Читаем без скачивания Основы флирта с обнаженным оборотнем (ЛП) - Харпер Молли

— Нейт мне все уши прожужжал о новой красивой соседке, — сказал Алан, на его щеках появились ямочки. Он улыбнулся мне во весь рот. — Вижу, что рассказы не воздали вам должного. Как ближайшее подобие городского законника, позвольте выступить в качестве официального представителя «Вэлкам Вагон». — Он протянул загорелую грубую руку через прилавок и пожал мою.

— Берегись! — предупредил Базз, который на полставки служил констеблем Гранди. Это была выборная должность, и в его обязанности входило носить значок и разнимать драки в баре. В более серьезных случаях звонили на полицейский пост штата почти в семидесяти километрах отсюда. Но поскольку большинство стычек происходили в баре, договоренность оказалась довольно удобной.

Не зная, что на это ответить, я лишь покраснела.

— Приятно познакомиться, рейнджер Далинг.

От звука моего голоса на лице Алана расцвела улыбка.

— Не возражаете, если я сяду здесь и буду слушать вас весь день?

Я улыбнулась в ответ, наслаждаясь крохотными бабочками, порхавшими у меня в животе. За исключением горячей вспышки от первой встречи с Купером, бабочки на много месяцев взяли тайм-аут.

— Хоть завладеть вниманием мужской аудитории — моя давняя женская мечта, но боюсь, что тогда сожгу много обедов.

— Ну, это стоит того, чтобы только услышать, как вы говорите мне «дарлинг», — сказал он с очередной сногсшибательной улыбкой.

— Я произнесла вашу фамилию как «Далинг».

— А мне послышалось другое. У меня даже возникло желание попросить вас не называть меня Аланом. Боюсь, с вашим акцентом и готовкой, другие женщины для меня теперь не существуют, — торжественно объявил Алан. — Так что мы вполне можем перейти на «ты».

— Неа, думается, для вас теперь не существует других гамбургеров. Вам повезло, что я не хлопала ресничками. Ваша жалкая задница уже была бы моей.

— Что ж, придется возвращаться до тех пор, пока мы не убедимся наверняка. — Алан лукаво ухмыльнулся и подмигнул. — Оказывается, я ваш ближайший сосед. По прямой от вашего дома до рейнджерского поста восемь километров. Если что понадобится, только дайте знать.

На этот раз я не могла не улыбнуться со всей искренностью. Алан быстро превратился в моего любимчика среди постоянных клиентов — заигрывающие улыбки, комплименты, щедрые чаевые. Каждый день самооценка взлетала ввысь со скоростью ракеты. Поболтаешь с ним — и весь день хорошее настроение. Алан вообще являлся тогда, когда Эви была чересчур загружена другими заказами, поэтому обслуживала его я. Он всегда заказывал одно и то же: бутерброд с говядиной и плавленым сыром и кусок яблочного пирога с изюмом, который, после того, как я взяла на себя выпечку, меньше изменял жизнь. Алан садился в конце стойки, где мог наблюдать за мной на кухне. Иногда, если в обеденном зале было достаточно тихо, он разговаривал со мной, пока я работала. Мы трепались о музыке, фильмах, хобби. Словно он знал, что я не готова обсуждать большее. К сожалению, остальные клиенты поняли, что если сидеть в конце стойки, то можно привлечь внимание новой работницы, так что Алану все эти дни оставалось всеми правдами и неправдами бороться за свое место. Но было даже занятно наблюдать, как он приходит на обед уже в десять тридцать.

Я обслуживала, общалась, зарабатывала на жизнь. Каждый раз, когда мистер Гоган замечал, что я улыбаюсь клиенту, он выглядел таким самоуверенным, что я беспокоилась, как бы на его лице навсегда не застыло выражение самодовольного восторга.

«Ледник» не работал по воскресеньям, так что у меня был выходной. Я серьезно прикидывала два часа рулить до оптовки в Гидри, но поняла, что лучший способ подружиться с новыми соседями — отовариваться у местных.

Конечно, это было до того, как я увидела белый хлеб по три доллара шестьдесят пять центов за буханку.

Придется снова начать печь хлеб. И возможно молоть собственную муку. Быть может, есть свои преимущества вырасти в семье, не доверявшей магазинному глютену.

