умолчанию и обозначало лишь одно: опасение помешать экспериментам, которые часто требуют тишины.
Он застал Мартина Джо за работой. Ученый изучал изображения, выходящие из принтера, соединенного с электронным микроскопом. Подписывал отпечатки на ватмане, свивал листы в рулон, а потом запихивал его в черный пластиковый футляр. Под цвет футляру на столе стоял чемоданчик. Красная кнопка горела на нем, как огонек. Сергей поздоровался.
Голландец, буркнул в ответ что-то отдаленно схожее с приветствием и, не разгибаясь после очередного наклона для подписи, продолжил работу в неудобной позе, всем видом выказывая нежелание общаться.
– Я пришел по просьбе Олеси, чтобы передать вам фотографию конструкции, обнаруженной спасателями у Белых Скал.
Голландец распрямился. От Сергея не утаилась краткая вспышка его глаз. Но ученый сдержал свой порыв и с видимым безразличием процедил сквозь зубы:
– В любом случае я предпочел бы иметь дело с ней, а не с вами.
– Однако не так давно вы клялись, что будете всю жизнь благодарны мне за находку «трихоплаксы».
– Это под влиянием эмоций. А они гораздо древнее и примитивней чувств, которые подарила эволюция человеку. Кладите фото на стол и идите откуда пришли.
Сергей остановился в нерешительности. Конечно, он не ожидал радостного приема, но и к такой отповеди готов не был.
– Чем же я так прогневил ваше высочество, или как вас там? – спросил Сергей, доставая из футляра фотографию с супер-«черепашкой». – Впрочем, мне побоку. Смешно испытывать к вам благодарность из-за потери интересной работы.
– Я ни к вам, ни к вашей работе не имею никакого отношения. Не имел и не буду иметь.
– А не из-за вашего ли, блин, причиндала, шлюп поцеловался с валуном? – Он указал на головной убор, как всегда красующийся на голове своего хозяина. – Вы, верно, и спите в шляпе?
– Какое вам дело до этого?
– Мне? Мне нет никакого дела даже до плеши, которую вы так тщательно скрываете от некоторых юных особ. Ту самую, что я видел воочию, когда эту шляпу сорвало с вас в памятный шторм.
– Да вы… да вы просто… донжуан! Я буду жаловаться вашему начальству.
– От донжуана слышу. И мне нет никакого дела до вашей конструкции, хотя спокойно мог позволить ей затеряться в песках в день его испытания…
– Подождите… – сдавленным голосом сказал голландец, рассматривая принесенную фотографию. – Вы знаете что-то об этом?..
– Я не имею привычки совать нос, куда меня не просят.
– Молодой человек! Прошу, дайте ответ, – Мартин Джо схватился за голову и вдруг сказал несуразное: – Скажите, при каких обстоятельствах может прошлое таким наглым образом наезжать на будущее…впрочем, наоборот…главное правильно сложить мозаику…
Он замотал головой, но продолжил нести пургу в том же духе.
В какие-то моменты казалось, что он бредит. То, что это была элементарная дезинформация, Сергей понял слишком поздно. Занятый отгадкой ребусов голландского спича, он вдруг заметил руку, тянущуюся к чемоданчику с красной кнопкой…
…Он очнулся лежачим на полу среди какого-то хлама.
Над ним склонилась Олеся:
– Я тебя искала в больнице, а нашла здесь… Почему ты лежишь в одиночестве среди этого бардака…и что это у тебя?
Сергей тоже пощупал шишку на голове, обнаруженную Олесей.
– На меня что-то упало…Но что, хоть убей, не помню…
– Да тут, если честно, кажется, все упало, – сказала она, озираясь по сторонам. – Вон, даже горшки с цветами побитые валяются. Погоди…Тут было землетрясение?.. Эй, что это под столом?.. Это же шляпа!..
– Мартина Джо твоего это шляпа.
– Но он же никогда…
– Не расстается с ней?..
– Да, я это хочу сказать. Я удивлена. Смотри-ка на тулье какие-то надписи…
– Похоже на пароли.
– Еще что-то.
– Значит, он скоро вернется.
– Кто?
– Ее владелец.
– Нам только этого не хватало.
– Ммм…А чемоданчик? Ты видишь его?
– Какой чемоданчик?
– Черный. С красной кнопкой…
– Ты бредишь?
– Нет – я же не вижу его… А ты?
– Тоже нет.
– Вот видишь…А он был.
– Тогда бежим.
– Нет…но мы не можем все так просто тут оставить…
Мозги Сергея слишком медленно становились в одну ось с ретикулярной формацией. Ментальные последствия сотрясения он осознавал с удручающей ясностью, скорее, даже каким-то шестым чувством.
Что-то тут, в этом помещении, он должен был сделать, но никак не мог вспомнить, что именно.
Потер голову, и его пальцы скользнули по чему-то липкому. Он повернулся к Олесе другой стороной и незаметно продолжил исследование. Да, прямо на самой макушке болезненная шишка, и мелкая ранка сочится кровью.
– Давай положим шляпу на видное место, – сказала Олеся. – Теперь оставляем все и уходим.
– Да.
– Только сфотографируем ее на фоне обстановки, как доказательство для полиции, что мы не причинили вреда этой ценной улике, да и к бедламу не причастны.
– Да.
Она отошла подальше, чтоб поместить в кадр всего побольше.
– Смотри-ка, а на потолке кровь! – воскликнула.
Он резко запрокинул голову, так что она закружилась. Действительно, прямо над ним красовалось небольшое, но свежее пятно крови. Углядела глазастая.
И в этот момент он все припомнил. И искаженное ненавистью лицо Мартина Джо, и палец на красной кнопке, а, главное, серьезное лицо старшины Зябова, когда он давал инструкции по контакту с Мартином Джо.
– Матушка говорит, что тебя ожидает второе испытание, – озабоченно говорила Олеся, проводя пальчиком по его щеке, скорее всего, запыленной осыпавшейся штукатуркой. – И я переживаю.
Но Сергей переживал за задание старшины Зябова, которое до сих пор не выполнено. Он перехватил палец Олеси и, легонько зажав его в кулаке, сказал:
– Вот что, дорогая. Беги в больницу. Только не к врачам, а в нашу палату…где дайверы. Сообщи Зябову, старшине моему…Нет, ничего не говори, а просто покажи снимок. Он знает, что делать.
……………………………………………………………………………
…Приказав Асс-вирусу замолчать, Сергей сосредоточенно таращился в туманный хаос пространства за бухтой.
Последняя фраза Мартина Джо: «…главное правильно сложить мозаику…» – явившись из воспоминаний, прочно засела в голове – монтажкой не выдерешь.
Наши мысли – наша реальность. И Сергей постарался критически оценить то, что видел вокруг в натуре. Он уже понял, что мозг достраивает картину, опираясь на маячки мыслей. И многое зависит от того, какие маячки ты выберешь.
Он вспомнил наказ старшины. Пожалуй, следование инструкции очень важно сейчас, когда работаешь не для себя, а для потомков, на 3-4 поколения старше. А наказ инструктора по технодайвингу, как ни странно, совпадал со случайной фразой голландца:
«В условиях разной видимости, иногда почти при полном ее отсутствии сложи в своем представлении из разрозненных параметров маячок – образ объекта поиска. Затем сканируй лучом ретикулярной формации, достигая постоянного обновления в памяти. Поставь на автомат. И помни: успех поиска зависит от
