Она, улыбаясь, попрыгала по комнате, чтобы совсем прогнать сон, но ее глаза сейчас же стали озабоченными.
- Вы чем-то расстроены, тетушка Аксал?
- Нет, нет, ничего, девочка.
Яло поднялась вялая и ворчливая. Когда тетушка Аксал завивала ей волосы, она дергалась и вскрикивала: "Больно!", - а на лице у доброй женщины от волнения выступали красные пятна. Оля поморщилась.
- Тетушка Аксал, пожалуйста, не обращайте на нее внимания, потому что на самом деле ей нисколечко не больно.
- Откуда ты знаешь? - проворчала Яло.
- Уж я-то знаю!.. - вздохнула Оля и внимательно посмотрела на кухарку. - Тетушка Аксал, почему вы ничего не говорите нам о ключе?
Сделал ли ваш брат ключ от замка на кандалах Гурда?
- Ох, девочки! - горестно покачала головой тетушка Аксал. - Не знаю, что вам и сказать. Ключа нет. Зеркальные мастерские оцеплены королевскими войсками.
Девочки испуганно вскрикнули.
- Что же делать? - Оля сжала руками голову и почувствовала, как у нее на висках под ладонями громко застучала кровь: "Тук-тук!.. Тук-тук!.."
- Гурд погибнет, тетушка Аксал!.. - прошептала Яло.
- Нет! - вдруг сказала Оля. - Он не погибнет!
Мы возьмем ключ, который висит над троном короля.
Наскоро позавтракав, девочки отправились в тронный зал. Топсед Седьмой сидел на троне, заваленном бумагами. Белые листы бумаги валялись и на полу. Все они были испещрены цифрами. Лицо короля было мрачным.
- Я все-таки решу эту задачу, если в ней нет какого-нибудь подвоха. Он рассеянно посмотрел на вошедших пажей. - Послушай, паж, может быть, в этой задаче тоже нужно прибавлять к числам ноли?
- О нет, ваше величество.
- Хорошо, только не подсказывай мне решение. Я до всего люблю доходить сам, своим умом. Итак один глупец два дня считал восемнадцать зеркал...
- Мы условились называть глупца мудрецом, ваше величество, - поправила Оля.
- Нет, паж, обдумав все, я пришел к выводу, что глупец все-таки должен быть глупцом. Ведь задачу решаю я, король! А всякий король - мудрец! Не могу же я допустить того, что в моем королевстве будет еще один какой-то мудрец!
- Значит, глупец считает, а мудрец решает, ваше величество?
- Вот именно, паж.
- Но позвольте, ваше величество, пристало ли вам решать то, что считает глупец?
- Гм... Пожалуй, ты прав. Давай снова заменим глупца мудрецом.
- Значит, мудрец считает, а глупец решает?
- Совершенно правильно: мудрец считает, а глупец решает. Постой, здесь тоже что-то не так. - Король сосредоточенно потер пальцем переносицу. - Это надо как следует обдумать. Отложим временно задачу. Вы уже начали подсчитывать зеркала?
- Да, ваше величество.
- И много вы уже насчитали?
- Много ли? - переспросила Яло и быстро добавила: - Четыреста восемнадцать тысяч семьсот двадцать девять.
- Молодцы! - Король приподнялся и потер руки. - Продолжайте свой благородный труд, мои пажи. В дверях показался слуга.
- Ваше величество, вас хочет видеть главный министр, - объявил он, низко кланяясь.
- Пусть войдет, - сказал король, и на лице его появилась скука.
Девочки снова увидели Нушрока. Как и раньше, Оля сжалась под его взглядом, чувствуя, как всю ее охватывает омерзение и страх. "Какие отвратительные глаза, - подумала она, - и этот крючковатый нос, похожий на клюв!"
В черном, поблескивающем костюме Нушрок твердыми шагами подошел к королю и чуть склонил голову.
- Что привело вас во дворец, мой министр, в такое необычное время? спросил Топсед Седьмой, зевая и болтая ножками.
- Ваше величество, - пискнул Нушрок, - не стану скрывать: глубокое беспокойство за судьбу королевства тревожит мое сердце.
- Это забавно, - и смех Топседа Седьмого задребезжал в тронном зале. - Я никогда не думал, что у вас есть сердце, Нушрок!
- Мне не до шуток, ваше величество. Меня беспокоит то, что в нашем старом добром королевстве стали меняться порядки, освященные временем.
Король задумчиво прикоснулся пальцем к переносице.
- Вы говорите правду, мой министр! Наш народ начал скучать. Не наступило ли время развлечься и начать войну?
Круглые черные глаза Нушрока сверкнули.
- Что ж, война - это неплохо, ваше величество. Я перестану делать в своих мастерских кривые зеркала и начну изготовлять оружие. Война всегда приносит доход.
- Вы перестанете делать зеркала? - нахмурился король. - Мои кривые зеркала?
- Оружие делать более выгодно, ваше величество.
