произошедшего, что не готов был принять его, как свою пару, предназначенную Судьбой? Нет, если честно, то Кристофер его не боялся. Скорее, был расстроен, что Север решил, что Крис его хочет обокрасть или разнюхать что-то о нем. Тогда почему Кристофер был так отчаянно против того, чтобы Север был его соулмейтом? Да потому что Крис и правда считал, что тот ошибся. И когда Север найдет свою родственную душу, ту, что выбрана Судьбой, сердце Кристофера будет разбито, а он не хотел, чтобы ему было больно… Ведь он уже был по уши влюблен в Томаса. А как могло быть иначе, учитывая сколько всего Север сделал для незнакомого мальчишки, которого по случайности поселили с ним?..
Крис зашел в камеру и едва не столкнулся с Ящерицей, который перестилал свою постель.
— Ого, бежишь, как от пожара, — усмехнулся мужчина, встряхивая простынь. — Тебе помочь? С одной рукой ты долго провозишься…
— Ничего, справлюсь, — пробормотал Кристофер, поймав себя на том, что кистью больной руки он бережно прикасается к месту, где была его ужасная метка.
— Я сделаю, — сказал Север из-за спины, осторожно отодвинул Криса с прохода и подошел к их двухъярусной койке.
— Я же сказал, что мне не нужна помощь! — процедил Кристофер сквозь зубы.
— Хэй, не злись. Всем бывает нужна помощь. К тому же, Север переживает за свою работу, — сказал Ящерица, занимаясь наволочкой, и Север с Крисом синхронно на него обернулись. Никто не знал, что Север вывихнул Крису руку. Для всех, кроме них двоих, Кристофер просто неудачно упал с лестницы. — Он вправил тебе плечо, было бы глупо пренебречь его заботой.
— Ладно, — кивнул Крис и поспешно что-то вытащил из-под своей подушки, а потом засунул это в карман комбинезона.
Это был фантик от самой первой конфеты, которую дал ему Север. Кристофер сохранил его, поддавшись сентиментальному порыву. Хорошо, что он уже почти не шуршал и не выдал своего хозяина. Крис рассеянно смотрел, как авторитет банды без названия заправляет для него постель. И это заставляло его задуматься, правильно ли он сделал, отказав Северу?
Глава 3
Фиксирующую повязку с руки сняли только через два месяца, и Кристофера вернули на его прежнюю «должность» уборщика. Ему даже в пару снова поставили Карла, который, казалось, забыл о том, что у него были интимные планы на Криса. Почти всё вернулось к тому, с чего начиналось. В камере было спокойно, с Ящерицей и Майклом Кристофер чувствовал себя, как со старшими братьями, которых у него никогда не было. В столовой он всё так же сидел с края стола, не решаясь подходить к Северу. Но вечерами, когда Томас что-то рассказывал Рою и Майклу, Крису казалось, что он лишний, и вообще подслушивает чужой разговор. Он скучал по философским спорам, но не мог придумать ни одной причины или темы, чтобы заговорить с Севером. И тот тоже не пытался завязать разговор первым. Но, с другой стороны, Север не отстранялся совсем. Он каждые два-три дня молча доставал из заначки шоколадный батончик и клал у подушки Криса. А когда приходила Эмили, то парню перепадали и другие сладости, а один раз даже новая толстая тетрадь и удобная ручка, ведь Крис так и не бросил писать свои сочинения и письма в никуда.
И все это время тему соулмейтов Север не поднимал. Не флиртовал, не заигрывал, не прикасался. Словно и не было того разговора в коридоре. Только каждый раз, моясь в душе, Крис видел свою алую метку и понимал, что он это не выдумал.
За те два с лишним месяца, что Кристофер помогал с организаторскими делами врачу, тот к нему присмотрелся, и теперь периодически сдергивал его с основной работы, с разрешения охранников, разумеется. То инвентаризация, то привоз новых медикаментов, то списки проверить, то карты переписать… Карл сначала бесился, так как все домывать и доделывать ему приходилось в одиночку, а потом как-то перестал нудеть по этому поводу. И Кристоферу стоило побеспокоиться из-за такой разительной перемены, но он не обратил на это внимания, уверенный, что Север достаточно напугал Карла в прошлый раз. Он ошибся.
Четверо заключенных зажали Криса в туалете, и одним из них был Карл, которого они называли Вороной. Этой клички Кристофер не знал. Сначала они вполне «вежливо», то есть в ультимативной форме, уведомили Криса, что он или будет их курьером, или пожалеет, что на свет появился. Когда до Кристофера дошло, что от него ждут, что он будет красть препараты из кабинета врача, то отказался.
— Слушай, мелкий, Ворона на хвосте принесла, что ты вхож в кабинет нашего доктора. Так что не отпирайся. Предложение стоящее, кроме того, ты будешь курьером не за бесплатно, — с мерзкой улыбкой, в которой не хватало двух передних зубов, сказал один из мужчин.
— Меня это не интересует. Я не буду ничего красть, тем более лекарства, — с пренебрежением сказал Кристофер, помня о своем обещании Северу не употреблять наркотики. Он был уверен, что распространение относилось к этой же теме, в том смысле, что было под запретом.
Удар в живот был внезапным и оттого еще более болезненным. Крис хрипло выдохнул и согнулся бы пополам, если бы другой зек не удержал его за волосы в вертикальном положении.
— Ты не понял. У тебя нет выбора. Либо ты ходишь в медблок, как курьер, либо ты лежишь в медблоке, как инвалид.
Крис даже не успел ничего сказать, как его снова ударили, теперь уже в лицо, и из рассеченной брови на лицо хлынула кровь.
— О, я впервые вижу живых мертвецов, — внезапно раздался голос со стороны. Крису он показался смутно знакомым, но из-за боли и страха он не был уверен, что знает этого парня.
— Чего ляпнул? Вали отсюда, черный, — огрызнулся главный, который вел «переговоры».
— Я говорю, что в течение недели вы все будете трупами, — спокойно повторил негр, стоя ко всей группе спиной. Он мыл руки и был полностью расслаблен, словно у него за дверью была армия, готовая за него вступиться. — Рискнуть тронуть соулмейта Севера… У вас извращенное понятие о суициде.
— Чего?! — главарь повернулся к Вороне-Карлу, который стоял чуть в стороне ото всех. — Ты же сказал, что они не вместе! Ты совсем тупой?!
Он дал знак своим ребятам и, напоследок еще раз ударив Криса от отчаяния, что всё сорвалось, все четверо покинули туалет. После того, как они ушли, Крис тяжело привалился спиной к стене, и к нему тут же подошел негр. Это действительно был
