Лук и колчан со стрелами. Взять, что ли? Не умею же пользоваться. Однако жадность говорила: бери! Попытался натянуть тетиву – и чуть пальцы не порезал себе. После этого немного ее оттянул, что было не так уж и легко, сразу отпустил и стал дуть на пальцы. Блин, чуть не срезал подушечки на кончиках, и что за дауны пишут, что можно стрелять голыми руками? Нашел кожаные перчатки, снял латные рукавицы, надел кожаные перчатки и снова надел латные рукавицы. Вроде сидят удобно, не жмут.
Вторая попытка. Начинаю натягивать тетиву, однако сил не хватило ее удержать. И в третий раз та же песня, не могу нормально натянуть – срывается. Нашел кольца, надел на пальцы, дело пошло. Натянув тетиву посильнее, отпустил ее. Послышался и почувствовался нехилый шлепок по латной рукавице. Да уж, если бы я был в этот момент без нее, было бы больно, даже очень больно. Хотя кожа перчаток, вероятнее всего, не дала бы рассечь руку до кости, однако удивительно, что у нас пишут и говорят о стрельбе из лука как о простом и нехитром деле. Чтобы тетиву натянуть, нужна сноровка, не говоря уже о стрельбе – покалечиться, как два пальца обосс… в смысле просто, как два пальца по ветру держать. Лук мне все-таки понравился, и я его взял – буду тренироваться, вдруг пригодится. Никогда не знаешь, в какой момент что понадобится! Повесив разобранный лук в специальном чехле за спину, и туда же колчан со стрелами, я был готов отправляться дальше в путь-дорогу.
М-дя, трудно живется покойникам, однако.
Глава 6
Жизнь после смерти – хреновая штука. Чем дольше тут нахожусь, тем мне хуже. Физически тело в порядке, но только не морально. Усталость давит. И какое странное состояние нереальности происходящего. Постоянное ожидание окончания этого сна. И мысль единственная – нельзя останавливаться. Нет никаких эмоций – все больше сам себе напоминаю машину: нужно идти, нужно убить, нужно собрать… Зачем?!!
Сколько убито стервятников? Сотни три-четыре? Давно перестал считать, где-то после второй сотни. Количество убитых медуз перевалило за полсотни. Летающих обезьян мне удалось завалить десятка три-четыре, а все из-за того, что они любят нападать неожиданно, и если первый удар не ранит или убивает жертву – скрываются бегством; единственный шанс прикончить – подстрелить, только вот нечем пока.
Трофейных команд, к моему глубочайшему прискорбию, больше не встречалось.
Были новые для меня существа, которые все так же хотели мною закусить. Большинством закусил я, и всего один раз мне пришлось, скорее даже удалось, убежать (что само по себе невероятная удача). Я даже боя не принял. Куда там! Драконоподобную тварь с такими лапками, шеей да с такой пастью мне точно не завалить. Поэтому, быстренько истратив все ножи, кинжалы и копья (лук не было времени собирать), чтобы продырявить крылья и лишить его возможности меня быстро достать, я предпринял очень хитроумный маневр, называемый просто и незатейливо – «делай ноги, пока не поймали и не надавали».
Копья потом были найдены новые. Их наконечники, однако, в этот раз были другие: розовый, коричневый и бирюзовый. Та же история с ножами и кинжалами, которые я теперь постоянно бросал во что-нибудь. Не ради развлечения, а только чтобы набить руку и натренироваться попадать туда, куда я целюсь.
Теперь я часто стрелял из лука, пока не заканчивались стрелы. Тогда лук собирался и убирался в чехол до момента обнаружения нового колчана.
Несколько раз мною были встречены души людей. Они были похожи на того безумного оборванца: ни одного слова, никакой реакции на попытку завязать разговор – сразу нападение. У них не было ни единого шанса, с моей-то экипировкой. Да и от зверей их отличало только наличие оружия.
Едва мне слышались звуки боя или я замечал что-то подозрительное, как тут же менял направление. Встревать в крупные разборки у меня не было ни малейшего желания. Жить, даже так, мне пока еще хотелось сильнее, чем встрять куда-то с повышенным риском для жизни.
Я становился все сильнее, однако в душе мне было все труднее и труднее. Апатия и безразличие подступали, душевная усталость копилась. Все это мимолетно разгонялось лишь новой Искрой. Кое-что изменилось – стервятники чуяли меня все с большего расстояния, убегали, прятались или сбивались в стаи и нападали. Одиночки совсем перестали мне попадаться.
Единственная радость – упражнения с оружием, стрельба из лука, метание ножей. Таким образом, я старался отвлекать себя, как только мог и как можно чаще. Теперь весь мой путь я что-то постоянно делал, пытался придумать связки с мечом, копьем или топором, думал, как рациональнее использовать щит, принимать удары. У меня было много времени, чтобы учится, однако я все равно прекрасно понимал, что самостоятельно специалистом по холодному оружию ну никак не стать. Поэтому ограничивался только максимально эффективными (естественно, на мой взгляд) связками для выживания, которые проверял на стервятниках.
Думаю, что начинаю сходить с ума. Но все еще не теряю надежды. Большие ожидания возлагаю на встречу новой трофейной команды – нужна информация. Уже всерьез думаю о способах пыток для выбивания информации. Мелькают мысли пленить душу и попытаться достучаться до разума. Идея нравится, думаю над ее реализацией. Да, это вполне осуществимо. Определенно следующую душу попробую пленить, но, как назло, они не встречаются. Вообще заметно, что они тут большая редкость.
Блин, мысли путаются. Непонятно, сколько мною тут проведено дней, недель или месяцев, при этом ни разу не спал, не ел, не пил. Осеняет идея: может быть, в этом все дело? Нужно проверить!
С небывалым энтузиазмом начинаю раскидывать трупы. Ложусь в получившуюся яму и засыпаю себя телами. До чего дошел – сплю меж мертвецами! И ничего – эмоций ноль. Пытаюсь заснуть и надеюсь, что меня никто не почует, а медуза обойдет стороной.
Просыпаюсь. Выкапываюсь и прислушиваюсь к себе. Действительно стало чуть-чуть легче. Апатия отступила, появились хоть какие-то эмоции. Быть может, если поесть и попить, станет еще легче? Или еще немного поспать? Да ну, бред какой-то, я же мертв, а тут только мой дух. Ну да, дух, который сражается, спит, чувствует и ощущает, ходит и размышляет – начинаю возражать сам себе. Думаю, скоро уже и разговаривать буду сам с собой. А что? Вполне возможно. Вот так люди и сходят с ума.
И вообще, что за бред? Я же уже умер! Сраные ангелы с не менее сраными демонами да еще и голимый творец всего этого безобразия… Кто-нибудь объясните мне наконец, какого хрена тут вообще происходит? Меня постоянно хотят убить, причем как можно жестче и быстрее. Такое впечатление, что на мне написано: «Съешь меня и получи Мир в подарок». В одно место такое послесмертие. Мама, роди меня обратно! Вечно все через «не так», как должно быть.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
