Читаем без скачивания Шакалы из Лэнгли - Федор Раззаков

– Это очень хороший кафетерий, – сообщил Максимову его напарник.

– Ты, наверное, забыл, Леонид, что у нас на кофе совершенно нет времени, даже на очень хороший.

– Я вовсе не кофе имел в виду, хотя оно здесь, действительно, отменное, а нечто другое. Впрочем, сейчас сами все поймете.

Зайдя на территорию заведения, которое в эти часы было заполнено посетителями лишь наполовину, Грошев приметил столик, который стоял на открытой террасе рядом с входом.

– Отсюда нас хорошо видно, что нам и требуется, – усаживаясь за стол, объяснил Грошев.

Заказав официанту две чашки кофе, он слегка наклонился к Максимову и произнес:

– Под словом «хороший» я имел в два выхода из этого заведения. Поэтому, Иван Ильич, вы пока поскучайте в одиночестве, а я на пару минут отлучусь.

Грошев поднялся и зашел внутрь кафетерия. Пока он отсутствовал, Максимов медленно тянул из чашечки пахучий арабский кофе, который и в самом деле оказался отменного качества, и краем глаза наблюдал за черным «Мерседесом», припарковавшемся на противоположной стороне улицы, прямо напротив пункта обмена валюты.

Спустя несколько минут Грошев вернулся и, даже не притронувшись к своей чашке с кофе, попросил Максимова проследовать за ним. Зайдя внутрь кафетерия, они быстро миновали зал и кухню, после чего оказались на соседней улочке. Здесь их уже поджидало такси, за которым, как теперь понял Максимов, и отлучался его коллега. Усаживаясь в автомобиль, Максимов мысленно восхитился сообразительностью своего напарника: пока филеры будут «пасти» у входа их белоснежный «Шевроле», они спокойно уедут из поля их зрения. А за «Шевроле» можно было не волноваться: дипломатические номера надежно охраняли его от тех, кто мог на него покуситься.

Дорога до ресторана христианина Максуда заняла около пятнадцати минут. Пока они ехали, Максимов размышлял о превратностях судьбы, отразившейся на истории современных сирийских спецслужб, с одним из работников которых им сегодня предстояло встретиться. Свои азы спецслужбы Сирии постигали у нацистов, а именно у одного из руководителей СС Алоиза Брюннера, который трижды был приговорен французским судом к смертной казни, но в итоге сумел остаться живым. В 1954 году он сбежал из ФРГ, объявился в Дамаске и начал сотрудничать с сирийскими спецслужбами на правах консультанта. Долгие годы французские власти пытались добиться его экстрадиции, а израильская разведка «Моссад», не надеясь на выдачу, открыла на него настоящую охоту: несколько раз пыталась убить его с помощью заминированной почты. После двух таких взрывов Брюннер потерял глаз и лишился пальцев на одной руке, но все равно остался жив и продолжал свое дело – натаскивал сирийских разведчиков.

Еще одним учителем для сирийских спецслужб стал Египет. В феврале 1958 года две страны объединились, образовав Объединенную Арабскую Республику, просуществовавшую три года. В этот период сирийские спецслужбы перешли под контроль своих египетских коллег. И практически в эти же годы у сирийских спецслужб объявились еще одни наставники – советские КГБ и ГРУ, которые помогали строить спецслужбы Египта, а заодно приложили руку и к строительству спецслужб Сирии. В результате этого наиболее сильными в структуре сирийских спецслужб оказались две структуры: Главное Управление Безопасности (Идарат аль-Амн аль-Амм) и Военная разведка (Шубат аль-Мухаббарат аль-Аскария). Человек, с которым предстояло сегодня встретиться Максимову, принадлежал к первому ведомству (к его отделу внешних операций), которое активно сотрудничало как с внешней российской разведкой, так и с ГРУ.

Ресторан Максуда был расположен неподалеку от Коптского музея и развалин римской крепости Вавилон. Отпустив такси примерно за квартал от нужного места, Максимов и Грошев оставшееся расстояние преодолели за несколько минут. Когда они вошли внутрь, там их встретил сам хозяин ресторана – седовласый старик в белой рубахе навыпуск. Узнав Грошева, он провел их на открытую веранду, где за одним из столиков уже сидел мужчина примерно одних лет с Максимовым, который помешивал трубочкой кубики льда в стакане апельсинового сока. Это и был заместитель резидента сирийской разведки в Каире Хафез Раджих.

К вящему удовольствию Максимова сириец очень хорошо говорил по-русски. Как выяснилось, его родной дядя был женат на русской женщине, которая заменила Хафезу мать: та умерла в сравнительно молодом возрасте. Именно вторая мама и способствовала приобщению племянника своего мужа к великому и могучему: сначала учила его сама, потом устроила в русскую школу. Раджих рассказал об этом с первых же минут общения, что сразу способствовало установлению доверительных отношений между участниками встречи.

