спохватившись, внезапно замолчал. — Девчонка как девчонка, — произнес он и направился снова в свою комнату.
На улице Уно внимательно огляделся вокруг: нет, ни души не видно. Калитка Вилцановского двора была на запоре. Уно попытался перелезть, но верхний край забора был обтянут колючей проволокой. Уно отбросил эту идею и громко позвал Магдалену. Увидев долгожданную гостью, девочка покраснела от радости.
— Я уже думала, что ты меня обманешь, — сказал она и провела свою новую подругу в сад. Здесь в каждом уголке что-то цвело или росло. В самой большой теплице алели помидоры, в парнике за стеклами зрели огурцы. Тут же рядом пьяняще пахли сотни белых лилий.
— Какие красивые! — произнес Уно. — Можно я сорву одну?
— Что ты! — испугалась Магдалена. — Мама говорит, что за каждый цветок на базаре большие деньги платят, — девочка подошла к бадье, наполненной водой, зачерпнула полную лейку и начала поливать огурцы.
— А тебе не тяжело? — спросил Уно.
— Я уже большая, — серьезно пояснила девочка. — Иногда по вечерам, правда, ужасно болит спина и кружится голова. Но мама говорит, это оттого, что я быстро расту.
— А у тебя второй лейки нет? — спросил Уно.
— Рядом с бадьей, — сказала Магдалена.
Вдвоем работа пошла быстрее, однако через некоторое время Уно почувствовал, что с лейкой, наполненной водой, происходят чудеса — она становится все тяжелее и тяжелее. Уно зачерпывал только половину, но скоро и это перестало помогать.
— Устала? — сочувственно спросила Магдалена. — Осталось совсем немного, еще только лилии — и сад полит.
— Ну и житье у тебя, — вздохнул Уно и пощупал жесткие ладошки своей новой подружки. — И это каждый день такая адская работа?
— Отец говорит, что все в этом мире должны зарабатывать свой хлеб в поте лица, тогда в раю ты сможешь отсыпаться, сколько душа твоя пожелает, — совершенно серьезно пояснила Магдалена. — Бог так уж все устроил.
— И ты в это серьезно веришь?
Магдалена вздохнула.
— Учительница, правда, говорила, что никакого бога нет. Однажды она приходила к нам домой, хотела поговорить с мамой и папой, чтобы разрешили мне вступить в пионеры и по субботам не сидеть дома, а ходить в школу, как все. Но отец ни за что не согласился. А мне так хочется вместе со всеми быть.
— Знаешь, кто твой отец? — рассвирепел Уно. — Настоящий невежда и мракобес.
— Не говори так, — испугалась Магдалена. — В писании сказано: «Почитай отца и мать своих и да воздастся тебе на небесах и на земле».
В калитку кто-то постучал.
— Эй, есть кто-нибудь из взрослых? — спросил молодой человек в белой нейлоновой рубахе.
— Нет, — ответила Магдалена. — Папа и мама ушли.
— Передай отцу, что приходил Ешка из Вентспилса и сказал, что отец может забрать то, что заказывал. Запомнишь? — спросил молодой человек. — Повтори!
— Приходил Ешка из Вентспилса и сказал, что отец может забрать то, что заказывал, — слово в слово повторила Магдалена.
— Все правильно, леди. До свиданья! — И незнакомец медленно зашагал прочь.
— Мне тоже пора домой, дедушка ждет. — Уно вдруг заторопился. — Я приду завтра, ладно?
— Нет, завтра нельзя, — Магдалена покачала головой. — Завтра мама целый день будет дома.
— Ну тогда послезавтра, — не сдавался Уно.
— Хорошо, — согласилась Магдалена. — Около десяти. Мама уже уйдет на базар, и я буду дома совсем одна.
Белая нейлоновая рубашка тем временем мелькнула за утлом. Уно бросился за ней следом. Слежка не составляла особых трудностей. Беззаботно посвистывая, бородатый медленно шагал по пыльной улочке в сторону порта. По дороге он купил папиросы, газету «Спорт» и, наконец, завернул в столовую «Жирный кит». Уно, засунув в рот два пальца, пронзительно свистнул.
— Ивар, иди, наверное, кто-нибудь из твоих, — позвала Ингрида брата.
— Срочно надо выяснить, где этот бородатый тип остановился, — прошептал Уно Портосу. — У него какая-то посылка из Вентспилса отцу Язепу. — Понятно?
— Но я сейчас не могу. — С несчастным видом Портос развел руками. — Приближается обеденное время, а две работницы сегодня выходные. А почему ты сам не можешь пойти следом?
— Понимаешь, он меня видел у Вилцанов.
— Знаешь что, сбегай к Арамису, может быть, он дома, — нашел выход Портос.
— А если тем временем этот тип куда-нибудь смоется?
— Никуда он не уйдет, — Портос заглянул в открытую дверь столовой. — Посмотри, как загрузил стол — шесть бутылок пива, суп, второе. Так устраиваются надолго.
