Читаем без скачивания Где правда, брат? - Владимир Колычев

— Ну, это не я.

— А кто?

— Ну, в принципе, моя работа. Но так ведь менты ничего не докажут.

— А если за жабры возьмут?

— Так они меня не особо ищут. А если найдут, какие у них доказательства?

— А если вдруг?

— Ну, сдавать я точно никого не сдам.

— Не сдашь. А если ты у ментов под колпаком?

— Да нет, это для ментов мелочь. Да и не пасут меня, пацаны проверяли.

— Точно?

— Точно, — уверенно кивнул Феликс.

— Опасную игру ты затеял. Мог бы и спалиться. Тебе что, денег не хватает?

— Ну, «лимон»-другой лишним бы не стал. Да и не в том дело.

— А в чем?

— Да как-то спокойно все стало, адреналина не хватает.

Действительно, за последние полгода не было ни одного серьезного дела. В прошлом году Феликс только успевал подпрыгивать — то одни наедут, то другие, а это «стрелки», разборки, вплоть до трупов. И еще «мокрые» заказы косяком шли, а это дело серьезное. Если чисто для запугивания «замочить», то это не проблема, а если надо по-тихому сработать, под несчастный случай, так тут без фантазии никак. А там, где творческий подход, там сложности с реализацией. Но Феликс поднаторел в этих делах, потому что Злой ценит его и уважает. И даже многое ему прощает. Хотя и не забывает предостерегать.

— А без адреналина никак? — понимающе усмехнулся босс.

— Без адреналина хватку потерять можно.

— Будет тебе адреналин.

— Ну, отлично! — Феликс не упустил случая изобразить приступ восторга.

Он реально уважал Злого, но и боялся его не меньше, поэтому старался не упускать случая выказать ему свою преданность. И это его не унижало, потому как преданность его не рабская. Слишком уж он уважал себя, чтобы стелиться перед боссом. Если вдруг надо будет, он «замочит» его, не задумываясь. Но зачем ему это? Злой ценит его, а потому и расплачивается за работу по полной.

— Скажу, что надо делать, — покачал головой босс. — Но сначала ты должен дать мне слово, что забьешь на этого Захара.

— Да я забил. Я же не какой-то отморозок. А что такое?

— Он справки о тебе наводил. Есть у него там один знакомый. Толком он ничего не узнал, но волна пошла. Слабенькая такая волна, но волна. И слух пойдет, что ты на конкретных людей наезжаешь. Как ни крути, а Захар из нашего мира, он по понятиям жил. Знаешь, сколько по Москве таких бывших, как он! И у многих конкретные связи. Это не ты на Захара наехал, это мы на него наехали. Скажи, мне нужна головная боль на пустом месте?

— Никому она не нужна. И я все понял.

— Это хорошо, что ты понял. Меру надо знать, Феликс, а то ведь и сам нарвешься, и дело завалишь. Заканчивай свою самодеятельность.

— Уже закончил.

Какое-то время Злой проницательно смотрел на него, затем покачал головой и с недоверием сказал:

— Да нет, что-то зреет у тебя в голове. Ну да, банк не снял, в нос получил. Но ты про это забудь. Я ведь если узнаю, то разговаривать с тобой не буду.

— Забыл.

— Тогда о деле. Талибы у нас тут какие-то залетные объявились. Не буду говорить, кого они кинули, но дело было. Товар у них отличный, и деньги они за него реальные получили. Только деньги вдруг фальшивыми оказались. Короче, стрельба была, четыре трупа. Талибы эти и товар забрали, и деньги, реальные деньги. Хотя и не факт. Может, и реальный кидок был. Эти таджики на нас вышли, нам товар предлагают. Думают, что мы не в курсах насчет кидка. Короче, надо пробить ситуацию. Возьмешь этих деятелей в оборот, узнаешь про них все, что можно. Мы выйдем с ними на сделку, а ты будешь держать их на прицеле. Если вдруг дернутся, сразу вали!

— Может, их сразу завалить? До сделки. Ну, чтобы шума не было. Их сделаем, товар заберем.

— Нет, мне нужно знать, как они себя поведут. Если кидка не будет, значит, мне лажу скормили, а за это будет спрос, — начал злиться босс. Но злился он на кого-то, не на Феликса.

— Для кидка фальшивые баксы нужны. Если они есть, то и кидок будет. Это дело на месте можно проверить, еще до сделки. Если есть, «замочим» козлов, и все дела. Без шума и пыли «замочим».

— Ну, можно и так.

Не хотел Злой соглашаться с ним, но вынужден был пойти на это. Ведь Феликс предложил ему куда более безопасный вариант. На «стрелке» таджики будут на стреме, и неизвестно, сможет ли Феликс их переиграть. Всякое ведь может быть. Не так фишка ляжет, и все. Гораздо легче с ними можно решить, когда они будут на расслабоне. Выйти на их схрон, устроить проверку, желательно тайную, а там уже принять решение. У Феликса большой опыт, он в любую щель пролезет.

