Меня не зовут, я сам прихожу, именно так бы я сказал, но в местном языке игра слов терялась напрочь. Признаваться не хотелось, как и становиться подопытной крысой. Мало ли что она может во мне раскопать своими обследованиями? Зачем к своим проблемам добровольно добавлять ещё одну?
— Насколько я знаю того, кого ты ищешь, он не заинтересован быть объектом чьих-либо исследований, — отрезал я, и развернувшись, зашагал вдоль стены, прочь от входа в нужное мне общежитие. Расчёт был на то, что этой подозрительной исследовательнице нужно в противоположную от направления моего движения сторону, и она не будет преследовать идущего непонятно куда незнакомца. А я тем временем сделаю круг по периметру, и тем самым убью время, остающееся до намеченной встречи.
— Передай Дину, что я пойду на любые его условия, — донеслось мне вслед, однако за мной девушка не пошла. В кои-то веки мои расчёты оказались верными. Облегчённо выдохнув, я продолжил путь.
Спустя значительное время, петляния, усилия и ругательства, я добрался до нужного места, успешно преодолев: начавшийся дождь, решив проделать остаток пути по коридорам; несколько тупиков из-за непонятно зачем запертых на моём пути дверей; вовремя замеченную смотрительницу общежития, от которой пришлось прятаться в ванной комнате. Как оказалось, меня уже ждали, дверь открылась почти сразу после моего осторожного стука, бегло кинув взгляд вдоль коридора, Риша решительно втащила меня внутрь и быстро заперла дверь. Комната, хоть и была этажом ниже, чем та, в которой вчера богиня калечила мне мозги, но выглядела идентично, был даже такой же огромный шкаф для одежды, как тот, что меня просили передвинуть. Сана лежала, укрывшись одеялом по шею, и непонятным взглядом следила за мной.
— Не будем терять зря время, — Риша растянулась на своей кровати, предвкушающе улыбаясь, — только учти, никакого насилия, если я решу, что хватит, ты прекращаешь и без возражений. Если устраивает, раздевайся.
— Я как-то и не собирался никого пользовать против воли, — признал правоту требования, начиная снимать с себя одежду, — а чего я только один раздеваюсь?
— Саночка, готова? — повернулась блондинка к подруге. Та нерешительно откинула одеяло, оставшись перед моим изучающим взором лишь в нижнем белье, неприятного бордового цвета, но меня больше интересовала не упаковка товара, а её содержимое, и оно на вид было отменного качества.
— То есть, мы тут голые будем, а ты одетая будешь нас оценивать? — осведомился я, хмуро взирая на самую довольную из нас троих. — Как-то несправедливо, ты не находишь?
— А зачем мне раздеваться? — удивилась разлёгшаяся в очень провокационной позе Риша, не сводя взгляда с заметной выпуклости на моём последнем неснятом куске одежды. — Не вижу никакой необходимости в этом.
— Риш, ну правда, мне так проще будет, — неожиданно поддержала меня впервые заговорившая в моём присутствии брюнеточка, присаживаясь и прижимая колени к груди. У неё был такой нежный голос, что мне сразу захотелось узнать, как будут звучать стоны удовольствия в её исполнении.
— Ой, ладно, но только до белья — скривилась блондинка, начав расстёгивать пуговицы. — Сказал бы честно, что хочешь рассмотреть моё тело, а то «несправедливо».
Скрыв смущение от того, насколько точно Риша угадала причину моих действий, я стянул последний защищающий меня от взглядов элемент одежды и переместился поближе к уже поднявшейся скромнице. Та сидела, плотно сомкнув ноги, но сама при этом беззастенчиво пялилась на готовую к любому виду близкого с ней общения часть меня.
— А он должен быть таким большим? — удивлённо спросила она у подруги, когда я сел поближе к ней.
— Нет, подруга, — сожалеюще вздохнула та, стягивая штаны, — из всех, что я видела, этот самый большой, так что тебе не повезло. Надеюсь, он тебя не разорвёт, хихи.
— Ой, — выдавила Сана, посмотрев на меня так, будто я огромный плотоядный голодный монстр, а она очень не хочет быть его завтраком.
