за столом себя не ведут».
Папа, как ты сейчас… ладно, не время раскисать.
Спустя час, когда все было съедено и выпито, Ник расплатился и мы отправились в его дом. Я очень волновалась, даже не так, мне было реально страшно. В случаи чего, я не смогу защититься, он намного сильнее меня, но… почему-то я ему верила. Или хотела верить, ведь остаться одной на улице ночью, тоже, страшно. А Ник меня спас и хочется думать, не для того, чтобы обидеть самому.
Шли мы молча, наёмник думал о чем-то своём, вообще забыв о спутнице, а я и рада, отвечать на неудобные вопросы не хотелось.
Дорога заняла почти полчаса. Район был пусть и небогатый, но приличный, хотя, как я поняла, нищих трущоб в столице Рулада не было уже лет пятнадцать.
Дом оказался совсем небольшим и по ощущениям, заброшенным. Как будто тут никто не жил на постоянной основе. Меня это удивило, но я могла и ошибаться. Просто так бывает, когда у дома отсутствует хозяин это…чувствуется. На интуитивном уровне. Хотя выглядело все пусть и просто, но опрятно. Гостиная и одна спальня, небольшая кухня, прихожая. Есть ванная с канализацией, что особо порадовало. Всего один этаж, даже сада не был, но как ни странно, в этом временном убежище, я почувствовала себя в безопасности впервые за очень долгий срок. В глазах предательски защипало.
«Ева, соберись!» — мысленно пнула себя. Помогло.
— Чувствуй себя свободно. Что найдёшь можешь использовать, одежду тоже поищи, вдруг что завалялось от…, не важно, — махнул рукой Ники. Но я итак поняла, что он имел ввиду. Одежда от женщин, любовниц которые тут ночевали. Мысль не очень приятная, как будто я одна из них. — Я сейчас помоюсь и уйду. Приду завтра ближе к полудню. Не сбегай на этот раз, — сурово глянул он и получив кивок, отправился в ванну.
Шум воды стал слышен через минуту, а я решила ещё раз пройтись по дому. Не успела толком осмотреться, как из ванной, уже помытый и в свежей одежде вышел Ник.
Да, он был просто невероятно хорош. Особенно без разводов грязи и крови.
— Не волнуйся, тут ты в безопасности, — по-своему истолковав мой взгляд сказал наёмник.
— Хорошо.
— Тогда, до завтра.
— До завтра. И … спасибо ещё раз.
— Не за что, — со своей фирменной ухмылкой ответил он. А сердце опять пропустило удар. Это плохо, это лишнее.
4.2
Ночь прошла на удивление спокойно. Раньше, я плохо спала на новых местах, но жизнь за последние пару месяцев научила приспосабливаться. А ночевать не под открытым небом, или в сомнительных тавернах, полных клопов, вообще счастье. Здесь же была мягкая кровать с чистым бельём, тишина и уединение.
Единый, я и забыла, как прекрасно принимать ванну, а не мыться в тазике или речке. Отмокала не меньше часа. Горячей воды потратила наверняка много, но выйти из ванны было выше моих сил.
Так что проснулась я утром выспавшаяся и в прекрасном расположении духа. Продукты на завтрак нашлись на кухне. Ничего скоропортящегося, молочного или готового не было. Но крупы и овощи присутствовали. Так что не мудрствуя, сварила кашу. Конечно, хозяйничать на чужой кухни не удобно, но раз уж он сам разрешил…
После завтрака, заняться было нечем, трусливую мысль сбежать, отвергла, как недостойную внимания. Дом даже в приборке не нуждался, что странно для холостого молодого парня. С другой стороны, он же аристократ, а их к порядку с детства приучают, и Ник видимо мог поддерживать чистоту и без прислуги.
Поэтому помучившись от безделья полчаса, решила сделать обед. Ник же обещал прийти к этому времени.
Запасы были скромными, но жареную картошку с вяленым мясом и пресными лепёшками вполне можно было приготовить. Хотелось порадовать своего спасителя чем-то более праздничным, но выбор продуктов ограничен, поэтому так скромно.
За готовкой время пролетело незаметно и вот, спустя ещё пару часов входная дверь скрипнула, пуская хозяина в дом.
— Ого, что за чудесные запахи в моей доме, — раздался повеселевший голос Ника, а после на кухоньке появился и он сам. Под глазами залегли небольшие круги, но в целом выглядел хорошо. А когда он вот так улыбался, то был совсем не похож на того опасного, хмурого наёмника, которого увидела впервые.
Непроизвольно отметила, что одежда на нем не та, в которой он вчера уходил. Значит ночевал в месте, где есть сменная пара рубашек и брюк. Наверное, у женщины, а она тут хозяйничает как дура. В чего вообще взяла, что у Ника нет никого постоянного. Отсутствие женских вещей в доме сбило с толку, но это же ни о чем не говорит.
— Я подумала, что ты придешь голодный. Извини если перешла границы, — почему-то мучительно захотелось провалиться под землю, а свой порыв сделать обед показался полной глупостью.
— Я голодный — это раз. И сам сказал пользоваться свободно всем в этом доме, включая продукты — это два. Так что не извиняйся, а лучше положи нам обоим еды. Говорил же, голодный мужчина- злой мужчина.
Ободренная речью, быстро сервировала нехитрый обед. Картошка получилась изумительная, с хрустящей корочкой и мягкая внутри, мясо нашлось готовое, на удивление даже лепёшки, вышли не плохо. Хотя сделать их вкусными задача не простая.
Следующие полчаса мы усиленно работали ложками, каждый думая о своём.
— Вкусно, — вынес вердикт Ник и с довольной улыбкой поставил на ствол лёгкое фруктовое вино, которое принёс с собой. Следом появились два бокала из ближайшего шкафчика. Наёмник разлил напиток и тут же предложил выпить.
— Ну что, Ева, рассказывай.
— О чем? — сразу насторожилась я. Отодвигая вино. На меня алкоголь действует не очень хорошо, и я стараюсь не пить вовсе.
Ник проследил этот жест, но промолчал.
— Обо всем. Почему уехала из Димара, да ещё и одна. Зачем притворяешься другим человеком? Почему выбрала Ангеру? И что планируешь делать дальше.
4.3
Ник задавал очень правильные и очень трудные вопросы.
Я сама до сих не верила, что моя жизнь так сильно и резко изменилась.
У меня было абсолютно счастливое детство которое случается если есть горячо любящие родители. Вот только родилась я не в Димаре, а в Руладе.
Мой отец, высокородный монт, истинный аристократ. Честный, благородный, смелый. Он всегда был для меня примером настоящего мужчины. Всю свою молодость отец путешествовал, и я любила по вечерам слушать его рассказы о пережитых приключениях. Это было вместо сказки на ночь, и я обожала эти минуты, проведённые
