как мою псевдо-младшую сестренку.
Она была белой вороной в нашем узком кругу — прилежной, серьезной, с которой можно было поговорить о чем-то большем, чем сплетни. Мы разговаривали до до поздней ночи, пока наши родители тусовались, обсуждая наше будущее и книги, которые она читала. Она никогда не смотрела на меня так, как другие девочки, и не смеялась, когда я говорил что-то нелепое. Она упрекала меня в моей глупости, и это бодрило.
— Не следовало так рисковать, — говорю я, губы зависают над краем бокала. — Где бы мы были, если бы я промолчал?
Жидкость стекает плавно вниз, не вызывая спазма в животе. Слышу ее смех, когда ставлю бокал на поднос у окна, и, не задумываясь, мой член твердеет. Не успеваю опомниться, как его кончик натягивает ткань моих боксеров.
— Знаешь, что? — говорю я, поглаживая рукой свой член. — Иди к черту, Эмити Галлум. Чтоб. Тебя.
Глава 7
Эмити
— Нет, все идет отлично, — говорю я, останавливая такси. — Подождешь секунду, пожалуйста?
Убрав телефон от уха, даю водителю адрес бара, в котором должна встретиться с Хэлли через пять минут. Я могла бы дойти туда пешком, но кто захочет делать это на каблуках?
— Прости, папа. Я снова здесь.
— Сальво сказал, что дела идут хорошо. Он сказал, что встречался с тобой сегодня, это правда?
— Да. У нас состоялся приятный разговор о видении будущего Советом директоров. Честно говоря, не было ничего такого, чего бы мы с тобой раньше не обсуждали.
— Здорово, Эмити. Как дела с Карвером?
— Ха! — Хватаюсь за дверцу, когда таксист делает сумасшедший поворот направо. — Как обычно. Он такой же высокомерный, как всегда.
Папа хихикает в трубку.
— Он смышленый маленький засранец и у него есть несколько хороших идей. Просто иногда он становится слишком необузданным.
— Это заметно, — говорю я с усмешкой.
— Будь с ним поласковее, — смеется он. — У него добрые намерения, и в нем скрыт неимоверный талант. Я видел это. Когда он станет более самостоятельным, то станет силой, с которой нужно считаться. Помни об этом.
— Я уже подъезжаю, папочка. Вы с мамой сегодня уезжаете из порта?
Я отдаю водителю деньги плюс чаевые и слушаю, как мой отец рассказывает, как они встречаются с родителями Карвера и с утра будут в море.
— Тебе нужна какая-нибудь информация для презентации? — спрашивает он, когда выхожу из такси.
— Не думаю. Я точно знаю, что хочу предложить на презентации для будущего компании в качестве своей кандидатуры, — говорю я ему. — Я работала над этим сегодня и чувствую себя очень даже хорошо.
— Отлично. Я так горжусь тобой, Эмити.
Мы прощаемся, и я направляюсь ко входу в бар.
Слева, когда вхожу, играет группа, что-то вроде попсы, которая находится на грани между интересным и раздражающим. Свет приглушен, из-за чего помещение кажется еще меньше, чем есть на самом деле. Я оглядываюсь в поисках Хэлли и, наконец, замечаю ее в глубине зала за высоким столиком.
— Сюда! — машет она.
Я пробираюсь сквозь толпу из двадцати с чем-то человек и плюхаюсь напротив нее.
— Здесь становится оживленно.
— Судя по тому, что я слышала, это то самое место. — Перед нами ставят два бокала с коктейлями. Хэлли хлопает ресницами, глядя на высокого мужчину с убийственной улыбкой.
— Спасибо, Фелипе.
— Приятного отдыха, дамы.
Она пододвигает ко мне напиток.
— Я заказала тебе арбузную маргариту. Ты пробовала такое раньше?
— Не-а, — говорю, делая глоток. Она сладкая и соленая, но текила сильно жжется. Шикарный способ завершения сумасшедшей недели. — Но я буду пить их чаще.
Хэлли танцует на своем месте под музыку, держа бокал в одной руке.
— Я просто обожаю эти коктейли. Кэмрин Куинн познакомила меня с ними пару недель назад. Они с мужем были в отпуске на Фиджи или где-то еще и пробовали их.
— Должно быть, здорово путешествовать по всему миру, — сетую я, делая еще один глоток. — Я даже выпить куда-то не выходила не то, что путешествовать.
— Тебе тридцать, Эмити. Тебе нужно гулять, пока есть возможность.
— И как это понимать? — смеюсь я.
— А то, что в конце концов ты выйдешь замуж и заведешь детей, и у тебя больше не будет возможности куда-то ходить.
Я обдумываю ее слова, потягивая маргариту. Брак и дети — это то, о чем я всегда мечтала, но не то, на что уделяла достаточно времени.
В прошлом у меня было немного парней. Пару, не больше. И только один человек, с которым, как мне казалось, я видела совместное будущее, переехал из-за работы в Великобританию, и это поставило крест на любые дальнейшие планы.
— Ты никогда не думала, может, ты потратила свои лучшие годы впустую в залах заседаний, а не в постели? — спрашивает Хэлли.
— Нет.
— Врушка!
— Вовсе нет! — Я смеюсь. — Откуда ты знаешь, о чем я думаю или что чувствую?
— Потому что ты ответила слишком быстро.
— Необдуманные ответы всегда признак нечестности. — За моей спиной раздается голос, достаточно громкий, чтобы я могла его услышать. Я подпрыгиваю от неожиданности. Мой взгляд прикован к Хэлли, я чувствую, как тело реагирует на присутствие Карвера, словно звонок на обед.
Его одеколона, свежий льняной аромат с легким привкусом мускуса, наполняет пространство вокруг стола. Каждая женщина в радиусе полумили смотрит куда-то поверх моей головы, независимо от того, сидят они с мужчиной или нет.
— Это неправда, Карвер, — отвечаю я, не удосужившись обернуться. — Мой ответ был незамедлительным, потому что мне не нужно было об этом думать.
— Хорошо, что я не слышал вопроса, иначе мы бы начали спорить, — говорит он, появляясь в поле зрения.
Белоснежная рубашка на пуговицах аккуратно заправлена в темные джинсы, рукава закатаны до локтей. Блестящие золотые часы сверкают в свете ламп на потолке. На ногах у него белые кроссовки, придающие его утонченному образу игривость.
Он жестом спрашивает Хэлли,
