— Я же могу все остановить, если что-то окажется для меня неприемлемым?
— Повторю в десятый раз. Ты не только можешь, ты обязана это делать. Неприемлемо, непонятно, надо разобраться в своих чувствах — ты просто скажешь мне об этом.
— А вы разрешите мне снять повязку?
— Нет. Со временем, но не сейчас. И если мы договорились, ты пообещаешь мне никогда этого не делать самой. Ты примешь мои правила. С наказанием в случае неповиновения. Но что-то мне подсказывает, что ты не захочешь меня расстраивать. Я прав, Милана?
Это не было угрозой. Это были условия договора. Мне предлагалось всего лишь их принять, что я, кажется, готова была сделать.
В этот раз не было ощущения гипноза, как это было с Азаматом. Я прекрасно понимала, что принимаю решение сама. Можно было рисовать в своём воображении страшных химер, но у меня оставалось права голоса. Бояться, во всяком случае, было нечего. Конечно, если мой пленитель не врет, и выполнит свою часть договора.
— Я согласна.
Эти слова сорвались с моих губ неожиданно легко. Сделка с дьяволом в обмен на право стать счастливой — я готова была отдать свою душу.
— Еще раз, Милана.
— Я согласна, — повторила уже тверже.
— Нет. Попробуй ещё раз.
Озарение было кратковременным. Я сжала кулачки, решаясь произнести то, что от меня требовалось.
— Я согласна, Хозяин.
Глава 5
Глава 5
Вопреки всем моим тревогам и ожиданиям, разговор закончился именно на этой ноте. К лучшему это или нет, трудно было ответить.
Попыталась выровнять дыхание, сбившееся от впервые произнесенного специфического обращения к мужчине, возомнившем себя моим психотерапевтом-спасателем. Это не вызвало ярого отторжения или протеста. Было непривычно, вот и все.
— А сейчас я хочу, чтобы ты легла спать. Все допустимые воздействия и твои запретные зоны мы обсудим завтра. И страх отбрось. Вопросы?
Если таковые у меня и имелись, я побоялась их озвучить. Вдруг услышу что-то, от чего вообще не усну. Сейчас же в моей душе было что-то сродни умиротворению. Это было странно и неправильно, учитывая все происходящее.
Я пошевелила плечами. Скованность в теле вызывала неприятные ощущения.
— Я спросить хотела… — кашлянула, стараясь не признаваться себе, что мне хочется продолжить разговор. Очные ставки успокаивали странным образом. — Я тренироваться привыкла. Мышцы теряют тонус.
— Это не проблема, — я почувствовала его улыбку. — В цокольном этаже дома есть прекрасно оборудованный спортивный зал и бассейн. Завтра Алена все тебе покажет. Спортивный костюм найдешь в шкафу. И раз уже мы заговорили об этом, ты можешь завтра написать список всего, что тебе необходимо. Уходовая косметика, предметы гардероба, книги или журналы. Если тебе понадобятся услуги парикмахера и мастера маникюра, этот вопрос тоже легко решить. Раз уж мы договорились о твоем благоразумии.
В списке не было телефона с выходом в интернет и возможностью совершать звонки. Но вот это как раз таки было ожидаемым.
— Спасибо, — кто бы ни был этот человек, он прекрасно знал, как успокоить и даже воодушевить. Совсем недавно я дрожала от страха, а сейчас испытывала странное чувство предвкушения.
— А теперь тебе надо лечь спать. День был тяжелым. Спокойной ночи, Милана.
Мне пора уже было к этому привыкнуть, но все равно я оказалась не готова к тому, что произошло. К его поцелую в лоб, мягкому касанию губ к переносице, задевающему край темной повязки. Поцелуй был почти отеческим и в то же время собственническим, неумолимым. Странное, и вместе с тем захватывающее ощущение.
Поцелуй в губы мог напугать. Поцелуй в лоб казался вполне закономерным в свете произнесенных слов. Отпечаток губ моего похитителя еще горел на коже, когда за ним закрылась дверь. В этот раз я все-таки расслышала поворот ключа.
Развязала узел на затылке, зажмурившись от яркого света. Отчего-то сразу подскочила к зеркалу. Но нет, места его прикосновений не отреагировали красными припухлостями, как в первый раз.
Я вытянула руку, закатала рукав платья и уже привычным росчерком ногтей с легким нажимом написала свое имя.