— Не бойся, я не хочу делать тебе больно, поэтому буду очень осторожен, — постарался как можно более убедительно успокоить девушку, хотя в голове уже крутились позы, которые я бы с ней попробовал. И чего они все говорят, что у меня большой? 15 см всегда считался средним. Или в этом мире, в принципе у всех мельче, чем в моём предыдущем? — У тебя хоть смазать есть чем? — это я уже раздевшейся до белья недовольной блондинке.
— Естественно есть, — та ответила с таким возмущением, будто я усомнился, есть ли у неё голова на плечах. Пока Риша тянулась в тумбочку, встав для этого на колени и наклонившись, я так и не смог оторвать глаз от её задницы. О, боги, где же таких выращивают? Краем глаза заметил, что прекрасно видевшая направление моего взгляда брюнетка недовольно скривилась, но промолчала. Наконец, блондинка передала мне горшочек с узким горлышком.
— Чего сидишь? Скидывай тряпки свои и ложись на живот, — недовольно пробурчала она, обращаясь к подруге, — или забыла, зачем мы тут?
Глава 5: Невероятность.
— А ты раньше это делал? — с подозрением в голосе осведомилась у меня Риша, когда я, налив немного масла в ладонь, начал растирать по нужному месту девушки. До этого она уже заставила поднять бёдра улёгшуюся на кровать подругу, чтобы запихнуть под них скомканное одеяло, бурча что-то про незрелых дилетанток. — Может, тебе помочь?
— Естественно делал, — успокаивающе улыбнулся блондинке, — сам справлюсь, — попробовал ввести намасленный средний палец, встретивший отчаянное сопротивление. Ладно, к счастью, у меня есть способ облегчить намечающееся действие. Кстати, если подумать, это первый раз, когда у моей партнёрши нет в этом опыта. И первый раз, когда при этом за нами будет надзирать без попыток участия её подруга. У меня в прошлой жизни был один раз опыт втроём, ещё во времена студенчества, со своей девушкой и её подругой, но сегодня он мне точно не поможет. Тогда мы втроём сильно напились, и дальше совместных оральных ласк меня, во время которых я отрубился, дело не пошло. Обе девушки наутро вспоминали это со смехом, но повторять попытку на трезвую голову отказались наотрез.
Пропихнул внутрь намасленный указательный палец и дождался активации конструкта. Стало чуть свободнее, но я рассчитывал, что эффект будет сильнее. Пришлось некоторое время чередовать то один, то два пальца, причём, через несколько минут, конструкт сработал ещё раз. Всё это время блондинка в одном нижнем белье не сводила глаз с моих действий.
— Ты как, Саночка? — осведомилась она, увидев, что я медленно погружаю уже три пальца. Если бы мышцы девушки не были расслаблены электрическими импульсами конструкта, мне бы такое не удалось.
— Терпимо, я думала, будет больнее, — успокоила её брюнетка, не поднимая головы, — вчера, когда я со своими пальцами пробовала, было хуже.
— Главное, не напрягайся, он знает, что делает, — успокоила подругу Риша, погладив по голове. Что в голове у этих баб? Сначала заставляет её подставлять задницу мужику, а потом успокаивает. Ладно, можно уже пробовать заменить пальцы корнем, лучше всё равно не будет. Тем более, что у меня от всего происходящего уже зубы сводит от желания засадить.
Как раз тогда, когда я, ещё немного смазав обе сопрягающиеся детали, хотел приступить к штурму, сзади меня дверцы шкафа с треском открылись и оттуда выпало чьё-то ойкающее тело. Мы втроём в шоке уставились на выпутавшуюся из платьев нежданную наблюдательницу. Сана в силу специфики своей позы не разглядела, зато мы с Ришей прекрасно рассмотрели, кто это был. И мне незнакомка была известна ещё с первого дня моего пробуждения тут. Как оказалось, Риша тоже её знала.
— Лийка, какого хтора ты тут прячешься?! — зло прошипела блондинка. — Ты же обещала до утра сюда не возвращаться!
— Прости, Риша, не выгоняй, пожалуйста, — запричитала Лия, стоя на коленях на куче одежды и сложив руки в умоляющем жесте, — можно, я тоже посмотрю?
— А непосредственного участника ты не хочешь об этом спросить?! — я поднялся и подошёл к стоящей на коленях, уперев руки в бока. — Здесь тебе что, театр? Или выступление менестрелей?
