Хреново.
Они надвигались. Я отступала назад, задев каблуком край тротуара, расположенного перед гостиничными номерами, и упала прямо на задницу. Сильно ударившись. И это было больно. Времени, чтобы чувствовать боль не оставалось, они приближались, и я попятилась назад на руках и ногах.
Прихвостень номер два ухмыльнулся.
Да. Мерзко.
Я продолжала пятиться, и ударилась головой и плечами о кирпичную стену.
Это тоже было больно.
Я услышала выстрелы из ружья и одновременно, как зазвучала и заглохла полицейская сирена.
Я замерла на месте, но скользнула взглядом в сторону, и увидела мужчину в майке, поношенном темного цвета махровом халате и брюках, переходящих в пару шлепанцев, который держал в руках ружье. Затем мои глаза метнулись к въезду на парковку, куда заезжала патрульная машина без проблесковых маячков. Затем я перевела взгляд на двух корешей перед собой. Я увидела, что Грей расправился с одним парнем. Он стонал и вроде как катался из стороны в сторону, но больше казалось, что он пытался не потерять сознание. Самоуверенный Нахал стоял на коленях, отклонившись назад, а Грей сжимал в одном кулаке ворот его рубашки, а второй рукой замахнулся, чтобы нанести удар. Кровь текла по его щеке из пореза над левым глазом, но Самоуверенный Нахал, казалось, истекал кровью. У него были разбиты нос, губа и большая ссадина на скуле.
Боже, вся потасовка не заняла больше пяти минут. Как ему удалось нанести столько ран за пять минут?
— Бадди, какого черта? — громко спросил парень в майке. — Господи, ты еще не научился? Сколько еще раз Грей должен преподать тебе урок?
Мне показался этот комментарий интересным.
Парень из гостиницы не стал больше распространяться об этом, и увы, не объяснил ничего, потому что полицейский остановил машину и вылезал из нее.
Я нашла это тревожным.
Я не была большим поклонником копов, и мне не нравилось находиться рядом с ними. Поначалу, в прошлом, это было опасно для здоровья. Сейчас, это профессиональный риск.
Коп облокотился о верх открытой двери своей машины и спросил на всю парковку.
— Скажите, что мои глаза меня обманывают
Два моих преследователя осторожно отступили, когда один из них пробубнил,
— Дядя Ленни.
Дядя Ленни?
Внезапно, полицейский резко выпрямился, и он сделал это, когда молодой человек отошел, и взгляд копа наткнулся на меня.
— О, нет, — услышала я, как он тихо произнес. — Черт, нет. — затем он отошел от двери автомобиля, яростно захлопнул ее и направился к чуваку, которого я ударила по колену. Он шел быстро, агрессивно и выглядел настолько злым, что ярость, исходившая от него, прижала этого самого чувака к боку машины, дядя - коп угрожающе склонился над ним.
— Убеди меня не отрывать тебе твой член, — прорычал он.
Ух ты.
— Дядя Ленни — начал паренек дрожащим голосом.
— Я так понимаю, это девчонка сидит на заднице? — спросил коп.
— Мы были — начал прихвостень, но его дядя придвинулся еще ближе, и я затаила дыхание.
— Так это...девчонка...как я понимаю...сидит на заднице?
— Она кинула Бада в бильярд, — быстро ответил прихвостень.
— Это не так! — огрызнулась я, одновременно услышав низкий голос Грея, который заявил. — Это наглая ложь.
Я посмотрела на него и увидела, что он оттолкнул Самоуверенного Нахала в сторону, Самоуверенный Нахал поднимался на ноги, а Грей направлялся ко мне. Он подошел ко мне, протянул руку, и я вложила свою ладонь в его. Он мгновенно поднял меня на ноги и притянул к себе, крепко держа за руку и не отпуская.
Его рана над глазом все еще кровоточила и довольно сильно. Кровь стекала вниз по его виску, щеке и капала с подбородка на его кожаную куртку.
Все это время полицейский не двигался.
