комнату, но, прежде чем войти, ненадолго замер у двери.
– Да не реви ты! – доносился голос Инги. – Здесь не так плохо, как кажется на первый взгляд. Надо только привыкнуть. Ты по профессии кто?
– Преподаватель, – тихо отвечала Сандра.
– У-у-у! Училок у нас еще не было. Что ж это ты так влетела, милая?
А все-таки удачный выбор я сделал!
– Брат денег должен.
– Так пусть бы сам в бордель и шел, – возмутилась моя приятельница. – Это же надо! Девчонку продать. Скотина!
– Он хороший, только слабохарактерный.
– Тьфу ты! Забудь, дорогуша. Теперь у тебя ни братьев, ни сестер. Только мы – и Ральф. Ральфа слушай, как саму себя, и будешь как сыр в масле. Зуб даю!
Инга умеет уговаривать. Я, правда, просил припугнуть, но судя по тому, что Сандра плачет, стадия «припугнуть» уже закончилась.
– Я домой хочу.
– Да что ты заладила? На кой тебе дом, в котором тебя продали, а? Ничего, годик тут побудешь, может, больше, если захочешь. Подзаработаешь, да и выскочишь замуж. У нас девчонки надолго не задерживаются. Одна я тут уже пятый год.
– Пятый? – В голосе Сандры послышался ужас.
– А то! Но я отсюда ни ногой. Как вспомню свою хибару, жуть берет. А тут живу как королева. Да и клиенты только проверенные, абы кого не пустят. У меня свои поклонники есть. Давно замуж зовут, да я не хочу.
Правду говорит. Красивая женщина, видная, троим уже отказала. Они так и ходят сюда. Надеются, но Инга непреклонна. Можно подумать, я не знаю, что она по мне сохнет. Я ее и правда из такого мрака вытащил! Она сама за мной пошла – и осталась. Ладно, кажется, Сандра прониклась, пора ставить условия. Открыл дверь – и Инга тут же поднялась с диванчика, улыбнулась соблазнительно и медленно проплыла к выходу, демонстративно задев меня платьем. Красотка! Но интересовала меня сейчас не она.
– Вот договор, – протянул заплаканной Сандре бумагу и ручку. – Читай, подписывай. Договор, естественно, магический. Нарушишь – останешься здесь навечно.
Девушка пробежала глазами по строчкам и подписала. Кажется, даже не особо вчитывалась. Впрочем, договор – это не все, что я ей принес. Достал из кармана футляр с парой браслетов. Один – с маячком, другой – на случай, если вздумает артачиться. Сандра безмолвно наблюдала, как застегиваю их на ее запястьях.
– Теперь к делу. – Взял стул и сел напротив. – Слушай и не перебивай. У меня в штате скоро освободится место. Так что у тебя есть два варианта. Первый – ты выполняешь все, что я потребую, и не работаешь здесь. Второе – проявляешь характер и остаешься отрабатывать долг брата телом. Объясняю понятно?
– Да, – прошелестел ответ.
– О том, чего я от тебя хочу. Понимаешь ли, Сандра, так случилось, что мне понадобилась домработница. Из разряда приготовить-убрать-присмотреть за ребенком-скрасить досуг. И не смотри на меня так! Да, даже у сутенеров бывают дети. Будешь умницей – отработаешь долг и пойдешь себе с миром. Нет – ты меня слышала. Ты симпатичная, покупатели найдутся. Ну?
– Я согласна. – Девушка опустила глаза.
– Не сомневался. Тогда возвращаемся в мобиль и едем ко мне домой.
– Домой? – Она подняла голову.
– А куда еще? Или ты думаешь, что я сына в бордель потащу? Хватит сидеть статуей, за мной.
Ее биографию я, конечно, проверю. Но это тот случай, когда все написано на лице. Училась, старалась, но семья подкачала. Кстати, не так уж редко бывает подобное. И наличие семьи еще не гарантирует, что тебя защитят и поддержат. Увы, чаще всего сталкивался с обратным: растопчут, еще и наплюют вслед. Сандре сегодня повезло. По крайней мере, если она уживется с Алексом. В другой раз может не повезти, но это жизнь, а у жизни свои, зачастую жестокие правила.
Глава 5
Мы ехали недолго, учитывая, что путь от работы до дома был достаточно близким. Я издали заметил, как светятся окна. Оставалось надеяться, что Алекс не влез в очередную ловушку. Или что не разворотил очередную комнату. Надо бы с ним поговорить, выяснить, чего он сам хочет, почему явился именно сейчас. Но я тянул и предпочитал закрывать глаза на то, что моя жизнь в какой-то момент изменилась. Что ж, пусть разбирается Сандра. Женщины лучше ладят с детьми, чем мужчины.
Я вышел первым, снял защиту и только тогда завел мобиль во двор. Затем тщательно восстановил спящие заклинания.
– Приехали, – сказал Сандре, которая растерянно оглядывалась по сторонам. Наверное, она ожидала увидеть дворец, а увидела невзрачный домишко. Но стоит отдать должное – глупых вопросов задавать не стала. Вместо этого открыла дверь мобиля и опустила ноги на землю. Я уже доставал из багажника ее сумку. Глупая затея, с какой стороны ни взгляни. Я привык жить один. Меня всегда это устраивало. Любое скопление людей вызывало раздражение. А теперь мало мне ребенка, еще и женщину к себе притащил. Вот только другого выхода пока не видел. Наверное, стоит присмотреть для них квартиру, если сойдутся характерами, чтобы не маячили перед носом. Но здесь Алекс у меня на глазах, а если поселить его отдельно, он может стать легкой добычей для моих врагов. Новости расходятся быстро. И долго скрывать некие перемены в личной жизни не получится.
– Проходи. – Подтолкнул замершую Сандру к двери, позволяя защите пропустить ее. Мобиль так и оставил во дворе – хотелось бы взглянуть на того самоубийцу, который решит сунуться к моему имуществу.
Сандра переступила порог, огляделась по сторонам. На лице девушки читалось такое искреннее изумление, что мне стало весело. Что ж, умею я впечатлять дам! Пусть даже габаритами жилья.
Алекс, как и ожидалось, сидел в гостиной. Он где-то нашел лист бумаги, расчертил его на поля и играл сам с собой в банки. Для игры, конечно, требовались двое, но мальчишка справлялся за обоих. Услышал наши шаги, поднял голову – и замер с таким же удивленным видом, как и Сандра. Хоть картину пиши.
– Это твой сын? – обернулась она.
– Да. Что, не похож? – поинтересовался я.
– Почему? Похож. – Девушка пожала плечами. – Просто…
– Что?
– Почему он так одет?
Вот это хороший вопрос. Потому, что пока гардероб Алекса составляли те грязные штаны, в которых он сюда явился и которыми сейчас щеголял, и моя рубашка. Я же говорил, что ничего не смыслю в детях.
– Ральф, это кто? – Алекс прищурился. Похоже, ему не понравилась реплика Сандры.
– Твоя нянька, – ответил я. – Присмотрит, чтобы за то время, пока я на работе, ты остался жив и здоров.
– Мне тринадцать! Я справлюсь
