— Ты! Думала, что подставишь меня и останешься безнаказанной? Ты мне за все ответишь!
— Ты сам облил учителя какой-то гадостью, а винишь в этом того, кого даже в классе не было? — возмутилась Вика. — Если тебе так надо найти крайнего, то вини ее! Она же рядом с тобой сидела и не остановила, хотя понимала, что ты творишь глупость.
Попаданка указала на Сун Мэйлин, и та моментально взвилась:
— Вот же дрянь! Ты должна была просто открыть дверь! И сейчас это ты, а не учитель была бы покрыта зелеными пятнами! Из-за тебя Чэн Ливея наказали!
— Кстати, насчет зеленых пятен. Разве это не странно, что юноша попытался испортить незнакомой девушке лицо и прическу? Это больше похоже на то, что сделала бы какая-нибудь завистница, которая заранее пытается избавиться от соперницы. Молодой господин Чэн, кто вас надоумил сделать такую ловушку?
Чэн Ливей, который уже хотел было продолжать наезжать на новенькую, внезапно остановился и, слегка прищурившись, повернулся к розоволосой.
— Нет, Ли-гэ, все не так! Это просто совпадение! Я не думала, что все кончится подобным образом! — тут же начала оправдываться та.
На самом деле Вика это просто так ляпнула в порыве вдохновения, но внезапно попала в яблочко. Как она поняла из личного опыта, людям здесь все равно, кого обвинять, главное просто выплеснуть гнев, а виноват подсудимый или нет — вообще никого не волнует. Поэтому девушка лишь пыталась перевести стрелки и неожиданно преуспела. Мысленно потирая руки, она продолжила подливать масло в огонь:
— Как же это подло — использовать молодого господина в своих целях. Избавиться от возможной соперницы его руками и при этом самой не запачкаться! А все наказание получает кто-то другой. И ведь это, наверное, не первый раз происходит. Как долго ты манипулируешь молодым господином? — попаданка вошла во вкус, и теперь со всей трагичностью вопрошала, едва ли не заламывая руки, будто действительно переживает из-за школьного принца.
— Сун Мэйлин, а ведь и правда, — угрожающе произнес Чэн Ливей. — И в прошлый раз ты…
Договорить он не успел, потому что у розоволосой сдали нервы, и она с криком попыталась атаковать Вику:
— Сдохни, тварь! Это все из-за тебя!
Вика едва успела отпрыгнуть в сторону и теперь круглыми глазами смотрела на огромную дыру, оставшуюся в том месте, где она стояла секунду назад. Взбесившаяся Сун Мэйлин ударила так сильно, что это было больше похоже на взрыв, который разнес стену и часть пола, и теперь в пролом было видно небо и соседние острова.
— Ты больная что ли? — заорала попаданка, поняв, что ее чуть не убили.
Хоть она теперь и бог войны, но ей едва хватило скорости, чтобы избежать удара. Вика никак не ожидала, что эта взбалмошная девчонка может оказаться такой сильной и быстрой.
"Пользователь забыл, что в Академию Тысячи Миров отбирают самых талантливых небожителей? Конечно же, они тут все сильные. Экзамены здесь на самом деле строгие, и взяткой никто отделаться не может. Это только пользователь попал сюда по протекции, а остальные честно прошли испытания", — напомнила ей Система.
Но девушке было не до нее, она едва успевала уклоняться от летящих в нее заклинаний. В уставе Академии было написано, что драться ученикам запрещено, поэтому она даже не пыталась контратаковать, сосредоточившись лишь на защите и уклонении. К тому же она не была уверена, что вообще сможет ее задеть.
