Читаем без скачивания Последнее предупреждение - Кирилл Казанцев

Правда, челюсть, приходится отдать ей должное, была могучей – вырубить с одного удара этого противника не удалось. Но полученный удар заставил его отпрыгнуть назад на несколько шагов, где он и остановился в боксерской стойке, потряхивая головой.

Но Скопцов пока что не обращал на него особого внимания – зашевелился сидящий на заднем сиденье третий. Видимо, решил прийти на помощь друзьям. Вот только при этом и Анжелу отпускать не захотел... И Василий этим воспользовался – коротким и резким движением впечатал пятку в середину приоткрытой дверцы. Громкий крик боли убедительно доказал, что удар был результативен. Освобожденная Анжела легко отпрыгнула в сторону, а сидящий на заднем сиденье бандит, раскачиваясь и громко воя, нянчил свою руку, крепко ушибленную дверью. "Наверное, сломана", – механически отметил Василий.

Оставался еще последний, тот, которого он про себя обозначил как "второго"... Но перед тем, как вплотную заняться им, Василий сильно, от души врезал ногой в брюхо тяжело ворочавшемуся на асфальте главному. Мало ли... Нехорошо, когда сзади остается кто-то, способный нанести удар в спину...

Главный глухо хрюкнул и свернулся на дороге в позе эмбриона. А Скопцов, играя плечами и делая обманные движения, скользящим и мягким, кошачьим шагом двинулся в сторону единственного, остававшегося еще на ногах бандита.

Тот, похоже, действительно имел какую-то спортивную подготовку. Боксер, наверное. Но вот только от разъяренного Скопцова его кое-что отличало...

Спортсмена готовят для того, чтобы он ставил рекорды и побеждал в честном единоборстве. А бойца частей специального назначения готовят для того, чтобы убивать врагов, выживая при этом самому. Любой ценой. Поэтому подготовка обоих не может идти ни в какое сравнение...

Что Василий и доказал – нырнув под мощный хук правой, который, попади он по назначению, мог бы снести ему голову, впечатал свой кулак в печень противника. Тот охнул и, согнувшись, начал оседать. Скопцов ускорил его падение, нанеся штампующий, сверху-вниз, удар локтем между лопаток.

Вся сшибка продолжалась не более минуты. При этом Василию не смогли нанести ни одного удара.

Он повернулся к стоящей в стороне Анжеле:

– Ты как?

– Синяк будет... – совершенно спокойно, словно вроде бы ничего такого, из ряда вон выходящего, не произошло, сообщила она, показывая свое запястье.

– Ну, это переживешь как-нибудь... – подобрав свою борсетку, Скопцов взял ее под руку. – Пошли отсюда.

– Пошли, – согласилась девушка, покосившись на иномарку и валяющихся рядом с ней окровавленных бандитов.

– Что, ко мне пойдем? – с большой неохотой спросил Василий после того, как они повернули за ближайший угол.

– Не-а... – взгляд Анжелы оставался все таким же чистым и незамутненным. – Мне же домой надо.

– Отчаянная ты девка! – выразил свое восхищение Василий.

Его новая знакомая в ответ просто промолчала.

– Ладно, что с тобой делать! Пошли "тачку" искать... – Скопцов только головой покачал.

Некоторое время они шли молча, потом Анжела спросила:

– Слушай, а ты где так драться научился?

– Жизнь заставила... – пожал плечами Скопцов. Не нравилось ему рассказывать о своем армейском прошлом.

– Тяжелая жизнь?.. – покосилась на него попутчица.

– Да так... – и, чтобы перевести разговор на другую тему, спросил: – А о чем ты с ними разговаривала?..

– С этими?.. – Анжела слегка повела подбородком куда-то в сторону.

– Ну да...

– Ни о чем... – девушка нахмурилась. – "Поехали, покатаемся, шампанского выпьем..." Скоты!

Василий посмотрел на нее с интересом – впервые за непродолжительное время их знакомства девушка позволила себе хоть как-то выразить эмоции.

– Почему так? – поинтересовался он.

– Потому что скоты... – огоньки ненависти в ее глазах потухли. – Я еще совсем девчонкой была... Молодая, дурная... Ну, и прокатилась вот так вот разок...

Больше Анжела ничего не говорила. А Скопцов не спрашивал... Наверное, жизнь в очередной раз столкнула его с какой-то человеческой трагедией. С тем, о чем не говорят даже самым близким людям, не то чтобы случайному знакомому.

И, кстати, он только в этот момент обратил внимание, что исчезло все напускное, все расхожие выражения, вся кажущаяся простота и бесхитростность. Теперь в этой девушке была заметна какая-то глубина.

