Читаем без скачивания Училка и мажор (СИ) - Малиновская Маша

— Нет, Лика, — возвращаю ей флайер, который она мне триумфально вручила. — Это сумасшествие. И риск. Нечего нам делать там.

— Вечеринки-маскарады — это всегда весело.

— Да. Студенческие вечеринки. А мы — преподаватели, — качаю головой. Как такой бред ей вообще мог прийти в голову?

— Ма-ска-рад, Вася! — машет она у меня перед лицом флайером. — Никто нас не узнает. К тому же, быть преподавателем — не значит записать себя в бабки. Тебе сколько? Двадцать шесть?

— Я не хочу по глупости потерять работу, Лик. Тем более в моей ситуации.

— Вот тем более! Пока ты совсем в депру не скатилась, надо встряхнуться. Жить надо, Вась. В любой ситуации стараться чувствовать себя живой. Тебе нужен адреналин, но не деструктивный.

Как по мне адреналин он и в Африке адреналин. Но Лику не переспорить. Поэтому я просто качаю головой и одеваюсь в университет.

Обратно с пар мы возвращаемся по отдельности. Лика говорит, что ей нужно кое-куда заехать, поэтому я иду на остановку одна. Размышляю над предложением декана с января взять больше аудиторных часов.

Хотя, о чём тут размышлять? Мне нужны деньги. Нужно зарекомендовать себя как надёжного сотрудника. Поэтому и думать не над чем. Я одна, семьи нет — справлюсь. Быстрее с кредитом разберусь.

Проходя мимо парковки, обращаю внимание на свободное парковочное место у колонны. Жёлто-чёрный автомобиль отсутствует там уже целую неделю, как и его хозяин.

С одной стороны, мне бы выдохнуть, что Радича сейчас нет, но с другой… Однажды он всё равно появится и снова начнёт меня изводить. Не думаю, что сольётся просто так.

Да и вообще-то хотела его поблагодарить.

Вернувшись домой, я принимаю душ и решаю приготовить суп. Вчера с Анжеликой доели тот, что она варила. Моя очередь.

Не то чтобы мы условились об очерёдности готовки-уборки, оно как-то само собой стало складываться. Это ведь честно и справедливо, нам обеим так жить комфортно. И что ещё меня покорило, так это то что при всей своей взбалмошности, Анжелика оказалась очень аккуратной и предпочитает порядок. Не педантичный, но вполне адекватный.

Закончив с готовкой, я сажусь за стол и достаю папку с лекциями. Было бы идеально подготовиться за выходные на всю неделю. Ну или хотя бы на первые два-три дня.

— Привет, задрот, — возвращается домой Анжелика. — Пятница, а ты за конспекты уселась.

— Я не задрот, — заканчиваю дописывать пометку в печатном листке и поднимаю на Лику глаза. — На неделе не хочу в запаре быть. Сейчас закончу эту лекцию и можем фильм на вечер выбрать.

— Выбирай, — она закатывает глаза. — И что-нибудь понафталиновей. А я собираюсь сегодня оторваться.

Она берёт пакет, с которым пришла, и вываливает его содержимое на диванчик. Какая-то яркая одежда с блёстками и оборками.

Кажется, Анжелика не отказалась от своей идеи пойти на вечеринку-маскарад в клуб.

— Я не собираюсь тухнуть, Вась. И тебе очень не советую, — говорит она мягко, присев рядом со мной за стол. — Ты классная. Очень красивая. Но у тебя сложный период в жизни. Ты ведь изучала психологию в университете? Помнишь, что рассказывали про депрессионные воронки? Попадёшь в одну из них, а выбраться очень сложно. Поэтому давай, откладывай лекции. Приготовим салат из креветок, выпьем по стаканчику ягодного джина — я бутылочку прикупила, натянем классные шмотки и маски — и вперёд. Никто нас не узнает, вообще не факт, что там будет кто-то из наших студентов.

Она берёт яркий оранжевый парик, надевает его, прикладывает к лицу чёрную кружевную маску и подмигивает мне в прорезь для глаз.

Действительно не узнать её. А если добавить костюм и макияж…

— Креветок в салат давай положим побольше, — закрываю тетрадь с лекциями. — И джин я всё равно разбавлю лимонным соком.