Между тем, он заговорил и сказал следующее,
— Мне наплевать, кинула ли она его, напала на него с целью ограбить, подмешала наркоты или откусила член, отсасывая у него. Бада поимели, в некотором роде, он — мужчина; он должен принимать это, как мужчина. Если у него возникает юридическая проблема, он решает ее законными методами. Чтобы не произошло с Бадом Шарпом, ты не вмешиваешься. Особенно, когда у него возникают претензии к девицам. И чтобы я больше никогда не подъезжал на патрульной машине и не видел, как ты угрожаешь беззащитной девушке, поимевшей тебя, Бада или хоть самого Папу Римского. Ты меня понял?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Я тебя понял, дядя Ленни, — прошептал прихвостень.
— Господи, мать твою, безмозглый идиот, — пробубнил коп, отошел и повернулся лицом к собравшимся, его взгляд остановился на мне. — У вас есть претензии?
— Если они оставят меня и Грея в покое, то нет, — незамедлительно ответила я, и он кивнул также быстро, потом перевел взгляд на парня в майке. — Ты будешь писать заявление, Мэнни?
— Если они оставят моих клиентов в покое, и на моей парковке больше не будет драк, скажем так, в течение вечности, то — нет.
Мэнни показался мне немного забавным.
Я так думала, но мне уж точно было не до смеха.
Взгляд полицейского скользнул по Самоуверенному Нахалу и его корешам.
— У этой девушки, Грея или Мэнни будут какие-то проблемы с вами, мальчики?
— Нет, сэр, — незамедлительно ответил его племянник.
— Нет, — вместе с ним ответил прихвостень номер два.
Третий покачал головой. Он был единственным, кто старался не отключиться. Теперь он уже стоял на ногах, немного покачиваясь, но я не была уверена, что он мог говорить.
Самоуверенный Нахал со злостью смотрел на Грея.
— Бад? — окликнул его полицейский, и Самоуверенный Нахал оторвал взгляд от Грея и посмотрел на копа. Когда он сделал это, коп продолжил тихим, предупреждающим голосом. — Не связывайся со мной, сынок. Ты ведь знаешь, что тебе лучше со мной не связываться. Ты смышленый, иди домой, промой раны, нанесенные Греем, и подумай над этим. По моим подсчетам, это уже третий раз, когда Грей пускает тебе кровь. Усвой это, чтобы не было четвертого.
Мне показалось, что у Грея с Самоуверенным Нахалом давняя история.
— Она развела меня на пятьсот долларов, — выплюнул Самоуверенный Нахал копу.
— Лен, я был там, и это чертова ложь, — тихо и явно раздраженно сказал Грей, и полицейский взглянул на него.
Затем он посмотрел на меня. Прошелся взглядом с головы до ног.
Я могла читать людей, мне приходилось. Ради выживания.
Копы тоже могли читать людей. Я знала, что он с первого взгляда понял, что я собой представляю.
Хреново.
Грей снова заговорил.
— Она охренительна в бильярде. Он и его парни наблюдали за ее игрой, он знал, что у нее талант. Весь бар это знал. Он предложил пари, она отказалась. Он настаивал, подняв ставку. Она согласилась. Он проиграл. То, что он говорит, бред собачий. Спроси Дженни.
Полицейский удерживал мой взгляд, я удерживала его. Он опустил глаза на мою руку, которую все еще крепко сжимал Грей. Затем он мельком взглянул на Грея. Затем снова повернулся к Самоуверенному Нахалу.
— Думаешь, я не понимаю, что все это значит? — тихо спросил коп Самоуверенного Нахала, я не поняла, о чем он говорил, но увидела в свете уличных фонарей на парковке, как побледнел Самоуверенный Нахал, даже при том, что черты его лица ожесточились. — Иди домой, Бадди, — закончил он почти шепотом.
Его кореша сразу же поплелись прочь. Не имея другого выбора, Самоуверенный Нахал нахмурился, пронзив Грея, а потом меня убийственным взглядом, затем откашлялся и сплюнул в нашем направлении.
— Денег до хрена, и ни грамма интеллигентности, — пробормотал Грей, пристально глядя на Самоуверенного Нахала, когда тот последовал за своими дружками.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Мэнни, полицейский, Грей и я наблюдали, как он удалялся.
Затем Мэнни обратился к полицейскому.
— Спасибо, что так быстро приехал, Лен.
— Это моя работа, Мэн, — проворчал он, и Мэнни посмотрел на меня.
— Вы в порядке, мисс?
Я кивнула, затем тихо ответила,
