— Безусловно, — согласилась я. — Это ты классно придумал.
— Только давай честно, Лиль. Что тебе на самом деле нужно? Я помогу тебе, а ты — мне. Даже договор напишем, чтобы уж без обмана.
— Об этом поговорим позже, — покачала головой я.
— Не доверяешь? Ну и правильно. Я тебе тоже не доверяю, вот.
Вилли оказался своим в доску парнем, мы с ним быстро подружились. Он действительно шарил во всех этих книгах и имел поразительную память. Архивариус — не самая почетная профессия для мужчины, но и Вильгельм был не типичным гномом. Он был ленив, терпеть не мог физический труд, зато обожал читать. Этакий работник интеллектуальной сферы. И шутки у него тоже были заковыристые. Обычные цверги их понимали плохо и на всякий случай Вилли лупили за них. Поэтому он и нашел себе убежище в библиотеке, где было тихо, спокойно и работать не заставляли. На самом деле Вильгельм, конечно, работал не меньше шахтера: за несколько лет он привел в порядок сотни книг, организовал систему хранения, начал переписку с другими кланами и даже с альвами и оборотнями (о, здесь и в самом деле есть оборотни?), постоянно пополнял библиотеку и даже заинтересовал чтением большую часть клана. Женщины читали про любовь, мужчины — что-то по ремеслу и иногда эпос.
Вильгельм даже не понимал, что делает что-то выдающееся, напротив, он реально получал удовольствие от своей жизни, так непохожей на представления цвергов о мужской доле. А то, что ему присвоили звание архивариуса и начали платить жалование, воспринимал не как достижение, а как само собой разумеющееся. Ну, архивариус. Не воин же, не Мастер ювелирного дела, не литейщик и не чеканщик по драгоценным металлам.
Отец, узнав, что я торчу в библиотеке целыми днями, возражать не стал. Только предупредил Вилли, что он мне не пара, и если что — ноги вырвет. А так — чем бы Лилечка не занималась, лишь бы больше в Совет не прибегала и ночным горшком в него не тыкала.
7. Алмазная лилия
Про артефакт перемещения клана Алмазных формата «секстант» в записях было ничтожно мало. Уж точно не было ни чертежа, ни инструкции. Только краткое описание. Вилли уже знал мою цель и только головой качал. Но помогал изо всех сил.
Вот и сейчас мы с ним сидели, обложившись книгами. Я листала сборник скабрезных историй про любовь и то и дело краснела и хихикала, а он и в самом деле работал. Что-то просматривал, записывал, нумеровал листы. Где-то подклеивал, оставлял закладки. Потом откинулся на спинку стула, посмотрел на меня внимательно и хрюкнул.
— Чего? — недовольно отвлеклась я от разглядывания весьма проработанной картинки двух совокупляющихся эльфов (в смысле, эльфийки и эльфа, а не то, о чем вы могли подумать).
— Алмазная лилия! — пафосно провозгласил Вилли.
— А в глаз? — хмуро спросила я. — Не смешная шутка, Вильгельм. Совсем не смешная. Знаешь, сколько я их за свою жизнь наслушалась?
— Да нет, ты не поняла, — захихикал гном. — Это артефакт такой, называется Алмазная лилия. Там несколько кристаллов срослись в форме цветка, ну я сейчас покажу.
Архивариус начал листать огромный талмуд, лежащий на столе, а потом гордо ткнул своим коротеньким толстым пальчиком с чёрной грязью под ногтями в картинку:
— Вот!
Я посмотрела. Мда, лилию в этом странном кривом кристалле предположить было сложно. Моего воображения на это не хватало. Но допустим, допустим. Только чем оно мне может помочь?
— Да не разглядывай, так форма кристалла называется. К цветку она имеет весьма смутное отношение. Так вот, эту "лилию" когда-то нашёл сам мастер Данияр, — с придыханием рассказывал Вилли. — Он, кстати, свихнулся потом. Все мечтал выточить из кристалла цветок, который затмит живой. Но не выточил, конечно, потому что камень есть камень. Но мастер Данияр не ел, не спал… пиво, правда, пил… целыми днями пропадал в мастерской! А в один день он просто исчез, будто его и не было. А "лилия" эта ещё дня три светилась, как болотная гнилушка.
