Читаем без скачивания Достаточно шрамов - МамаЛена

Сон не шел, Гарри долго ворочался, перекладываясь и переворачивая подушку. Усилием воли он отгонял малодушное желание вернуться в гостиную к камину, и, перестав бороться с бессонницей, упрямо лежал, уставившись в одну точку. Хватит. Чтобы помочь Снейпу, он должен быть спокоен и сосредоточен, ведь судья предупредил, что может задавать любые вопросы. Плохо то, что Снейп может не захотеть помощи, и тогда от Гарри потребуются ясный ум и твердость. Если он будет мямлить и обмирать, как девица перед хулиганом, Снейп первый высмеет его и перестанет уважать... Уважать? - Гарри сдавленно рассмеялся. - Уважать тебя, подстилка? Что бы там Снейп не говорил о своей любви, вряд ли она выдержит воспоминания о подвале. Снейп, наверняка уже чувствует к нему только отвращение: слушая рассказы других, видя его, привязанного и разорванного, он будет испытывать только брезгливость, вспоминая, как целовал Гарри, и даже хорошо, что он не узнает, что был первым, кто вообще его поцеловал... Гребаная девственница! Гарри больше не мог бороться со смехом, скрутившим его, как приступ кашля: он сгибался и разгибался, окончательно сбивая простыню, размазывал по лицу слезы, утыкался в подушку и катался по кровати, не в силах успокоиться. Потом смех, наконец перешел в рыдания. Гарри давно не плакал, где-то к концу первой недели плена, слезы кончились, оставив его с болью в сухих горящих глазах. И вот теперь, ощущая под щекой мокрую ткань подушки, Гарри чувствовал, как вместе со слезами из него вытекает поселившийся внутри стылый ужас, давно уже не дающий ему дышать. Гарри уснул, не успев успокоиться, и еще долго всхлипывал во сне, почти до утра. А утром, как обычно, ему приснился подвал.

Проснувшись в привычной уже панике, Гарри сел в кровати, сбросил одеяло и огляделся. Похоже, день был солнечным: даже сквозь тяжелые пыльные шторы пробивались тонкие лучики и тянуло теплом. Гарри встал и, подойдя к окну, резким рывком распахнул занавески, чихнув из-за поднявшейся в воздух тучи пыли. Площадь перед домом была пуста, но на кованном заборе напротив сидели несколько сов. Умывшись и надев джинсы и футболку, Гарри спустился в кухню.

- Кричер, завтрак есть?

- Теперь хозяин будет есть на полу кухни? - ехидно поинтересовался домовик.

- Теперь хозяин будет есть за столом. - в тон ему ответил Гарри, и Кричер засуетился: Гарри давно не просил есть.

Усевшись за стол, Гарри принялся за завтрак и попросил Кричера принести почту. Тот исчез на пару минут и вернулся с охапкой писем. Гарри посмотрел в окно : довольные совы разлетались в разные стороны. Разбирая почту, Гарри откладывал в сторону конверты с незнакомыми именами: без палочки он не мог определить, безопасны ли они, а нарваться на проклятие ему не хотелось. В результате перед ним остались письма от Кингсли, Люпина, близнецов Уизли и ярко-красный громовещатель. Он уже начинал потрескивать, по кромке пробегали язычки пламени, и, как ни хотелось Гарри открыть первым письмо от Кингсли, он потянул за бумажный язычек и тут же заткнул уши. Предосторожность оказалась не лишней: голос Джинни Уизли звучал так же громко и пронзительно, как у ее матери:

- Гарри Джеймс Поттер! До каких пор ты собираешься прятаться в этом пыльном ящике на Гриммо? Все твои друзья сходят с ума от беспокойства! Рон дважды пытался попасть внутрь дома и получил по лбу от твоих защитных чар! - вдалеке послышалось: «Скажи, что я при смерти, может это подействует.» - Гермиона обложилась книжками каких-то маггловских целителей - психов. - «Психологов, Джинни» - Дважды заходил директор и таинственно улыбался, Люпин бегает вокруг Норы, словно скоро полнолуние, близнецы приготовили зелье, чтобы взорвать дверь, и тебе очень повезло, что мама их поймала, а ты даже не отвечаешь на письма! Надеюсь, ты еще жив, и это не твоего домовика отец видел в министерстве. Если ты намерен похоронить себя заживо, изволь нам сообщить, чтобы мы скинулись и прислали цветы к твоему надгробью, то есть порогу. Если нет - дай знать, когда соберешься покинуть свой персональный Азкабан, чтобы мы подготовили торжественную встречу... А, если серьезно, Гарри - свинья ты: меня все спрашивают, как ты, где ты, а я хлопаю глазами и не знаю, что сказать.

- Дай сюда! - похоже, у Рона тоже накипело. - Гарри, не слушай ее, мы все тебя ждем. Может, откроешь камин, поговорим, выпьем... Правда, Гарри, наплюй на всех - мы всегда тебя поддержим... Меня тут Гермиона дергает, тоже хочет сказать...