12

— Это какое-то издевательство над детскими сказками, — поправляю перед огромным зеркалом в холле бирюзовую маску с чёрной оторочкой и белыми неоновыми нитками, что должны светиться в ультрафиолете в клубе, и красный парик. — Я та ещё Русалочка.

— Сказки на самом деле совсем не добрые детские истории, — Лика наносит ещё один слой блеска для губ поверх ярко-голубой помады. — Знаешь настоящую историю спящей красавицы? Принц, когда нашёл её в заброшенном замке, совсем не собирался целовать и будить. Он её изнасиловал. А проснулась она от того, что рождённые через девять месяцев близнецы сосали её груди.

— О! Зачем ты мне это рассказала? — кривлюсь я, шокированная подробностями. — Я очень любила эту сказку.

— Её детскую интерпретацию, Вась. На самом деле сказки страшные. Почти все.

— Н-да уж.

И вот Снежная королева в короткой пышной юбке и серебристых сапогах на шпильке до самой середины бедра и Ариэль в ниспадающем блестящем тёмно-зелёном платье чуть выше колена, получают на свои запястья печати клуба и проходят внутрь.

Боже, и на что я подписалась? Хочется шлёпнуть себя ладонью по лбу. А заодно и Анжелику.

Народу тут пруд пруди. Все разряженные, разрисованные как на Хэллоуин. Кто-то более лаконично: в маске и красивом платье, но большинство в ярких костюмах.

— Это всё студенты института культуры! — перекрикивая музыку, вопит мне на ухо Лика. — У них это традиционные тусовки. И остальные понемногу примазываются.

Ну то, что большинство посетителей тут будет не из нашего университета, уже радует.

Музыка шарашит по барабанным перепонкам, заполняя собою всё пространство. Кажется, будто эти тяжёлые басы можно руками потрогать. Это вводит в особенное состояние, возможно, что-то сродни трансу. Ведь люди и раньше вызывали измененные состояния психики при помощи музыки и ритмов.

Яркие разноцветные световые полосы в темноте клуба, причудливая подсветка потолка, сцены, пола, барной стойки и кабинок и яркие костюмы посетителей сливаются в причудливую фантасмагорию, и ты будто попадаешь в совершенно иной мир.

— Привет, девчонки, — возле нас останавливается высокий парень в красном плаще поверх джинсов и толстовки и маске. — Растерялись? Могу сориентировать.

Я прищурилась, пытаясь понять, не мой ли это студент. Но проблема в том, что я отработала совсем недолго, и всех ещё в лицо не запомнила, а вот они меня… Одна надежда , что в костюме, парике и маске не узнают. Я и сама, глядя на себя в зеркало, не узнала. Но всё равно страшно.

— Возможно, — кокетливо отвечает Лика, а потом берёт меня за руку и тащит в гущу толпы.

Я позволяю ей делать это. Она права, нужно расслабляться. Сколько я в клубах не была? Лет пять? Как в последний раз с девчонками-одногруппницами на четвёртом курсе ходили, так и всё. Потом я познакомилась с Пашей, пару раз мы были с его друзьями в клубе, но чаще всего встречам в компании он предпочитал домашние посиделки.

Да и вот это “тыжучитель” тоже лепилось всеми подряд: и Пашей, и мамой, когда жива ещё была, и начальством в школе, когда в отпуск или на праздники уходили.

Поэтому — да! Я позволю себе расслабиться и отдохнуть.

Принимаю такое решение, в том числе благодаря ягодному джину, выпитому с Ликой дома, и отпускаю напряжение и страх. Впускаю музыку внутрь, разрешая себе танцевать.

Я сегодня не Василина Адамовна, и даже не просто Вася.

Я сегодня Ариэль. Вот так вот.

Внедрившись в танцующую толпу, мы с Анжеликой начинаем танцевать. Открыто, свободно, как хочется. Длинные красные локоны шикарного парика падают мне на лицо, а расшитая блёстками ткань платья фантастически переливается под светом разноцветных ламп, отдаёт бликами под вспышками колорченджера.

— Что-то я уже протрезвела! — кричит мне Анжелика, наклонившись. — Пошли по коктейлю выпьем.

— Пошли! — говорю ей на ухо в ответ.

Мы идём к стойке, возле которой кого только нет: пираты, медсёстры, принцессы, бэтмены и прочие. Есть совсем откровенные, есть более закрытые. На любой вкус.

— Привет, Ариэль, — рядом со мной возникает какой-то парень в джинсах и в маске. — Классный костюм!