К счастью, на шум быстро прибыли учителя и остановили разошедшуюся розовласку. А потом загребли всех причастных и еще нескольких свидетелей и отвели на разбирательство в администрацию. Преподаватели пару часов разбирались, что случилось, и кто виноват, но свидетельские показания оправдали Вику. Хоть несколько подружек Мэйлин и говорили, что это новенькая первая начала, Чэн Ливей, все еще обиженный на розоволосую, встал на сторону попаданки. Все впечатлились от этого заявления, потому что были в курсе вчерашнего происшествия с обливанием учителя, поэтому Вику отпустили без наказания, признав невиновной в инциденте. Зато Сун Мэйлин досталось по полной — ей придется не только возместить ущерб и ближайшие три месяца торчать на отработках, так ее еще и от занятий отстранили на неделю. И последнее ее пугало больше всего, ведь она все это время не сможет видеть своего ненаглядного принца. Ее шкала отношений упала еще ниже, и Вика поняла, что надо срочно обзаводиться покровителями, иначе все будет как с Ши Линцю.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
До следующего урока еще оставалось много времени, поэтому девушка решила ковать железо, пока горячо, и догнала ушедшего вперед Чэн Ливея. Все же он был наследником самого влиятельного клана на перекрестке измерений и хорошо подходил на роль спасительного круга.
— Спасибо, что помог.
— Не зазнавайся, новенькая, — презрительно произнес он. — Я не тебе помог, а Мэйлин наказал. Поэтому не пытайся ко мне подлизываться, уродины вроде тебя не в моем вкусе.
— Ты!.. — попаданку настолько достало, что все почему-то считают ее некрасивой, что она моментально вспылила и толкнула парня к стене, применяя на нем кабэ-дон.
Любимый прием отлично сработал, наградив парня дебаффом на интеллект, и воспользовавшись этим, Вика утащила его в один из тех уединенных классов, что ей недавно показали. И там уже как следует откабэдонила свою жертву. Хоть предположительно Чэн Ливей мог и оказаться сильнее ее физически, она не боялась оказаться с ним наедине, все же аура главной героини так сильно на мозги действует, что любой потенциальный насильник вырубился бы раньше, чем успел ее раздеть.
Шкала поднималась медленно, все же это небожитель, а не обычный человек, так что девушке пришлось пойти на крайние меры — раздевание. Но ее платье и так было коротким, и фигуру особо не скрывало, поэтому раздевать она решила Чэн Ливея.
Примерно через час довольная Вика, поднявшая шкалу до пятидесяти процентов, покинула класс и поправила чуть растрепавшуюся прическу, прежде чем пойти на следующий урок. А Чэн Ливей, растрепанный, помятый и наполовину раздетый остался сидеть внутри и пытался понять, что это сейчас было. И почему ему хочется побежать следом за новенькой и потребовать на себе жениться, после того, что она с ним сделала.
Вика не учла, что ученик Академии — это не взрослый небожитель вроде Цзе Миня, а всего лишь подросток, и после поднятия шкалы отношений не будет вести себя так же вежливо и сдержанно. Вместо этого Чэн Ливей ей буквально проходу не давал, цепляясь на каждой перемене, а на совместных уроках так вообще глаз с нее не сводил и постоянно кидал записочки. Остальные девушки, заметив интерес школьного принца к новенькой, чуть ли не зубами скрипели от досады и строили планы ужасной мести. Попаданка уже не раз пожалела, что связалась с Ливеем, но отступать было поздно. Теперь его шкала росла сама собой, стоило им только увидеться, и Вика понятия не имела, как это остановить. Она много раз пыталась отшить приставалу, но тому, кажется, даже понравилось, когда она ведет себя холодно или ругает его. Поэтому попаданка теперь по территории Академии перемещалась короткими перебежками и под скрывающими талисманами, недавно доработанными и улучшенными.
Первая школьная неделя пролетела с переменным успехом — некоторые уроки прошли без происшествий, зато на других она снова умудрилась выделиться, например, на алхимии случайно взорвала печь, переусердствовав с вложением Ци. Чтобы немного отвлечься от учебы, однажды вечером после уроков Вика решила поэкспериментировать на полигоне первого ранга. Она за это время прочитала несколько книг о поэзии небожителей и захотела попробовать полученные знания на практике. Для тренировки девушка выбрала самое позитивное стихотворение, какое только могла вспомнить. Правда из памяти удалось выудить лишь первую часть:
Мороз и солнце; день чудесный! Еще ты дремлешь, друг прелестный — Пора, красавица, проснись: Открой сомкнуты негой взоры Навстречу северной Авроры, Звездою севера явись!
