Без шагов, привычных человеку, без тени, отбрасываемой на дверь. И что Ридмус увидел в первую очередь? Это своё горе в образе Евы.
— Ты уже теперь на моё место метишь? — со слабой улыбкой спросил профессор Ридмус, заходя в кабинет. — Я понял. Тебе не хватает власти в академии, чтобы от неё камня на камне не оставить, угадал?
Вскочив с места от испуга, Ева отбросила бумагу от себя, будто ничего не делала. Могла бы догадаться, что Йеон где-то поблизости, ей стоило быть внимательнее, но она увлеклась чтением чужих писем. Ее глаза метнулись к письму, но она сразу отвела их, чтобы он не понял, что она успела прочитать. Состроив из себя дурочку, она выскочила из-за стола, занимая привычное место в центре ковра перед ним.
— Думаете, у меня есть шансы стать деканом? — улыбнулась она, лишь бы тема не зашла про бумаги. Приложив палец к подбородку, она задумалась. — Если это когда-нибудь произойдет, я первым же делом отменю занятия по вычислениям! И руны — они скучные.
В голове все ещё крутились строки из письма. Неужели он не питался уже несколько дней? Ева не заметила никаких признаков голода у Йеона, хотя изучила все о вампирах как можно тщательнее ещё в первые дни своего пребывания в академии. Ведь это был он, а она хотела знать о нем все до мелочей. Хотя сейчас, внимательно приглядевшись, она подметила, что он какой-то уставший. Но это могло быть и из-за огромного количества дел. Первокурсников в этом году чуть ли не вдвое больше, чем в прошлом! Но напрямую спросить о его состоянии она не решилась.
— А кабинет я точно отниму, он мне нравится, — продолжала она шутить. — Добавлю чуточку больше цветов и свечей и заменю ту ужасную вазу.
— Тогда вам точно придётся сначала меня убить. — Поразившись размерам её амбиций, Йеон театрально испугался, даже руку к сердцу приложил. Но игры играми, а работать надо. Он прошёл к своему столу, достал из ящика какую-то бумагу, но взгляд его подметил, что письмо-то лежит совсем не на своем месте — он читал его совсем недавно и хорошо помнил ужас при прочтении, так что, как именно оно лежало на столе, Ридмус прекрасно помнил.
Он нарочно, чтобы Ева видела, перевел взгляд с текста медленно на неё саму, и в глазах читался только укор. Хотя сам виноват: нечего было оставлять такое на столе. Ученики прекрасно знали о его природе, так что смысла скрывать таких… специфичных предпочтений в еде вампир не видел смыла.
Он обошёл свой стол и коснулся плеча Евы, просматривая в руках свиток, на котором были наименования оружия и их количество. Пройдясь по нему во второй раз, он отдал список Еве.
— Я тебя сейчас отведу в подвал. Туда орки будут таскать ящики. Твоя работа всё подсчитать и отметить тут, чтобы не было никаких недочётов. У меня назначена встреча с директором, так что я на время отлучусь, пока мы будем там.
И без дополнительных предисловий он повёл её в указанное место. Пошел медленно, чтобы Ева успела оценить фронт работы. Проверить, есть ли оружие или нет — не проблема, а вот всё посчитать… Ладно сто мечей, а вот пятьсот кинжалов! Прогуляет пары, но что было бы лучше? Копаться в подвале до самой ночи?
— И не забивай себе голову, — вдруг отвлек профессор Еву от чтения строк. Подняв голову, она встретилась с действительно усталым взглядом, но бледное лицо вампира украшала ободряющая улыбка. — Тем письмом. Ничего страшного не произошло.
Что она будет делать? Бояться его? Или, наоборот, жалеть? Йеон не знал, но верил, что прочтенные строки точно останутся в её голове. Он не хотел этого. Не хотел, чтобы его ученики боялись его.
— Такое уже было и не раз, — как бы продолжая её успокаивать, сказал Ридмус. — Просто какое-то время я буду отсиживаться в другом месте. Либо меня будут замещать, либо вам заменят стихийную магию на другой предмет.
— С вами точно все в порядке? — спросила Ева. Но во взгляде на Йеона не было ни капли страха или жалости, только беспокойство. Ее волновало его состояние. Она очень надеялась, что ему вскоре доставят кровь. Ей будет грустно, если его занятия отменят, и она не сможет видеть его какое-то время. — Я никому не расскажу. Надеюсь, что ваша личная посылка скоро окажется у вас.
Ева ответила на улыбку Йеона, так бы и смотрела на него целую вечность. Но бумага в руках жгла и напоминала, что именно Йеон обрёк ее на скучный вечер в темном подвале и в обществе орков. А сам уйдет, хотя она рассчитывала провести с ним это время. Немного расстроившись, она отвернулась к списку оружия.
— Долго вас не будет? — спросила она. Непонятно, что именно имела в виду, его встречу с директором или отсутствие из-за крови. Наверное, все вместе.
Так как она смотрела в лист, он подумал, что речь именно о нынешней работе:
— Я поговорю с орками, покажу им, что и куда отнести, потом уйду. Не думаю, что разговор с директором будет долгим — одну с этими чудищами надолго не оставлю, не переживай.
Взглядом он поблагодарил её за поддержку, махнул рукой, и они вместе вышли из кабинета, который профессор после закрыл на ключ. Их путь шел к первому этажу. Там они вышли во внутренний двор, где тренировались фехтовальщики и где уже стояли три повозки. Ева уже сейчас могла примерно предсказать свой фронт работы.
Стояли они не на самой площадке, а вдоль стен, орки уже выгружали внушительного размера ящики, ставя их возле большой железной двери — то была подсобка, откуда ученики брали инвентарь на практику. А вот внутри неё, за закрытой на замок и пару печатей, как раз была кладовая, где хранились либо новейшее оборудование, либо то, которое подлежало лишь уничтожению, но всё равно по какой-то причине не выкидывалось.
Ридмус отыскал взглядом главного орка — такого можно было узнать по одежде. Он не был так гол: руки и ноги закрыты. Даже подобие обуви было, в то время как у других чудо, если помимо набедренных повязок будет что-то сверху. Йеон общался с главным на орочьем языке. Профессор указывал пальцем, что и куда надо тащить, потом скрылся с орком в подсобке и вышел через две минуты. Видимо, показывал, куда ставить и как, чтобы была возможность всё подсчитать. А в конце разговора указал пальцем на Еву и голос его стал намного строже. Не ругал её.
