— Ты ведешь себя не так, как подобает чужестранцу и гостю, — холодно произнесла она. — Ты слишком много себе позволяешь.
— Я сожалею, глубоко сожалею…
Тем же лишенным эмоций голосом она сказала:
— Желанием моего отца было, чтобы, когда он умрет, я вышла замуж за сына его старого союзника, обеспечив таким образом безопасность Карнала. Я намерена исполнить волю отца. Ты слишком самонадеян, полагая возможным судить о наших отношениях с Брадинаком Мишим Тена.
Это была Шизала, не виденная мною раньше, царственная Шизала. Я, должно быть, глубоко оскорбил ее, потому что она приняла такую манеру поведения и тон, который, как я догадывался, были для нее неестественными.
— Я очень сожалею.
— Я принимаю твои оправдания. Больше не вмешивайся. А теперь, пожалуйста, оставь меня.
В смущении я повернулся и покинул комнату.
Ошеломленный, я прошел прямо из главного зала дворца по лестнице вниз, куда слуга не раз уводил дахара.
Буркнув пару слов слуге, я влез на зверя и тряхнул поводьями, заставив его галопом промчаться по главной улице к городским воротам.
Я должен был на время уехать подальше из Варналя, туда, где смог бы побыть один, чтобы собраться с мыслями и взять себя в руки.
Шизала обручена! Девушка, которую, как я теперь выяснил, я полюбил с той самой минуты, как только увидел, — обручена! Это было слишком тяжело вынести! Сердце мое отчаянно колотилось, а мысли прыгали, все мое существо кипело от боли и муки. Я скакал по дороге, уводившей меня прочь от города, мимо Зеленого Озера в Зовущие Холмы.
“О Шизала, — подумал я, — я мог бы сделать тебя такой счастливой!”
Думаю, что я тогда был близок к истерике. И это я, Майкл Кейн, который всегда гордился своим умением управлять своими чувствами!
Прошло какое-то время, прежде чем я сбавил скорость и за ставил себя мыслить яснее.
Я совершенно не был знаком с местностью и не знал, насколько удалился от города. “На много-много миль”, — подумал я. Окружение было незнакомым. Не было никаких ориентиров.
Вот тогда-то я и увидел движение с севера. Сначала я подумал, что смотрю на отдаленное стадо галопирующих в мою сторону животных, но, прищурившись от солнца, понял, что это были всадники верхом на животных, сходных с моим дахаром. И много всадников ОРДА!
Плохо зная марсианскую географию и политику, я не знал, были ли эти всадники угрозой городу или нет.
Я сидел на своем животном, следя, как они приближаются с огромной скоростью, и даже в таком отдалении почувствовал, как дрожит земля.
Когда они приблизились, что-то показалось мне в них странным. Я полагал, что они не видели меня, поскольку я был один, но я — то их видел.
Все дело было в масштабе.
Судя о среднем росте человека и животного по отношению к средней высоте деревьев и кустарников, я понял, что эти всадники, как и их рысаки, были гигантскими. Каждый из их дахаров был вдвое больше моего, и ни один из всадников не был ниже восьми футов роста.
Внутренний голос мне услужливо подготовил ответ: это захватчики!
Более того, мне казалось, что я знал их!
Это могли быть только те самые свирепые северные варвары о которых упоминала Шизала. СИНИЕ ГИГАНТЫ — арзгуны.
Почему же городу никто не сообщил о приближении орды?
Как они сумели так далеко пробраться незамеченными?
Это вопросы мелькали у меня в голове, но я отбрасывал их как совершенно бесполезные. Факт был налицо — войско в тысячу воинов скакало в Варналь.
Я быстро повернул своего зверя, начисто позабыв о горе, постигшем меня. Сейчас не это было главное! Я должен предупредить город.
Я проверил свое положение относительно солнца и понесся во весь опор путем, противоположным тому, откуда я прибыл. Но я не учел передовых дозоров арзгунов. И как я заметил их главные силы, так и я был замечен их разведчиками!
Когда я пригнулся, чтобы уклониться от нижних веток деревьев, и выехать на широкую поляну, то услыхал громкий крик и дикий, утробный смех.
И тут я уставился на гигантского всадника, возвышающегося надо мной, подобно башне на спине огромного животного. В одной руке он держал громадный меч, а в другой — нечто похожее на булаву с овальным набалдашником.
А я был безоружен — если не считать тонких дротиков, все еще находившихся в седельной сумке.
Глава 4
НАПАДЕНИЕ
Я лихорадочно соображал. В какой-то момент почувствовал себя совершенно сокрушенным, уставясь в лицо существа, бывшего для меня таким же непонятным, как единорог или динозавр.
Кожа его была темной, крапчато-синей. Подобно народу Варналя, он не носил того, что мы сочли бы одеждой. Тело его было сплошь покрыто тегляем,[1] на кажущейся безволосой голове была жесткая шапка, тоже из подбитой кожи, дополнительно защищенная металлом.
Лицо его было широким, но суживающимся к подбородку, с глазами-щелками и огромной прорезью рта, который смеялся в предвкушении моей скорой кончины. Рот полон зубов, неровных и острых. Уши были заостренными и большими. Руки голые, если не считать поручей, с сильными мускулами фантастических размеров. Пальцы покрывали кольца с грубо обработанными драгоценными камнями.
Его дахар был беспокойным, не таким, на котором сидел я. Он казался таким же свирепым, как и его всадник, и рыл лапой нежный зеленый мох поляны.
Воин-арзгун издал несколько гортанных звуков, которых я не смог понять, хотя они явно были произнесены на том же языке, который я недавно освоил.
Фаталистическое предчувствие своей скорой кончины не сковало, однако, меня, и я потянулся к одному из дротиков в своей седельной сумке. Воин снова глумливо рассмеялся и взмахнул мечом, пришпорив массивными ногами бока своего рысака, приказывая ему двигаться вперед.
На выручку мне пришла моя реакция.
Я быстро выдернул из сумки один из дротиков, уравновесив его в руке, а затем швырнул в лицо противника.
Он зарычал, когда увидел мое движение, и с невероятной для такого существа скоростью отбил его в сторону мечом.
Но к тому времени я держал в руке другой дротик и заставил своего нервничающего скакуна повернуть в сторону от надвигающегося воина.
Увернувшись, я почувствовал, как он просвистел в дюйме от моей головы. Меч пронесся мимо, увлекаемый силой собственной инерции. Я развернул своего зверя и метнул другой дротик, в то время как противник пытался повернуть своего рысака, который был хуже обучен.
Копье попало ему в руку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