Бакалея «У Ханнигана» выглядела как обычный местный продовольственный магазин в любой точке страны, за исключением непомерных цен и большого количества продуктов, необходимых для приготовления дичи. Я толкала перед собой тележку, кидая в нее мороженое наряду с фруктами, рогаликами из цельного зерна и арахисовым маслом. Хоть я и съедала большую часть своего рациона в «Леднике», что входило в мой «пакет привилегий», все равно чувствовала необходимость запастись. Похоже, что вся первая зарплата останется в магазине.

Я повернула тележку за угол, больше обращая внимание на витрины со свежей рыбой, чем на окружающий мир, и врезалась в другую тележку.

— Вам нужно что-то делать с пространственным зрением, — проворчал Купер Грэхем где-то надо мной.

Я задрала голову. Купер не появлялся в «Леднике» с того рокового дня, когда Базз играл в «отрежь себе что-нибудь». Эви упоминала, что Купер профессиональный проводник, водит туристические группы на охоту и рыбалку в местные популярные места. Для него нормально исчезать на много дней в таких походах. Втайне я злилась, что каждое утро бесплодно оглядывала обеденный зал в его поисках. Что не мешало мне делать это, но я все равно негодовала.

Купер выглядел уставшим, под глазами залегли темные круги, которые скрывала старая бордовая кепка. Щеки запали, на лице густая черная борода. Интересно, а не болен ли он — возможно, именно недомогание держало его подальше от салуна. Но в конечном счете поняла, что это не мое дело и лучше не лезть.

— Закатываете вечеринку? — спросил Купер, разглядывая содержимое моей перегруженной тележки. Кажется, он чуть словами не подавился, словно ему буквально больно оттого, что пришлось общаться с другим человеком. Как этот мужчина водил группы людей по диким местам? Неужели они не ожидали чуточку любезности за свои деньги? Или Купер убедил их, что его грубость в стиле янки из Юкона является частью впечатлений?

— Нет. — Я поджала губы и заглянула в тележку Купера, наполненную беконом, ветчиной, колбасами — от количества мяса глаза разбегались. — Сидите на диете Аткинса?

Он закатил глаза.

— Нет.

Так мы и стояли, пялясь друг на друга. Ну, Купер сверлил дыру у меня на голове, а я таращилась на его крупные руки с длинными пальцами со всякими грешными мыслями об остальных его размерах. Я подняла глаза и поняла, он видел, что именно я рассматривала. Я ненавидела румянец, расползшийся по щекам, зная, что в конечном итоге он распространится на грудь и ниже, а в животе поселится неприличное тепло. Я выдохнула и попыталась силой воли согнать приток крови.

Прошло еще несколько секунд в молчании.

Купер прочистил горло:

— Эви сказала, что вам нужна помощь по дому, перетащить какое-то барахло из гаража? Уверяла, что я должен протянуть вам руку помощи.

Я выгнула бровь — единственная вещь, стоящая в моем гараже, это эллиптический тренажер. Я не смогла допереть его до дома, когда разгружала трейлер, и рассказала Эви, что мне придется заниматься спортом в гараже до тех пор, пока не найду кого-нибудь, кто поможет перетащить инвентарь. Придется потолковать с Эви о разнице в том, когда я просто болтаю, а когда действительно намеками прошу свести меня со здоровенным социопатом, горящим желанием перетаскивать тяжести. Бьюсь об заклад, она здорово забавлялась, наблюдая, как я пускаю по Куперу слюнки в первое утро.

Слава богу, я и словом не обмолвилась о «коллекции», которую везла с собой пять тысяч километров. Веселью Эви не было бы предела. Меня смело можно назвать знатоком нижнего белья. Прошлой зимой, после года жесточайшей экономии, я сделала огромный заказ в «Ла Перла», поклявшись, что мамуля никогда не узнает мою страшную тайну, ведь на нижнее белье потрачено столько деньжищ, что хватило бы прокормить целую деревню Третьего мира да еще купить ее жителям козью ферму. Родительница и не знала до тех пор, пока не прошлась по моим счетам под предлогом «помочь все привести в порядок».

Из-за этого мы почти месяц не разговаривали.