- Гарри, здравствуй! Конечно, ты имеешь полное право никого не хотеть видеть, но психологи утверждают, что если ты найдешь в себе силы и начнешь общаться с людьми, выздоровление пойдет быстрее... - «Разве он еще не выздоровел?» - счастливчик - Рон!

- В общем, если захочешь - напиши нам. В любом случае, можешь всегда на нас рассчитывать.

Бумага осыпалась на стол мелкими клочками, а Гарри поймал себя на том, что улыбается.

Кингсли сообщал, что суд над Снейпом состоится в четверг. Уточнив у Кричера, точно ли сегодня вторник, Гарри обрадовался: у него оставался свободный день, чтобы купить новую палочку. Нужно только обдумать, как попасть в магазин, не привлекая к себе внимания. Жаль, что мантия - невидимка так и осталась в Малфой - Меноре: после поединка с Волдемортом Гарри о ней не вспомнил, а теперь она, наверняка скрывала какого-нибудь удачливого Пожирателя, случайно на нее наткнувшегося. Письмо Люпина Гарри читал уже в гостиной. Остановив себя на подходе к камину, Гарри уселся на диван, отодвинул подальше плед и развернул пергамент. Люпин очень тактично, аккуратно выбирая слова, расспрашивал Гарри о самочувствии, напоминал, что всегда рад его видеть и предлагал обращаться за любой помощью. Письмо от Близнецов поминутно меняло цвет чернил, и когда Гарри добрался до заключительного «пока!», у него уже рябило в глазах. Остаток дня Гарри посвятил уборке в комнатах второго этажа. Кричер, видимо, изредка протирал там пыль, но вещи, забытые постояльцами, не трогал. Монотонная работа забирала силы и позволяла ни о чем не думать, и, после ужина Гарри уснул на диване с книгой, которую собирался почитать.

Разбудил его Кричер.

- Хозяин, к вам молодой мистер Малфой.

- Где? - не понял Гарри спросонок.

- Стоит у двери и стучит.

- А как же защитные чары? - Гарри вспомнил о пострадавшем лбе Рона.

- Кричер просит прощения, - скривился эльф без малейшего раскаяния, - Кричер позволил молодому господину подойти к двери, но Кричер не открывал, Кричер помнит о запрете хозяина.

- И давно он стучит?

- Давно.

- Хорошо, пусти его. Но никого больше!

Домовик исчез и в гостиную вошел Драко Малфой. Остановившись посередине гостиной, Драко огляделся, явно неловко себя чувствуя.

- Что, Поттер, так и сидишь тут один?

- И тебе здравствуй, Малфой.

- К тебе попасть трудней, чем к министру.

- А что, тебя все еще пускают в министерство?

- Нет.

- Присаживайся, Малфой.

- Спасибо. - Драко опустился в кресло, Гарри ждал.

- Поттер... Мы с матерью сегодня уезжаем во Францию, на пару лет... - Драко снова замолчал.

- Я так понимаю, что ты не попрощаться зашел?

- Нет. Мама передает тебе, что если ты надумаешь взыскать долг, достаточно будет послать сову. И еще, вот: - Драко протянул Гарри медальон черненого серебра. Змейка, изображенная на нем, казалась живой, пригревшейся на солнце.

- Что это?

- Портключ в наше Французское поместье. Мама считает, что он может тебе пригодится. Только не бери привычку заявляться на семейные обеды по воскресениям.

- Боишься разориться? Я не слишком много ем.

- Поэтому ты так и не вырос?

- Наверное.

- Поттер, ты нормально себя чувствуешь?

- А что? - не понял Гарри.

- Никаких внезапных приступов, обмороков? Нет?

- Ты издеваешься?

- Почти. Ладно, если что - сам виноват.

Малфой достал из кармана мантии длинный сверток и протянул Гарри.

- Что это? - с опаской спросил тот, не спеша брать.

- Твоя палочка и мантия. Отец припрятал их, и после суда рассказал мне, где искать.

Дрожащими руками Гарри развернул бумагу, в которую были завернуты его сокровища и на его колени стекла полупрозрачная знакомая ткань. Осторожно погладив ее ладонью, Гарри взял палочку и забытое ощущение тепла прокатилось от дерева, поднимаясь по руке, разбегаясь по телу, согревая, вселяя уверенность, вызывая к жизни дремлющую силу.

- Люмос!

Маленький огонек затеплился на кончике палочки, и Гарри почувствовал себя счастливым.

- Нокс. - Гарри перевел взгляд на Малфоя, не находя слов.

- Не напрягайся, Поттер, я и так понял, что ты рад. Ладно, я пойду, счастливо оставаться!

- Драко! Вы когда-нибудь вернетесь?

- Года через два, не раньше.

- А Люциус?

- Поттер, ты же не думаешь, что это единственный в мире портключ до Франции? Чтобы навещать заключенного, не обязательно селиться под окнами тюрьмы. Ну, прощай, Поттер!

- Спасибо, Драко!

Малфой кивнул и вышел.

- Прощай, Малфой. - сказал ему вслед Гарри. - До свидания.