Приятной неожиданностью стало подтверждение теории профессора Броукнеля. Как оказалось: аномальное поведение компаса и барометра в этих широтах, событие прогнозируемое и зафиксировать его еще раз — большая удача — очередная победа государственной науки. "Электромагнитное благословение" — как назвал явление Рум — одна из лучших морских примет.
Много говорилось о самоотдаче, взаимовыручке, доверии. "Орлы! Сыны удачи! Боги моря!.." — металось над палубой. — "Время пришло! Все вместе! В один кулак!.."
Но сыны удачи, похоже перестали верить в своего родителя. Ни блеска в глазах, ни улыбок, ни радостных восклицаний.
Пора заканчивать. Пробежал взглядом по рядам, поднял руку:
— Помощник старшего оформителя здесь?
— Здесь, — послышалось издалека.
— Два шага.
Он стоял последним. Оформители низшая каста — бесправные, питались, спали хуже всех на корабле. За мизерное жалование покупали себе инструменты: кисти, валики, ведра, а по прибытии, все это сдавалось в корабельный музей. Помощник "старшего", отличался от подчиненных только цветом головного убора, у них назывался таблеткой, а в остальном такой же: перештопанный заляпанный краской костюм, стоптанные туфли, и многодневная небритость.
— Как зовут?! — спросил картограф.
— Александр Бец! Месье Константин.
— Да, помню. Александр Бец, как называется наш корабль, помните?!
— Цесариус, месье Константин.
— Ничего не забыл?
— Нет, месье Константин. Со вторника, согласно расписанию архивного зачета Цесариус Великий, переименован в Цесариус Гордый. Но с пяти до десяти утра каждого вторника, по вынуждению пятой поправки торговой ассоциации определитель в названии не упоминается.
— Все правильно, — согласился картограф. — Но у меня есть немножко дерзкое рационализаторское предложение: Мы не будем ждать десяти утра, чтоб проголосовать за новый определитель. Нам не помешает лишняя скорость. Беру на себя смелость… Приказываю учетчику архивного зачета внести в расписание: С четырнадцатого ноль восьмого! с пяти тридцати восьми! Цесариус Гордый переименовывается в Цесариус Стремительный.
— Но пятая поправка… — попытался спорить оформитель.
Константин улыбнулся.
— Командование накладывает вето на пятую поправку торговой ассоциации. Все необходимые документы, по прибытии, подпишем в исковом кабинете верховной канцелярии. Вот так вот! — крикнул весело. — Виват друзья!
По рядам прокатилось не дружное: Уррра! Ура!
5
Четырнадцатое, десять утра. Давно уже не было солнца — сегодня выглянуло. Возле рубки, в ее тени широкий заваленный папками и свертками карт, стол; тепло, и картограф приказал вынести из каюты прямо сюда, на палубу. Принимал с шести утра, и еще четыре просидит, до двух дня. В нескольких шагах от него, первый помощник корабельного учетчика; его обязанность вести запись распоряжений картографа, печатать приказы, подшивать копии в докладной журнал.
В десяти метрах, за белой чертой начиналась очередь: десять-пятнадцать человек, вырастала и до тридцати, меньше двух-трех не было никогда.
Уже месяц как узнали о пожаре; все это время Константин спал два-три часа в сутки, последние два дня не ложился вовсе. Все тело ныло, сильно болела грудь и ключица, голова тяжелая, чужая, и со слухом не лады: будто в уши вату напхали.
…то есть? — не понял Константин.
— С правого борта "Гордый" заменили на "Стремительный", — испуганно говорил помощник старшего оформителя, — но на левый белой краски уже нет, сами понимаете: буквы в человеческий рост и…
— Что значит нет?.. почему?
— Банку выронили… а новую не дают. Статисты требуют заполнить девятую форму, а бланки внизу, а туда не пускают, и я написал заявление на имя…
— Стоп. Понятно. — Обратился к учетчику: — Выпиши, пусть получит.
В ответ:
— Это… несколько нарушает…
— Выписывай.
— Как скажете. Под Вашу ответственность.
Константин устало махнул: — Следующий.
— Гуревич, статист.
— Это приятно.
— У нас недоразумение. Понимаете… подозреваю: четверо из отдела метеорологии выращивают мышей.
— Кого?
— Мышей. Ну, звери такие.
— Почему ни слонов?
— Ха-ха. Видите ли: Когда отплыли, выяснилось, что у нас много мышей, что мы только ни делали, но… Тогда Вы приказали…
— Я приказал?
— Да, месье Константин. Вы приказали выплачивать за каждую пойманную мышь четыре копейки. Мышей не стало, но неожиданно, вы не поверите…
— Поверю. По сколько они сдают?
— По двести в день. Так только они и сдают, подозрительно… Обещают через неделю по четыреста… Главное, сытые такие, крепенькие…
— Это радует, — сказал Картограф.
— Так, что делать? Ничего ж предъявить не можем: все по закону.
— Заплатить все до копейки, и премию дать: две тысячи. Сколько уже выплатили? — В общем: найти ферму, и на всю сумму штраф за нарушение санитарных норм. Если с этим все в порядке, штраф за отсутствие лицензии на выращивание домашних животных.
— А если есть лицензия?
Картограф вскинул брови, недоверчиво посмотрел на статиста, перевел взгляд на учетчика: — Пиши приказ задним числом.
— Задним числом? Только под Вашу ответственность.
— Приказ от пятнадцатого мая. Все животные на судне должны иметь амбулаторные карточки. Прививки от оспы, куриной слепоты и… Все. Следующий.
— Это не все. Сегодня была ревизия, в каюте второго помощника старшего оформителя нашли четыре ящика тушенки. На складе недостача — шесть ящиков. Дежурный, наверняка заодно. Случайно узнали грузчики и слесаря: грозят расправой, самосуд и прочее… беспорядки начнутся, им сейчас только повод…
— Понятно, — постучал пальцами по столу. Учетчику: — Приказ вчерашним числом.
— Вчерашним?
— Хватит переспрашивать. Приказ: Выдать второму помощнику старшего оформителя: имя, фамилия — четыре ящика тушенки.
— За что это?
— За спасение утопающего, как звали дежурного?
— Вирчис, — удивленно произнес статист. — Заместитель первого помощника старшего охранника судна.
— Очень хорошо. За героическое спасение заместителя и так далее…Вирчиса. Кстати Вирчиса этого в лазарет с удвоенным мясным пайком, в скобках — сколько не хватает? Вот пиши: два ящика тушенки.
— Может их еще за это к ордену? — недоумевал статист.
Константин задумался. Учетчику: — Приказ второй: За спасение высшего по званию, второго помощника, как там его?.. представить к Чермесскому трезубцу второй степени.
Учетчик исподлобья взглянул на Константина:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