— Как на этих чертей выйти?

— Есть одна зацепка. Что там у тебя на обед? — спросил вдруг Злой.

Феликс предложил вчерашние котлеты и только что сваренные макароны на гарнир. И еще он предложил виски. Злой от выпивки отказался, но потом передумал. Юля вернулась домой, увидел ее и передумал. Он ничего по ее адресу не сказал, даже взгляд на ней не задержал, но Феликс понял, что Юля ему очень понравилась.

Старый он хрыч, но по бабам ходок! Жены у него нет, зато любовниц меняет одну за другой. Во всяком случае, так говорят, а слухи, как известно, на пустом месте не рождаются. Как бы он Юлю не попытался закадрить…

Глава 6

Кто-то воевал, а кто-то бизнесом в это время занимался, магазины открывал, дома себе строил. Одни умирали от вражеских пуль там, на Кавказе, а другие жировали здесь, в Москве.

Степан зачищал Аргунское ущелье, а Роман Захарский в это время дом свой под Москвой строил. У него сейчас ни кола ни двора, а у его шефа — коттедж в элитном поселке, бизнес, машины, о которых можно только мечтать.

Именно к этому коттеджу Степа и вез Захарского. Машину он поставит в гараж, а сам пойдет в баню. Не в том смысле, что его туда посылают, живет он там, в комнате на втором этаже.

Степану приходилось умирать. И ножом его в спину били, и осколком живот резало так, что кишки приходилось руками собирать. А каким злым он был, когда в армейскую свою бытность с войны попадал в мирную жизнь! Он жизнью своей рисковал, а кто-то с бабами в это время гулял. И только после увольнения он понял, что злиться ни на кого не надо — не смешно это, но точно глупо. У каждого своя судьба, и кому какая карта ляжет, тот так свою жизнь и проведет… Может, потому и не заладилась его жизнь на гражданке, может, потому и записался на контрактную службу, в часть обратно вернулся.

В прошлом году Степан уволился. Понял вдруг, что служба в мирное время не для него, и подал рапорт. Вернулся домой, устроился на работу в автосервис, а потом сестра позвала его в Москву. Там, говорит, зарплата больше. Ну, Степан и приехал.

Зарплата здесь действительно солидная. Восемьдесят тысяч в родном поселке за месяц точно не заработаешь. За год, если экономить, может набежать очень солидная сумма. Через пару лет такой работы Степан мог вернуться домой и построить дом, как он этого хотел. Построить дом, посадить дерево и вырастить сына… Правда, сына еще родить надо, а для этого нужна женщина. С этим у Степана пока глухо. Не попалась ему еще девушка, с которой он хотел бы связать свою судьбу. Но ему всего двадцать шесть лет, у него все впереди. Его отец в тридцать восемь женился, и ничего. Семьей обзавелся, дом построил, сына воспитал. И у Степана все это будет.

А то, что в бане жить приходится, не беда. Может, и скучно там, зато условия более чем приличные, даже лучше, чем в гостиничном номере. К тому же за комнату платить не надо, а это серьезная экономия, и машина всегда под рукой.

А машина у Захарского крутая — новенький «Гелендваген», водить такое чудо — одно удовольствие. А если еще за это и деньги платят…

Но платили Степану не столько за вождение, сколько за охрану, и он прекрасно это понимал. Более того, готов был рисковать своей жизнью, не привык халтурить.

— Оп-ля! Это что такое? — всколыхнулся Роман.

Посреди дороги, перегораживая путь, стоял грузовик с высокой будкой. А место безлюдное — с одной стороны речка с заболоченной поймой, с другой — березовая роща. Ни одного дома рядом, хотя почти на всем протяжении от Москвы до коттеджного поселка — застроенная территория. Уж не засада ли это?

Машина чуть наклонена набок. Мужик со снятым колесом возится. Такая проблема может возникнуть у всякого, но что, если это какая-то ловушка? Вдруг тот же Феликс на тропу войны вышел? А он, если верить Роману, любит появляться в самых неожиданных местах.

Степан остановил «Гелендваген», не доезжая до грузовика метров пятьдесят, вышел из машины, осматриваясь по сторонам, подошел к водителю. И ничего с ним не произошло. Водитель оказался обычным, затурканным жизнью трудягой. Колесо у него лопнуло, потому и машину повело.

Можно было предложить ему помощь, чтобы он поскорее освободил дорогу, и Степан обязательно бы это сделал, если бы не служба. Подозрения он вроде бы отвел, но опасность все-таки оставалась, и, чтобы вовремя отреагировать на изменение в обстановке, ему нельзя отвлекаться.