— Милорд, — тихо произнес Исповедник. Он стоял рядом — мягкая рука на плече Эйкона. — Милорд, вы в порядке?
— Не очень, — сказал Эйкон. Его голос, как он с гордостью заметил, лишь немного подрагивал. — Слишком трудно говорить с чужими. Они думают по-другому, и нельзя понять, где ты ошибаешься.
— Предлагаю, — сказал Мастер Фэндома с деланной беззаботностью, — назвать это ксеноутомлением, и запретить кому бы то ни было общаться с инопланетянами дольше пяти минут.
Эйкон лишь кивнул.
— Поступает ещё один сигнал, — смущённо сказала Леди Сенсор. — Голограмма со звуком, опять прямой эфир.
— Эйкон, ты не обязан... — начал Мастер Фэндома.
Эйкон резко встал, одёрнул одежду.
— Я обязан, — сказал он. — Они чужие, они не знают, что может означать задержка... Просто включай.
Вначале на голограмме появилась элегантная надпись на современном английском:
"Третья Леди Кирицугу[4]
Временный сопредседатель "Игрока"
Языковой переводчик версия 3
Культурный переводчик версия 2"
Текст висел, пока его не прочли, а потом рассеялся...
... И появилась бледная беловолосая дама.
Транслированное изображение Третьей Леди Кирицугу было полностью чёрно-бело-серым — не обесцвеченным, как монохромная фотография, но полноцветной картинкой из бесцветного мира. Цвет кожи — как у очень бледного, но всё ещё привлекательного человека: не снежно-белый, а именно бледный. Белые волосы. Блуза, браслеты и длинное платье — всё хорошо подобранных оттенков серого. Эту женщину можно было назвать симпатичной, но в ней не было чрезмерной красоты предыдущего фальшивого мужчины.
Её лицо выражало эмоцию, которую люди назвали бы безмятежностью.
— Я и мои сёстры приняли командование над этим кораблём, — сказала бледная Леди.
Эйкон моргнул. Бунт на их корабле?
Опять эта инопланетная непостижимость, острые как лезвие решения и непредсказуемые реакции, и смертельный страх что-нибудь непоправимо испортить.
— Простите, если мои слова оскорбительны, — осторожно сказал Эйкон, — но мне хотелось бы кое-что узнать.
Третья Леди отмахнулась.
— Вы не можете меня оскорбить. — Её как будто слегка обидело само это предположение.
— Что произошло на вашем корабле, прямо сейчас?
— Экипаж выведен из строя эмоциональным шоком, — ответила Третья Леди. — Они вышли за рамки своих обязанностей и возвращаются в корабельный Центр Удовольствий за наградой. В этой ситуации я и две мои сестры, кирицугу этого корабля, берём на себя командование.
Это сделал я?
— Я не хотел, чтобы мои слова причинили вам психологический вред.
— Вы не виноваты, — сказала Третья Леди. — Это были другие.
— Детоеды? — спросил Эйкон, не думая.
— Детоеды, — повторила Третья Леди. — Если так вы называете третий инопланетный вид в этой звёздной системе, то да. Экипаж, осознав природу существования Детоедов, вышел из строя из-за сопереживания мукам детей.
— Понятно, — сказал Эйкон. Он почувствовал странный укол стыда за человечество: когда его сородичи узнали о Детоедах, то всего лишь слегка всплакнули и продолжали функционировать.
Взгляд Третьей Леди стал острее.
— Каковы ваши намерения в отношении Детоедов?
— Мы не решили, — сказал Эйкон. — Мы как раз это обсуждали, когда прилетели вы.
— Какова ваш наиболее предпочтительный вариант на данный момент? — мгновенно отреагировала Третья Леди.
Эйкон беспомощно пожал плечами, ладони наружу.
— Мы только начали дискутировать. Все предложенные варианты кажутся неприемлемыми.
— Который кажется наименее неприемлемым? Каково ваше лучшее текущее решение?
Эйкон потряс головой.
— Мы не выработали никакого.
Лицо Третьей Леди приобрело выражение суровости с оттенком замешательства.
— Вы скрываете информацию. Почему? Вы предполагаете, что она выставит вас в неприглядном виде? Тогда я должна учесть это предположение. Далее, вы должны предполагать, что я учту это предположение, и значит, вы подразумеваете, что ожидаете от меня недооценки вашей жестокости, даже после учёта всего этого хода рассуждений.
— Простите, — сказал Исповедник. Его тон был мягок, но намекал на чрезвычайность ситуации. — Полагаю, я должен вмешаться в разговор прямо сейчас.
Эйкон сделал утвердительный жест Леди Сенсор.
Третья Леди немедленно перевела взгляд на Исповедника рядом с Эйконом.
— Человеческие существа, — сказал Исповедник, — не могут озвучить "лучшее текущее решение" без психологических последствий. Человеческие рационалисты научились обсуждать проблемы как можно детальнее до вынесения каких бы то ни было решений. Для человека принятые решения — связывающие; я не могу объяснить понятнее без детального экскурса в когнитивную науку. Мы не можем вести свободный поиск в пространстве решений — мы беспомощно привяжемся к "лучшей текущей" точке, как только назовём её вслух. Кроме того, подтверждение любого решения, у которого есть негативные моральные аспекты, вызовет у человека стыд, а назвать решение лучшим — всё равно что подтвердить его. Чтобы избежать этого чувства стыда, люди стараются не говорить, какой из двух плохих вариантов лучше другого.
"Мама дорогая, — подумал Эйкон. — Я никогда не понимал, насколько это стыдно, пока не услышал, как это объясняют инопланетянину".
Похоже, инопланетянин подумал то же самое.
— Итак, вы даже не можете назвать мне наиболее приемлемый вариант, не ломая себе мозги? Звучит довольно неубедительно, — с сомнением сказала Третья Леди, — для вида, способного построить звездолёт.
Исповедник еле слышно усмехнулся.
— Мы стараемся преодолевать наши предрассудки.
Взгляд Третьей Леди стал пристальнее.
— Вы тот, кто реально принимает решения на этом корабле?
— Нет, — без выражения сказал Исповедник. — Я Исповедник — профессиональный рационалист; мы дали присягу воздерживаться от лидерства.
— Эта встреча определит будущее трёх наших видов, — сказала Третья Леди. — Если вы более компетентны, вам следует принять управление.
Брови Эйкона шевельнулись. Почему-то он никогда не думал об этом в таких терминах.
Исповедник покачал головой.
— Помимо моей профессии, есть другие причины того, почему я не могу руководить. Я слишком стар.
Слишком стар?
Эйкон отложил эту мысль и снова поглядел на Третью Леди. Та сказала, что весь экипаж вышел из строя, кроме неё и двух сестёр, которые приняли командование. И она спросила Исповедника, не он ли истинный командир...
— Вы — эквивалент Исповедника у вашего вида? — спросил Эйкон.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
