дверь в глубокий холодильник, в котором, как я знала, хранился ассортимент соков. Прямо сверху во льду стояли бутылки с апельсиновым соком с яркими наклейками на них. Мне, вероятно, придётся немного покопаться, чтобы найти что-то ещё. Я не была поклонником апельсинового сока, что всегда заставляло людей улыбаться по какой-то глупой причине. Наверное, поскольку я жила во Флориде, мне автоматически полагалось наслаждаться апельсинами.
Закатив рукав толстовки, я погрузила руку в лёд. Стиснув зубы, прислонилась верхней частью тела к холодильнику и протянула руку так далеко, как только могла. Послышался слабый звон колокольчиков на двери, указывающий на то, что кто-то вошёл, но я была сосредоточена на своей задаче. Мои пальцы наконец нашли гладкую стеклянную тару, и я начала вытаскивать её из ледяных оков.
— Клюква внизу, — сказал тёплый голос надо мной.
Я вздрогнула и громко ударилась головой о столешницу над собой.
— Ай! Чёрт! — я подняла руку, чтобы потереть ушибленное место.
Самюэль сел на табурет передо мной.
— Прости, Эмилия, — сказал он, сдерживая улыбку. — Я не хотел тебя напугать.
— Ты не напугал, а просто… удивил меня, вот и всё, — я назло стряхнула конденсат с бутылки с соком в его сторону, прежде чем приложить её к чувствительному месту на затылке.
— Две травмы за два дня. Думаю, для меня это рекорд.
— Если имеешь в виду мои сломанные ребра, то этот инцидент произошёл после полуночи. Так что технически ты причинил две травмы за один день.
— Давай не будем доводить до трёх, хорошо?
Глаза Самюэля сверкнули на меня из-под ресниц, и я на мгновение застыла, ошеломлённая. Несмотря на нашу неудачную встречу прошлой ночью, это был первый раз, когда я действительно хорошо рассмотрела его. Сказать, что с возрастом он стал красивее, было бы преуменьшением.
Его волосы были темнее, менее хаотичными, но уложены так, чтобы эти упрямые кудри выглядели намеренно растрёпанными. Цвет корицы всё ещё дразнил кончики, когда Самюэль повернул голову. Ему это очень шло. Плечи стали широкими, а предплечья, лежащие на прилавке, более толстыми и сильными. Тогда я поняла, что с тех пор, как мы виделись в последний раз, Самюэль из мальчика превратился в мужчину. И, судя по всему, хорошо с этим справился.
— Ты в порядке? — В его глазах все так же светилась забота.
Я сморщила нос и улыбнулась.
— В порядке, — я кивнула головой. — Сок?
Парень взял предложенный мной апельсиновый сок, и я закрыла дверцу холодильника, прежде чем обойти стойку и сесть на табурет рядом с ним.
Джексон вышел из-за угла и поставил передо мной мои тосты, а перед Самюэлем — тарелку с завтраком.
— Рад тебя видеть, сынок, — улыбнулся старый повар.
— Спасибо, Джексон. Я тоже рад тебя видеть.
Самюэль поднял вилку и откусил кусочек своих картофельных оладий. Я старалась не пялиться на то, как двигались его губы, пока он жевал.
— Итак… где Энди? — спросила я, откусив тост и открутив крышку с клюквенного сока.
— Дома, мучается с похмелья, — усмехнулся Самюэль. — Предполагаю, он встречался с какими-то парнями прошлой ночью и напился в хлам.
— Он легковес, — хихикнула я. Самюэль кивнул над своим завтраком. — Ты уже говорил с ним?
— Нет. Я полагаю, ты не расскажешь мне об этом большом сюрпризе?
— Ни за что. Так что… что ты здесь делаешь?
— Мама сказала, что вы с Энди должны были поехать на пляж, чтобы пробежаться. Так как он не был готов к этому, я подумал, что составлю тебе компанию.
— О… — я нахмурилась, глядя на корочку хлеба на своей тарелке. Старый добрый Самюэль, его снова заставляют нянчиться с детьми. — Тебе действительно не нужно этого делать. Я имею в виду, уверена, что у тебя есть дела поважнее, пока ты в отпуске. И ты вернулся вчера поздно вечером. Ты, должно быть, устал.
— В чём дело, Эмилия? — Самюэль ухмыльнулся и сделал глоток сока. — Боишься, что не сможешь за мной угнаться?
Мои глаза сузились сами по себе. Я действительно уже недостаточно хорошо знала Самюэля, чтобы понять, дразнит ли он меня. Вызывающий тон его голоса заставил меня стиснуть зубы.
— Больше боюсь увидеть, как ты плачешь, когда я оставлю твою задницу в пыли.
— Так что? — Самюэль фыркнул, казалось, забавляясь. — Давай приступим к делу.
Самюэль схватил обе наши тарелки и отнёс их обратно на кухню, в то время как я принесла две бутылки воды для поездки. Как всегда джентльмен, Самюэль открыл для меня дверцу машины и я проскользнула внутрь.
— Хорошая машина, — похвалила я, когда он сел за руль.
— Это арендованная, — пожал он плечами.
— Ты все ещё водишь Элеонору?
Я вспомнила, что он уехал в колледж на старой синей машине, которую так любил и на которой возил нас с Энди, когда ещё жил дома. Самюэль не спорил, когда Энди дал имя машине. Конечно, он назвал её в честь песни «Битлз».
— Она умерла несколько лет назад, — покачал головой Самюэль. — Я всё ещё не заменил её. В любом случае я почти всегда езжу на такси или метро, когда нахожусь в городе.
Мы оба улыбнулись, и парень снова перевёл взгляд на дорогу. Я на мгновение посмотрела на его профиль, думая о том, как странно было вот так сидеть рядом с ним. Годы изменили нас обоих, но всё казалось совершенно по-старому.
Опустив стекло, я откинула голову назад и позволила ветру трепать короткие пряди волос, выбившиеся из моего конского хвоста, вокруг лица. Туман проигрывал свою битву. Солнце пробивалось сквозь пелену.
ГЛАВА 4
К тому времени, как мы добрались до пляжа, туман полностью рассеялся. Теплый солнечный свет пробивался сквозь облака и заливал участки песка своим кремово-желтым светом. Я наблюдала, как Самюэль стянул через голову толстовку и бросил ее на сиденье машины. Его футболка красиво облегала твердую грудь, и я опустила взгляд к своим ногам. Внезапно я пожалела, что не догадалась надеть более тонкую футболку под свой старый спортивный костюм.
Я стояла рядом с пассажирской стороной машины в то время, как Самюэль оставался у дверцы со стороны водителя. Мы оба делали растяжку, готовясь к пробежке.
— На самом деле меня не удивляет, что вы с Энди занялись бегом трусцой, — сказал Самюэль через крышу машины.
— Почему это? — спросила я, наклоняясь в талии, чтобы прижаться лицом к коленям. Задняя часть моего бедра слегка запротестовала, напомнив о вчерашней пробежке.
— Ну… потому что в старших классах я занимался бегом по пересеченной местности и легкой атлетикой, — объяснил Самюэль. Он смотрел прямо перед собой, делая неглубокие выпады. — Вы, двое детей, всегда
