– Все готово для посадки, сэр, – сказал я.
Они заняли места в салоне первого класса; я летел вторым.
Что ж, возможно, через неделю я уже стану работником Видаля, хотя верилось в это с трудом. Вал, как и обещала, уже поговорила с мужем по этому вопросу. Она использовала для этого момент, когда он так неожиданно вернулся в отель в последний вечер. Несмотря на свое потрясение, Валерия, как оказалось, сумела собраться и убедить супруга в преимуществах своего предложения.
Когда я подошел к ним, сидевшим у бассейна, накануне отъезда, Вал удалилась, сказав, что ей нужно переодеться, и мы с Видалем остались одни.
– У моей жены возникла неплохая идея пригласить вас работать на меня, – сказал миллионер. – Она, насколько мне известно, уже разговаривала с вами по этому поводу и вы дали предварительное согласие? Что ж, не возражаю…
Валерия вызвалась помогать вам. Она знает эту работу, и ей полезно будет заняться чем-нибудь. Итак, Бердн, я рассчитываю, что за неделю вы закончите свои дела на прежнем месте работы и поставите в известность Дайера.
Жена очень хорошо отзывается о ваших деловых качествах, а мне нужны именно такие люди. Мой адвокат Джейсон Шеймен подготовит ваш контракт. Все вопросы будете решать с моей женой или с Дайером.
С этими словами он поднялся и зашагал к отелю, даже не попрощавшись. Что ж, видимо, в империи мистера Видаля это было не принято.
Итак, через неделю я снова буду работать с Вал. Воплотится в жизнь моя мечта – быть рядом с ней. Ради одного этого стоило пойти на любые жертвы.
Я вспомнил о Роде. Да, придется быть очень осторожным, чтобы не вызвать у нее подозрений.
Когда самолет совершил посадку в Майами, мы встретились у пункта таможенного контроля.
– Займитесь багажом, Бердн, – резко сказал Видаль. – Идем, Валерия, нас ждет машина.
Следуя по вестибюлю за носильщиком, я увидел ожидавшего меня Дайера в безукоризненном костюме лимонного цвета.
– Итак, вы вливаетесь в нашу команду, приятель? Коротышка уже сообщил мне это приятное известие.
– «Коротышка»?
– Ага. Мы все его так зовем, но это, естественно, между нами. Значит, с вами будет работать миссис Видаль… Конечно, бедняжке надо отвлечься от безделья. Ей, наверное, нелегко с таким супругом, можно даже сказать – скучно. – Он гнусно хихикнул. – Не очень-то большая радость делить постель с волосатым гномом.
Мне захотелось дать ему по морде, но я сдержался.
– Вот багаж Видаля.
– Ладно, я займусь этим. Ну, до следующего понедельника, коллега. Вернувшись домой, я застал обычный бардак. Роды не было, все перевернуто и разбросано, трельяж засыпан пудрой, окурки валяются на полу, кровать не убрана; в ванной вообще царил полный хаос.
Господи, что за неряха!
Пару часов я занимался уборкой, а затем приготовил себе мартини и уселся на кухне. Где же она пропадает? Обычно воскресенья мы проводили дома, лежа и загорая на балконе.
Наконец появилась Рода.
– Привет, – бросила она, подходя и целуя меня в щеку. – Я забыла, что ты сегодня приезжаешь. Как успехи?
– Где ты была? – раздраженно спросил я. – Для воскресенья ты что-то здорово вырядилась.
– Я была в клубе. Что же мне тут одной торчать? Поесть приготовил?
– А разве у тебя в доме что-то найдешь из продуктов? Это, называется, женщина. Идем в кафе.
– Опять? Мог бы что-нибудь купить по дороге.
– А не проще ли было это сделать тебе? Ну, собственно, я должен был предвидеть. Ладно, смотри, что я тебе привез.
Я показал ей пояс. Она тут же стала вредничать:
– Размер не мой. Да и с чем мне его носить?
– Это уже твои проблемы. Ну, идем, я голоден.
Мы спустились в кафе и заказали бифштекс.
– Ну, рассказывай, – бросила Рода. – Добился чего-нибудь у этой напыщенной миссис Видаль? Может, она только с виду такая неприступная?
Снова принялась за свое. Я молча взял кусочек хлеба и стал намазывать на него масло.
– Эй, ответь, – приставала она.
– Должен тебя разочаровать. У нас с ней ничего не было.
– Бедняга! А ведь она такая красивая.
– Тут я согласен. – Я чувствовал, что моя благоверная начинает заводиться, поскольку не встретила ожидаемой реакции с моей стороны.
– Так она даже не пыталась соблазнить тебя?
– Успокойся же, – примирительно сказал я. – У меня есть для тебя более интересная новость, но я сообщу ее не раньше, чем ты сменишь свою заигранную пластинку.
– И что же это за новость?
– Ты закончила с миссис Видаль?
