Читаем без скачивания Смерть может танцевать 6 - Макс Вальтер

совершенно спокойно шёл человек, наделённый властью. А мне хватило беглого взгляда в его сторону, чтобы вся мозаика в один миг сложилась и обрела целостность. К нам двигался Шаман. Всё тот же привычный прикид, напоминающий монашеское облачение и как только ему нежарко в этой мешковине.

— Здра-а-асьте, — с ухмылкой на лице, голосом полным иронии, поприветствовала гостя Лема. — Вот кого не чаяли увидеть.

— Вы что здесь устроили? — сухим тоном поинтересовался тот. — Кто дал вам право?

— Если я скажу «сила», тебя устроит этот ответ? — нагло заявила девчонка.

— Ты сейчас ведёшь себя, как Кетта, — Шаман указал пальцем на Лему. — Вас вообще не должно быть в этом мире. А раз уж пришли, то и ведите себя соответственно.

— Извини, Шаман, — встрял в разговор я, пока девушка молча наливалась краской и совсем не от злости, — может быть, лучше подскажешь, как нам отсюда выбраться?

— Тебе уже дали силу, Безликий, а ты в очередной раз используешь её не по назначению. Игры кончились, хватит. Ваша битва перешла все разумные границы! Вы перенесли её через века, вывели на уровень, недоступный человеку, а теперь ещё собираетесь столкнуть миры?! Вы в своём уме?!

— Не я начал всё это.

— Но ты можешь закончить.

— Тогда верни нас обратно, Шаман.

— Это не в моей власти, я всего лишь наблюдатель.

— Разве это даёт тебе право вмешиваться?

— Ты со своей подругой вынуждаешь меня делать это. Вы перешли все границы разумного. Тебе всего-то и нужно было не дать Кетте вновь проникнуть в другие миры. Нельзя безнаказанно влезать в планы вселенной и менять их на своё усмотрение.

— Тогда перестаньте пудрить мозги и объясните толком, что и как делать. Я не просил ни силу, ни путешествия по мирам.

— Неужели ты до сих пор считаешь себя избранным? Думаешь, кто-то должен был спросить твоего дозволения? Ты воин, такова твоя судьба. Вспомни предков, никто из них не жил иначе, разве не так? Да и границу миров ты перешагнул самостоятельно.

— По-твоему, я должен был её бросить? — кивнул я затылком в сторону Лемы.

— Ты сделал осознанный выбор, не нужно оправданий, да и я не тот, кто готов их выслушивать.

— Тогда зачем вообще ты пришёл? Назад вернуть ты нас не в праве, говорить не намерен. Что тебе нужно, Шаман?

— Чтобы ты наконец принял свою судьбу. И уверяю тебя, Безликий, она вовсе не в том, чтобы драться с беззащитными. Уважения добиваются иначе, тебе ли не знать?! Надеюсь, ты сможешь донести это и до своей подружки.

— И какова моя судьба?

— Разве я сказал, что являюсь пророком?

— Что не так с этим миром?

— Это с тобой что-то не так, а мир тебе дали чистым. Учти, Безликий, ты получил последний шанс.

— Эй, постой… — я, было, сорвался за ним, вот только тут же потерял его из вида.

Всего секунду назад он развернулся и вошёл в толпу, как тут же растворился в ней, словно его и не было. И это при одежде, которую сложно спутать с простынями местных. Те, в свою очередь, не желали расходиться, продолжая толпиться вокруг и сверлить нас осуждающими взглядами. И как бы то смешно ни звучало, от этого делалось не по себе, словно эти люди олицетворяли воплощение совести.

А затем вдруг громыхнуло. Да с такой силой, что над крышами домов поднялось неслабое облако пыли и дыма. У меня внутри всё сжалось от предчувствия беды, а мозг услужливо подкинул мысль о том, что виноваты в произошедшем мы с Лемой.

— Что было в ящиках? — я тут же решил удостовериться в собственной гипотезе или же опровергнуть её.

— Пистолеты, — не задумываясь, ответила та. — В обоих. Я помню, потому что их с самого краю поставила.

И словно в насмешку над моими мыслями прогремел ещё один взрыв, на сей раз гораздо ближе. И как только грохот стих, мы отчётливо услышали крики и завывания раненых. Но люди продолжали стоять, вот только теперь их внимание было направленно в сторону чёрных пылевых облаков, которые продолжали упрямо висеть на фоне голубого небосвода. Они не понимали, что происходит, ведь никогда в жизни не видели ничего подобного.

Зато я в полной мере осознал, что происходит. Кто-то мерно расстреливал город из крупного калибра и, судя по всему, пока лишь настраивал орудия. Будь я в каком-то другом мире, то возможно, задался бы вопросом: кто это мог быть? Хотя на данный момент не совсем ясно: пришла Кетта или лишь те, кого она переместила до того, как мы уничтожили портал. А может, он закрылся по другой причине? Просто потому что отработал положенный срок? Ведь там, в моём мире, они могли пользоваться им лишь дважды за сутки.

Уходя, мы оставили после себя хаос. Там разразилась настоящая война и на решение этой проблемы вполне могли уйти не одни сутки. Но Кетта не простой человек, она наделена огромной властью, члены её клана засели в каждой структуре и наверняка есть почитатели в других странах. Она без особых сложностей способна выпутаться из передряги и похуже. Но если портал цел, о чём практически свидетельствуют прилёты крупного калибра…

— Уходите! Всем покинуть город! — закричал я. — Бегом, иначе вы все умрёте! Это гнев богов!

И дабы не пасть жертвой паники, схватил Лему за руку и первым бросился к выходу. На людей мои крики возымели действие покруче, чем разорвавшиеся снаряды. Толпа колыхнулась и всей массой понеслась в сторону окраины. Нас подхватило человеческим потоком, бороться с которым себе дороже. В таком достаточно замереть, замешкаться на мгновение, чтобы сгинуть навеки. В моменты паники люди превращаются в неуправляемое стадо, всё потому, что их телами управляют инстинкты. Главное — убраться подальше от опасности, остальное уже неважно. Но самое страшное — это поведение заразно. Страх, животный ужас, наполняющий людские сердца, распространяется моментально, с каждой секундой пополняя свои ряды всё новыми членами.

И если у постоялого двора людей собралось не так уж много, то по мере продвижения к городским окраинам ручей превратился в реку. Мы неслись к выходу, а позади нарастал мощный гул серии взрывов. Казалось вот-вот и на за затылке затрещат волосы от жара, от получившей свободу огненной энергии. Ещё немного, и осколки пронзят спину, вылетая с кровавыми брызгами через грудь. Но главный страх, что не позволял мне остановиться — Лема. Я сжимал её руку и тянул за собой. Я боялся, если выпущу её, то опять потеряю в объятом страхом человеческом потоке.

Одновременно с этим мозг холодно продолжал просчитывать ситуацию, будто