Ничего не произошло. Краснота сошла почти мгновенно, оставив на коже лишь ощущение моего прикосновения…
Утро выдалось солнечным.
Я бы нежилась в мягкой постели до обеда, но шторы, подсвеченные рассветными лучами, плавно ушли в пазы, и в закрытые глаза ударил ослепляющий свет, усиленный белым снегом. Небо казалось настолько ярким, голубым, без единого облачка, что я села на кровати, забыв обо всем. Любовалась красотой явно загородной природы, а события вчерашнего дня казались чем-то обыденным. И совсем не пугающим.
Сжала сердце тоска по дочери. Наверное, если бы мне дали с ней поговорить, я бы ни о чем не беспокоилась, наслаждалась бы своим внезапным отдыхом. Но боль быстро утихла. Хозяин обещал, месяц, и я вновь ее увижу.
Увижу. Я мечтала стать для нее сильной. Если мне в этом помогут, я буду счастлива.
Контрастный душ взбодрил. Когда я вошла в комнату, почти не удивилась, застав там Алену.
— Доброе утро, — у этой девушки всегда было хорошее, даже игривое настроение. — Босс сказал, вы хотите потренироваться. Я зашла убедиться, что у вас есть все необходимое. Вы принимаете что-то из спортпита? В таком случае просто дайте мне знать, я закажу.
— Протеин. И Эль-карнитин не помешает. И давай уже на «ты», — ее «вы» почему-то меня смущало.
— Как захочешь, Милана, — подмигнула Алена, — переодевайся, я провожу.
Зал был действительно крутым, в этом Хозяин не соврал. После часа тренировки я ощутила себя человеком. Облачилась в один из купальников, что в изобилии находились в шкафу, проплыла несколько километров в огромном бассейне. Мое похищение уже напоминало спонтанный принудительный выезд в санаторий. Вот только непонятно, что сам главврач мне уготовил.
Завтрак был вкусным и сытным. Алена по-прежнему была немногословна. Всю информацию приходилось буквально из нее вытягивать.
— Я могу погулять по двору?
— Конечно, — подмигнула девушка, ловко щелкая по кнопкам кофе-машины. — Босс вернется не раньше девяти. Здесь очень красивая территория.
Я прищурилась. Посмотрела в ее улыбающееся лицо.
— Ты знаешь, зачем я здесь?
Судя по искре, промелькнувшей в ее глазах, она прекрасно знала. Повела плечом и поставила на стол чашку фирменного латте, словно взятку, чтобы прекратить щекотливые расспросы.
— Явно потому, что босс к тебе неравнодушен.
— Логично, — продолжать разговор не имело смысла.
Прогулка по зимнему саду доставила удовольствие. Правда, обойти всю территорию я не смогла. Мороз был крепким, замерзли руки, да и шапка не помешала бы. Здесь было нереально красиво. Но подхватить простуду в мои планы не входило, пришлось вернуться уже спустя сорок минут, так и не исследовав территорию.
Одно я поняла точно: сбежать отсюда не выйдет. Высокий забор из скошенных деревянных срубов был утыкан камерами и датчиками движения, а за его пределами я ни разу не услышала людские голоса и шум машин. Горизонт тонул в зелени высоких сосен. Создавалось впечатление, что этот дом находится далеко от города. Счастье еще, что на территории не было волкодавов, хотя кто знает.
Во всяком случае, бежать я пока что не собиралась. Мой похититель сумел найти нужные слова, чтобы я успокоилась. Месяц. Если он не лил в уши сладкий яд, подобно Валиеву, то в побеге нет смысла. Я все чаще ловила себя на том, что ожидание волнительное. Меня не столько пугало все то, что он собирался со мной сделать, сколько волновало.
…То, что он вернулся, я каким-то образом ощутила сразу.
Шум извне в мою комнату почти не проникал. Окна выходили в сад, а не к воротам. Но возвращение хозяина я почувствовала кожей. Как будто все замерло вокруг, а воздух сгустился, подчиняясь его властной обволакивающей энергетике.
Дрожь на этот раз была совсем иной этиологии. Вроде как страх, но другой. Не панический, вымораживающий, а сладкий и, признай уже это, чувственный. Я села на кровати, подхватила дрожащими руками темную повязку. Алена либо заменила ее, либо успела выстирать и разгладить заломы. Прохладное прикосновение атласно-бархатной ткани только усилило мое возбуждение.