Минут через двадцать такой вот прогулки на одной из боковых улочек они увидели "девятку", за рулем которой тихо дремал водитель – уже довольно немолодой благообразный мужик.

– Слышь, командир!.. – Василий осторожно постучал костяшками согнутых пальцев по стеклу. – Девчонку бы домой отвезти...

– А почему бы нет? – спросил сам у себя водила. Смерил Анжелу взглядом. – Садись, красавица, прокачу с ветерком!

– Слышь, ты только смотри мне там, без глупостей! – нахмурился Скопцов.

Мужик покосился на Василия и кивнул головой:

– Не боись, парень, все нормально будет!

Перед тем как сесть в машину, Анжела ласково мазнула Василия мягкой ладонью по щеке:

– Ты – хороший. Звони...

– Обязательно! – поспешно согласился Скопцов, даже не думая о том, что телефона девушки он просто-напросто не знает.

– Пока! – уже с сиденья она помахала в воздухе пальчиками. Василий в ответ тоже взмахнул ладонью, а про себя несколько раз повторил номер машины. И повторял его снова и снова до тех пор, пока шел домой...

Поднявшись в квартиру, первым делом записал номер на одном из многочисленных листков бумаги, валявшихся возле телефонного аппарата. И только после этого обратил внимание на кое-какое новшество в интерьере его квартиры – по светлым обоям пробежала короткая темная строка, написанная, скорее всего, косметическим карандашом: "Позвони. Анжела..." И пять цифр.

"Да уж..." – хмыкнул Скопцов. Эта девица его заинтересовала. За ней явно стояла какая-то тайна. Но звонить... Это вряд ли. Сегодняшнее приключение оставило массу впечатлений. Но только тягостных. И стремиться к их пополнению Василию как-то не хотелось.

А хотелось спать. Быстро разобрав и застелив диван, Василий с удовольствием вытянулся на прохладных простынях. Уснул практически мгновенно, едва лишь голова коснулась подушки. И во сне вернулся в Грозный, где встретился с Командиром... Предвестником бед и несчастий...

Глава 3

Короче, все ложилось одно к одному. Хуже, наверное, быть уже не может. Жизнь-зебра вступала в очередную черную полосу. В таких вот ситуациях хуже всего валяться на диване и жалеть себя. Впрочем, при таком времяпровождении и до суицида недалеко.

Так что предложенная "независимым юристом" работа оказалась весьма кстати. И дело тут не только и не столько в деньгах. Просто на сегодняшний день это единственный вариант – делать то, чему он, Василий Скопцов, обучен. И если отказаться от него, то карьеру журналиста можно считать законченной.

Только, судя по всему, юрист теперь с ним и разговаривать не захочет. Значит, надо искать работу.

Интересно, остались ли в городе какие-нибудь газеты, в которые он еще не обращался? На этот вопрос Скопцов затруднялся ответить. А может, сменить профессию?! Заделаться, к примеру, частным охранником, сидеть себе где-нибудь сутки через двое и в ус не дуть! Надо думать, его, с таким славным прошлым, охотно возьмут на подобную работу. Но вот только выдержит ли он сам это отсутствие постоянного движения вокруг, эту затхлую болотистую статику? Сложно сказать вот так вот, навскидку. Только попробовать можно. Ведь не попробовав – не узнаешь. Может, имеет смысл попробовать?

Для начала необходимо было узнать адреса каких-нибудь охранных контор. С этим проблем не должно возникнуть – в любом рекламном листке, в разделе "Услуги" огромное количество предложений. Значит, надо дойти до ближайшего киоска "Роспечати"...

Скопцов начал собираться. Натянул черные джинсы, критически осмотрел воротничок той самой рубашки, что была на нем предыдущим вечером. Терпимо... Как и всякий мужчина, он терпеть не мог заниматься стиркой. Но куда денешься, когда живешь один, без жены и без горничной с замечательным стиральным порошком "Биомакс"? То-то... Чтобы не ходить чутком, приходилось справляться самому. Только он все равно старался делать это как можно реже.

Да, он не собирался больше заниматься писательством. Да, ему не понравился этот наглаженный и надушенный нахальный тип. Ну и что?! Это – эмоции. Как говорил Командир, "сопли". И только то, что в какой-то момент он этим самым "соплям" позволил возобладать... Это уже плохо. Явно указывает на потерю формы. Не физической – психологической. А что касается остального...

В том, что ему предлагали стать литературным негром, не было ничего оскорбительного. Наоборот, этот факт можно было расценивать как своего рода признание его способностей – употреблять слово "талант" Скопцов стеснялся даже наедине с самим собой. И, что самое главное, это была работа, это была возможность занять себя, вывести из состояния депрессивной расслабленности!