- Нет, мой министр, этого я не позволю!
Король спрыгнул с трона на паркет и забегал по залу. Оля увидела в глазах Нушрока бешенство.
- В самом деле, как можно перестать делать зеркала? - продолжал Топсед Седьмой, взмахивая ручкой. - Я скорее велю прекратить делать одежду или еще что-нибудь.
Нушрок нетерпеливо передернул плечами.
- Я полагаю, ваше величество, что об этом мы еще успеем поговорить. А сейчас я приехал к вам по совершенно безотлагательному делу.
- Объясните мне, Нушрок, что это за дело.
- Почему отложена казнь зеркальщика Гурда? - спросил Нушрок, впиваясь взглядом в лицо короля.
- Такова была моя воля, - нерешительно ответил король.
Похолодевшая Оля видела, как растерянно забегали его рыбьи глаза.
- Ваша воля? - спросил человек с лицом коршуна, яростно сжимая кулаки.
- Да... Ой-ой, Нушрок, не смотрите на меня!
Уф, даже голова кружится. Да не смотрите же на меня, Нушрок!
- Ваше величество! - пищал Нушрок, наступая на короля. - Мне кажется, что вы слишком быстро забыли историю своего рода!
- Что... что вы хотите этим сказать, Нушрок? - дрожа всем телом, бормотал король, забиваясь в угол тронного зала и заслоняя свои глаза ладонью.
- Чтобы стать королевой, ваша прабабка казнила свою сестру, но ваш дед отобрал у нее корону и заточил свергнутую королеву в крепость! брызгая слюной, кричал Нушрок. - Ваш отец казнил вашего деда, чтобы каких-нибудь два года сидеть на троне. Всего два года! Вы, должно быть, помните: его однажды утром нашли в постели мертвым. Потом стал королем ваш старший брат. Он слишком мало считался с желаниями своих министров, и вы, конечно, хорошо помните, что с ним произошло. Он поехал в горы и свалился в пропасть! Затем корону получили вы... Возлагая на вас корону, мы надеялись, ваше величество, что вы никогда не забудете о печальном конце своих предшественников! Не забывайте, ваше величество, что у вас есть младший брат, который, может быть, ожидает того, чтобы...
- П-постойте, - заикаясь перебил Нушрока король. - Что я... я должен сделать?
- Прежде всего пореже произносить: "Такова была моя воля", чтобы каким-нибудь образом не свалиться в пропасть, ваше величество!
- Х-хорошо...
- Помните, что у вас нет никакой своей воли!
- Угу... Да, да... - бормотал король.
- Мы дали вам корону! Мы - Нушрок, Абаж и другие богачи королевства. И вы должны выполнять не свою, а нашу волю! Сегодня зеркальщики до смерти избили моего главного надсмотрщика. Виновных так и не удалось обнаружить. Они все действуют в заговоре против меня, а может быть, и против вас, ваше величество. Их может остановить только одно: устрашение! И в это время вы откладываете казнь зеркальщика Гурда!
- Ну хорошо, пожалуйста, пусть его казнят... - услышали девочки слабый голос короля, которого скрывала от них в углу зала черная спина Нушрока.
- Яло! Ключ! - шепнула Оля.
Яло решительно подошла к трону, сняла ключ и сунула его в карман.
- Завтра мы объявим о казни Гурда. Послезавтра сбросим его с башни, продолжал пищать Нушрок. - Все должны видеть казнь этого зеркальщика!
- Хорошо, мой министр... Сейчас я подпишу указ.
- Вы не должны этого делать! - неожиданно для самой себя вдруг крикнула Оля.
Министр обернулся, и глаза Оли встретились со страшными глазами Нушрока. Она почувствовала, что ее сковывает страх.
- Оля, бежим! - срывающимся голосом крикнула Яло.
Оля повернулась и бросилась вон из тронного зала.
- Задержать! - завизжал позади них Нушрок. Старый слуга у двери попытался схватить Олю, но поскользнулся и растянулся на паркете.
Девочки стремительно бежали по бесконечным залам и переходам дворца. От колонны к колонне, с лестницы на лестницу. Вот, наконец, и каморка тетушки Аксал.
- Карету, тетушка Аксал! Скорее карету! У нас ключ!
- Карета у крыльца, девочки. Торопитесь! Время не ждет. Только не берите с собой кучера. Он может что-нибудь заподозрить. Прощайте, фазанята.
- Прощайте, дорогая, любимая тетушка Аксал! - Девочки нежно поцеловали старую женщину и снова побежали по бесчисленным залам дворца.
У крыльца их действительно ждала карета.
- Кучер, - крикнула Яло, - оставайтесь здесь! Мы хотим управлять лошадьми сами.
Кучер растерянно посмотрел на пажей.
- Да как же так?.. Пажи его королевского величества будут сами управлять лошадьми?
- Ну и что же?
- Это не положено.
- Почему?
- Подумайте сами, господа пажи: такие важные люди - и вдруг сидят на козлах!
