на глаза.
Кажется, у неизвестного в руках было ружье — ствол был нацелен точно между нами. Не заметить меня, он не мог.
Подняв свой фонарь, я тут же услышал крик.
— Фонарь в землю опустил! Живо! И не двигайся!
Вот дерьмо. Чуйка меня не подвела — здесь действительно были мародеры. Видимо, наше появление сбило их с толку — что даже странно. Как так?
— Руки оба подняли! — последовал очередной приказ. Напарник подчинился беспрекословно. Я медлил.
— А тебе что, особое обращение нужно? — ствол ружья сдвинулся в мою сторону. — Руки!
Я подчинился, внимательно глядя на неизвестного человека. Сбоку послышалось чавканье, затем топот, словно кто-то сбивал грязь с ног. Послышался другой голос, более грубый.
— Ну и что с этими делать? Завалить?
Вот же попали. Здесь не один человек, два как минимум. И какая у них цель?
— Не надо, — ответил тот, что держал нас на прицеле. — Что они нам?
— Ладно. Тогда с ними будь.
— Э-э, мы так не договаривались.
Тот другой, кашлянул. Выругался.
Послышалась возня. Какой-то скрип, цоканье. По звуку я определил, что, скорее всего, они пытаются перекусить полотно сетки-рабицы, чтобы что... Влезть внутрь? Очень серьезное обстоятельство. Дать бы сигнал, только что с нами будет после этого? Да и как его дать?
Ввиду того, что в нашей части очень давно не было прецедентов, сигнальные ракетницы патрулю не выдавались. Начальник склада РАВ зажал, сославшись на строгую экономию. Во многих частях это вошло в привычку — обычное раздолбайство, которого хватало везде и всюду. Во все времена.
Прошло еще несколько минут, а мы все стояли с поднятыми руками. Выл ветер, сыпал мелкий снег, похожий на крупу. Нас по-прежнему держали на мушке. Я все никак не мог различить лица того, что стоял перед нами — он закутал его в шарф. И еще, задавался вопросом, сколько их? Двое, трое?
— Ну и долго мы будем так стоять? — крикнул я, перекрикивая шум ветра.
— Сколько нужно, столько и будете!
— Если мы не явимся на точку сбора, будут проблемы. Тревогу поднимут.
— Не поднимут, — хрипло усмехнулся тот, что резал рабицу. — Тут всем насрать!
И ведь верно сказал. Пока реально ничего не случится, никто и ухом не поведет. Уже проверяли — инцидент на стрельбище прямое тому доказательство. Жаль, видеокамер в то время еще не было. Годы не те. И страна тоже.
Минуты через четыре я услышал лязганье. Металлическое громыхание. Кажется, срезали сетку. Какого черта они забыли в воинской части? Ради чего так рисковать?
Тот, что был вооружен, шагнул ближе, смотрел куда-то правее. Освещения со стороны было мало, но кое-что я все-таки заметил — в руках у него была двустволка. Кажется, то был «ИЖ» какой-то.
— Оба отвернулись, спиной к ограде, — скомандовал тот, что держал нас на мушке. — Руки держать так, чтобы мы видели!
Я определил, что скорее всего, их только двое. Кажется, вооружен только один из них, но это не точно. Ну и что они намерены сделать? Ведь помимо нас, есть еще и внутренний патруль, караул. Часовые на постах. По территории нет-нет, да ходит кто-то из офицеров.
Ветер подул еще сильнее.
— Что вы здесь хотите найти? — громко спросил я, но мне не ответили. Стоять с поднятыми вверх руками было тяжело, поэтому я сам не заметил, как опустил их почти до уровня головы. Повернул голову — стоял только один, второго не было. Уже хорошо.
— Чего пялишься, отвернись! — процедил тот, оказавшись совсем рядом со мной.
Судя по всему, говорившему было где-то около сорока. Видимо нервничал, потому что голос дрожал.
— Лучше уходите отсюда! Если ничего не возьмете, вам за это ничего и не сделают! — я решил вывести его на разговор. Переговорщик из меня может и неплохой, но только не в сложившейся обстановке. Скорее всего, мародер хоть и не закоренелый, но все же понимает, что к чему и как сильно они рискуют, наткнувшись на нас. Видимо, они вообще не рассчитывали встретить патруль. И только сейчас я понял почему — некоторое время, чтобы не сажать батареи, мы шли с отключенными фонарями. Они наверняка перепутали группы и решили, что мы ушли дальше — фонари были довольно мощными и их было видно издалека.
Заметив нас в последний момент и осознав, что идет патруль, попробовали затаиться — да только негде. Деваться некуда. А когда Дима наткнулся на одного из них, других вариантов уже не оставалось. Вот и пришлось им действовать решительно.
С самообладанием у меня было все в порядке — стрелять противник станет только если сильно испугается или если мы окажем сопротивление. Но черт его знает, вдруг перед нами матерые волки?! В любом случае, нужно хорошо все обдумать, проанализировать. Если мародеры сделают свое дело, а потом спокойно уйдут — ищи-свищи их потом, вокруг сплошные поля. Пока мы добежим, пока объясним, пока поднимут тревогу. Пройдет куча времени.
И все же, что именно им тут нужно?
Я перебирал в голове варианты, но никак не мог понять.
— Руки затекли, можно опустить? — вдруг произнес Степанов.
— Потерпишь!
— Не могу!
Мародер подошел к Димке, причем как-то слишком уж решительно. Резко ударил прикладом «вертикалки» по ногам, отчего мой напарник вскрикнул и рухнул на колени, прямо в грязь. Я дернулся, но тот ловко развернулся и ткнул меня стволом в бок, разом охладив мой пыл.
— Еще что-то выкинете, дыру кому-нибудь сделаю! А ты заткнулся! Руки за голову. Молчите оба и ничего с вами не случится!
Я не нашелся что ответить, обстановка и так накаленная.
Вскоре послышались осторожные шаги. Шорох.
— Ну че? Взял?
— Ага. Два коробка, — прилетело со стороны. Снова шаги.
Я почувствовал, что ствол убрали.
Чавканье ног по грязи, шум. Шорох одежды.
Заскрипела сетка. Я быстро обернулся и убедился в том, что оба мародера были увлечены протаскиванием каких-то коробков через ограду. Момент просто идеальный.
Я резко обернулся и рывком бросился на вооруженного сзади. Тот успел только заметить угрозу, но не противостоять ей. Ударом ноги я откинул «вертикалку» в сторону, корпусом толкнул противника так, что мародер отлетел к сетке. Вся ограда содрогнулась, громко зазвенела. От сильно толчка, сверху слетело плохо закрепленное кольцо колючей проволоки.
— А, суки! Федька, ты чего их в грязь мордой не положил? Все, вам конец, —