За что я люблю гномов, так это за то, что из них романтики — как из меня корейский идол. Я, кажется, такая же. Нет во мне поэтической жилки.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Кристалл забрала себе жена Мастера. Сказала — совместно нажитое имущество и не волнует. А через неделю она заявила, что эта штука исполняет желания. Но только заветное, которое годами выношено. Во всяком случае, у нее исполнила. Она стала блондинкой.
Тут я не могла не заржать в голос. Надо же такое придумать — мечтать стать блондинкой! Да еще годами! Поди тетка просто поседела с горя, что муж пропал. Вот и весь секрет камня.
— "Лилия" снова горела. Начали её исследовать: оказалось и правда, желания исполняет. Кто-то вырос на вершок, у кого-то волосы на голову вернулись, а кого-то к эльфам закинуло, вот уж у цверга потаенные мысли, а?
Так, стоп! Закинуло к эльфам? То есть кристалл мог перемещать? Он может меня и обратно в мой мир вернуть?
— Где эта хреновина находится? — требовательно спросила я у Вилли.
— Угадай с трех попыток! У альвов, разумеется! Когда "лилия" перестала сиять, а желания исполняться, цверги решили обратиться к специалистам по магии. К альвам. Те забрали артефакт на исследование, но так и не вернули, сволочи ушастые. Но в тот момент цвергам было не до артефактов. Желания ведь разные бывают. Это нормальному цвергу достаточно волос на голове для полного счастья, а кто-то мечтал стать князем или заполучить чужую жену. Неразбериха началась — самое настоящее смутное время в истории клана Алмазных. В общем, про "Алмазную лилию" специально забыли, от греха подальше. Что уж с ней у альвов стало, я не ведаю. Но у них пропасть кристалл не мог, они не такие.
Я задумалась. К альвам меня никто не пустит, это факт. Во всяком случае, пока я наследника не рожу. А я им не племенная кобыла, я даже и не собираюсь. Хотя папахен может мне устроить геноцид, у него совести хватит. Нет, не так: он вообще не знает, что такое совесть. Закатает в ковёр и продаст какому-нибудь приятелю, так сказать, на размножение.
— Вилли, а у цвергов насильственные браки часто практикуют? — спросила я архивариуса, тщательно перерисовывая кристалл в блокнот.
— Что значит "насильственные"? — уточнил Вильгельм. — Когда парень жениться не хочет, а его заставляют? Ну, бывает.
— А девушку?
— Все девушки хотят замуж! — глубокомысленно изрек Вилли. — Их хлебом не корми, дай честного цверга соблазнить и обраслетить! Бедные мы бедные, бесправные мужики…
— Кончай паясничать, — вздохнула я. — А не то тебя в мужья потребую, будешь… бедным и бесправным.
— Не надо! — отпрянул Вилли. — Что я с тобой делать-то буду? Я ещё не нагулялся! Я слишком молод, чтобы жениться!
Я закатила глаза, мрачно размышляя, стоит ли рассказывать моему юному другу о том, что нужно делать с женщинами, или не нужно шокировать парня. Все же он ещё очень молод, тридцать годиков всего. У меня вот, кстати, книжка есть. С картинками.
— Ты можешь мне рассказать нормально, какие брачные обычаи у цвергов? Я ведь совсем ничего не знаю.
— Могу, — заулыбался Вилли. — Я серьёзно говорю: мужики в браке бесправны. Если женился, то всё, терпи. Жена имеет право что угодно делать, хоть сковородкой тебя по башке бить. А ты не моги даже пригрозить — она сразу старейшинам жаловаться побежит. Содержать жену ты должен до конца жизни, даже если она от тебя уйдёт. Ну, конечно, пока снова замуж не выйдет. А они, жужелицы болотные, ведь не выходят! Зачем им, если муж обязан? Дети все остаются у мужчины. Мамка может, конечно, их забрать, но проще же оставить и навещать иногда. Ну и имущество: при разводе она у тебя ровно половину оттяпает, а если детей заберёт, то и вовсе с голой жопой останешься.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— А причины для развода какие? — уточнила я.
— Муж храпит… че ты ржёшь, и такое бывает! Мало денег, мало секса, много секса, жратву твою не ест, с другой бабой застукали, ругается сильно. А мужик может развестись только, если жена изменяет или не даёт… но это у цвергов редкость, наши женщины темпераментны. Но мужики разводиться не хотят…