Как только официант поставил на стол тарелки с дымящимся бараньим шашлыком и удалился, Раджих жестом пригласил русских коллег начать трапезу, а сам извлек из кармана рубашки фотографию и положил ее перед Максимовым. На фото был изображен коротко стриженый мужчина приблизительно пятидесяти лет с колючим взглядом из-под тонких бровей.

– Вам знаком этот человек? – спросил Раджих у Максимова.

Тот лишь пожал плечами: дескать, не припомню.

– Можно? – это уже Грошев попросил разрешения взять со стола фотографию и, взглянув на нее, мгновенно среагировал: – Это же Саймон Янг. Выдает себя за бизнесмена корпорации «Индастри электроникс», хотя по нашим установочным данным является одним из заместителей ближневосточного резидента ЦРУ. Он довольно часто наведывается в Египет.

– Совершенно верно, – подтвердил слова своего русского коллеги Раджих. – По нашим сведениям, Янг является доверенным лицом замглавы ЦРУ Стивена Снайпса и координирует действия своего ведомства с турецкими спецслужбами и сирийскими повстанцами. Эти самые повстанцы, а на самом деле отпетые террористы, проходят обучение на одной из баз рядом с турецко-сирийской границей под началом турецких и американских инструкторов. После этого их должны забросить к нам в Сирию для разжигания гражданской войны и смещения Башара Асада.

– Если я вас правильно понимаю, уважаемый Хафез, именно этот человек может иметь прямое отношение к вербовке того человека, который нас интересует? – задал прямой вопрос Максимов.

– Да, это он.

– Уверены?

– Как говорят у вас в России, на сто пудов, – и гладко выбритое лицо Раджиха осенила улыбка.

– Изложите, если не трудно, свои аргументы.

Прежде чем ответить, Раджих с помощью ножа ловко «срезал» с шампура куски шашлыка в тарелку, после чего продолжил:

– У меня два веских аргумента. Первый: примерно с марта этого года Янг безвылазно находился в Турции, занимаясь тем, о чем я уже говорил. А в самом конце июня внезапно объявился здесь под видом бизнесмена «Индастри электроникс». Пробыл в Каире три-четыре дня, после чего опять уехал в Стамбул и больше здесь не объявлялся. Спрашивается, зачем приезжал? На мой взгляд, ответ очевиден: чтобы участвовать в вербовке вашего «крота». Из чего следует мой второй аргумент: вербовка такого агента, как ваш, не могла пройти мимо столь матерого и влиятельного разведчика, как Янг. Информация о Сирии сейчас интересует его больше всего.

– Ну что ж, убедительно, – согласился Максимов. – Но это только половина дела. Другая половина – попытаться отыскать в Каире следы этого «крота», чтобы установить его личность. Это возможно?

– Возможно, но придется потрудиться.

– Разве мы говорили, что боимся труда? – переглянулся с Грошевым Максимов. – Ради нашего общего дела мы готовы работать круглосуточно.

– Думаю, этого не понадобится – все решат деньги.

– Кого придется покупать?

– Охрану в отеле, где проходила вербовка, кого-то из тех, кто связан с системой видеонаблюдения.

– А вы что, знаете название этого отеля? – вилка с нанизанным шашлыком замерла возле рта Максимова.

– Догадываюсь. Дело в том, что Янг предпочитает останавливаться в одном и том же месте – отеле «Найл Хилтон», где отменные кальянные. Есть у него такая слабость. Живет на восьмом этаже. Там, а также на шестом этаже ЦРУ через подставных людей бронирует номера для конспиративных встреч со своими агентами. Мы знаем об этом от своего информатора в гостиничной обслуге.

– И много отелей в Каире находится под «колпаком» ЦРУ?

– Примерно два десятка.

– Так может…

– Может, Иван, но я полагаю, что начинать надо с «Найл Хилтона». Надо попытаться подкупить кого-то из охраны отеля, чтобы он предоставил нам запись с камер видеонаблюдения, установленных на шестом и восьмом этажах. Причем только за четыре дня – с 25 по 28 июня этого года, когда Янг находился в Каире.

– Не легче ли взломать эту систему с помощью IT-специалистов? – предложил Грошев.

– Мы думали об этом и пришли к выводу, что не легче. Дело в том, что в этом отеле используется не беспроводная, а кабельная технология, что усложняет нашу задачу. К тому же механизм защиты там, скорее всего, конструировали специалисты ЦРУ. Устройства для обнаружения и предотвращения атаки извне они установили на уровне сети и конкретного узла – видеоархива и сервера управления видеонаблюдением. Поэтому есть большая вероятность того, что, когда мы попытаемся осуществить взлом, наша попытка будет обнаружена. Тогда все всплывет наружу. Гораздо безопаснее второй вариант – проникновение в их систему не снаружи, а изнутри, с помощью «крота». Вариант, конечно, затратней по финансам и времени, но зато дает больший шанс не вспугнуть американцев раньше времени.