– Не делай из меня дурочку, Клэй. Ну, я слушаю.
– Я ухожу с работы. Видаль предложил мне перейти к нему, и я согласился.
Ее глаза широко раскрылись.
– А почему, можно узнать?
– Он будет платить в два раза больше, да и работа интереснее. Нельзя упускать такой шанс.
– Да неужели? А как насчет пенсии? Ты проработал в агентстве много лет, а теперь можешь остаться на бобах. Допустим, Видаль умрет, что тогда?
Замечание было резонное. Об этом я и не подумал.
– Ну с чего бы это ему умирать? Кроме того, он, видимо, как-то решает этот вопрос. На него ведь работают многие люди.
Рода с хмурым лицом ковырялась в бифштексе.
– А где ты теперь будешь работать? И как же мне добираться в магазин и обратно?
– С такой зарплатой мы скоро сможем купить тебе машину.
– Правда?
– Обещаю.
– Но только не какую-нибудь развалюху. Например, «остин-купер» или «тойоту».
– Какую захочешь, дорогая.
Это ее успокоило.
Теперь, погрузившись в мечты о новой машине, Рода сидела молча. Но уже дома, перед отходом ко сну, она опять съязвила:
– Наверное, теперь ты часто будешь видеть свою пассию.
– Вряд ли. Она обычно сопровождает мужа в поездках.
– Ладно, иди в постель. Мне что-то захотелось тебя…
У меня настроение было другое, но я не посмел отказаться. Погасив свет и заключив Роду в объятия, я попытался представить, что на ее месте находится Вал, но и это не добавило мне темперамента.
Жена осталась недовольна. Когда мы закончили, она спросила с упреком:
– Да что с тобой? Тянул как резину. Лучше бы тогда и не начинал.
Я промолчал, отвернулся и стал думать о Валерии. Заснул я уже за полночь.
Следующая неделя выдалась очень напряженной, и я был рад, что Олсон находился рядом. Я связался с Лэсингемом и рассказал ему о предложении Видаля. Он отреагировал на удивление спокойно.
– Сам решай, Клэй. Нам, конечно, будет тебя не хватать. А ты уверен, что не поторопился? Ведь сегодня Видаль есть, а завтра – при его специфическом бизнесе – прогорит и обанкротится. Ну, ладно, если что – возвращайся к нам. Место всегда найдется.
Большего я и ожидать не мог. Затем я посетил адвоката Видаля. Контракт уже был составлен. Через день мы в рассрочку купили Роде «остин-купер». Она была на седьмом небе.
Рано утром в пятницу зашел Дайер.
– Ну что, в понедельник приступаете? Я уже все подготовил для вас. – Он протянул мне пластиковый прямоугольник, который вытащил из кармана. – Вот ваш пропуск. Будете показывать его охраннику. Не потеряйте. А Коротышка в конце недели снова уезжает. – Он помолчал. – И все-таки не пойму я вас, Бердн. Здесь вы сами себе хозяин и работаете по своим правилам, у нас же все будет не так. Вы поймете это уже через пару дней.
Затем он озабоченно оглядел меня и добавил, понизив голос:
– Будьте осторожны с миссис Видаль. Между нами говоря, она тоже хорошая штучка. И с большими странностями. Иногда я ее просто не могу понять. То она хохочет, то вдруг впадает в гнев. Вот, например, с месяц назад произошел такой случай.
Мы обсуждали с ней приготовления к большому приему. Я забыл имя одного бизнесмена, она тоже его не помнила. И вдруг у меня в голове неожиданно прояснилось, я назвал его имя и от радости щелкнул пальцами. Вот так примерно. – Он показал мне обычный жест, выполняемый большим и безымянным пальцами. – И, поверите вы мне или нет, это движение повергло миссис Видаль в настоящий транс, ее словно загипнотизировали.
Она повалилась в кресло, глядя в одну точку остекленевшими глазами. Я растерялся, но потом додумался снова щелкнуть пальцами у ее лица, и она быстро вышла из этого состояния. И самое интересное, потом даже не помнила, что с ней произошло. Мы продолжали работать как ни в чем не бывало. Ну, как вам это нравится?
Дайер достал свой золотой портсигар и предложил мне сигарету. Я отказался и не стал также комментировать его рассказ.
– Ну ладно, я вас предупредил, – с нехорошей улыбкой сказал Дайер. – Не вздумайте щелкать пальцами, приятель.
– Прошу прощения, – сухо сказал я. – У меня еще много дел сегодня.
– Ну, не буду отвлекать. Счастливо провести уик-энд. – Он зашагал к двери, но там вдруг остановился. – Да, еще одно. У Коротышки мы работаем семь дней в неделю, без выходных. Так что это ваш последний уик-энд.
С этими словами он еще раз улыбнулся и исчез.
Затем пришел Олсон, и у меня даже не было времени, чтобы обдумать то, что Дайер наговорил мне про Вал.
