— Откажешься запечатывать врата?
— Да.
— И что они сделают?
Хороший вопрос. Если бы Девятеро или сами боги умели запечатывать порталы, никто бы меня не выдергивал в этот мир. Не умеют. Следовательно, будут вынуждены торговаться. А я потребую голову прекрасного принца на золотом блюде.
— Начнут переговоры.
— Уверен?
— Полагаю, у них нет выбора.
— Мы ничего не знаем о богах.
Целую любимую в щеку и топаю на кухню. Точнее — в кухонную зону второй комнаты. Там у нас гостиная и столовая. Спать расхотелось, так что не помешает заварить кофе. И связаться с администратором отеля. У них, если мне память не изменяет, есть своя кафешка и доставка еды в номер. Дополнительная опция.
Одноразовые кофейные пакетики в наличии.
Чудесно.
— Кофе будешь?
— Давай, — соглашается жена.
Верный признак намечающегося примирения.
Остается лишь закрепить успех ночью. И подарить супруге что-нибудь приятное. Женщины умеют заставить вас чувствовать свою вину по малейшему поводу. Бывшая влезла в жизнь, не заметил новую прическу, что-то ляпнул сгоряча, забыл про годовщину первого свидания… Причин для срача — пруд пруди. Руководствуясь опытом прошлого воплощения, я знаю, что разгорающийся конфликт нужно давить в зародыше.
Вспыхивает красный индикатор на электрочайнике.
Не люблю растворимый кофе.
Схожу вечером за зернами, если найду кофемолку. Ага, есть кухонный комбайн. Настроение после визита божественной фурии стремительно улучшается.
— Ты права, — говорю я, возвращаясь в спальню с двумя чашками кофе. — О богах мы ничего не знаем. Или почти ничего.
— Почти? — хмурится Арина.
Ставлю чашки на журнальный столик.
И суммирую факты:
— Смотри. Боги выдернули меня из умирающего тела и перенесли в Сергея Друцкого. Это раз. Боги подчинили себе эту версию Земли, назначив «смотрящих» — Клуб Девятерых. Это два. Каждый член Клуба представляет интересы «своего» бога. Значит, этих могущественных сущностей минимум девять. Это три. Богам не нравятся твари, они их даже боятся. Есть версия, что твари созданы как оружие против этих самых богов. Это четыре. А пятый пункт вытекает из четвертого. Есть антибоги. Кто-то не менее могущественный и опасный, чем хозяева этого мира.
— И какие выводы мы делаем? — Арина потянулась за своей чашкой.
— Я им позарез нужен. Тем, кто стоит за Клубом. И мной так просто не пожертвуют — во всяком случае, до обнаружения и запечатывания врат. Это можно использовать, но лишь на первых порах. Мы должны понять, как защититься от богов в будущем.
— Вряд ли это возможно, — в голосе жены звучит обреченность.
Люди привыкли поклоняться богам. Я сам такой. Мы верим, что сила высших существ безгранична, а бросить им вызов — самоубийство для смертного. Мы готовы подчиняться, раболепствовать, строить храмы и приносить жертвы, но только не признавать очевидный факт. Боги нуждаются в последователях не меньше, чем последователи — в них. Это симбиоз. А раз так, высшие создания не всемогущи. У них есть уязвимые места.
Почему я над этим думаю?
Мне нравится новая жизнь. Я люблю свою жену. Скоро у нас появятся дети. У меня есть деньги, влияние постоянно растет. И терять всё это по чьей-то неодолимой и непреклонной воле я не хочу.
— Знаешь, — сказал я, делая глоток из своей чашки, — я ведь тоже думал, что перерождение в чужом теле — вещь невозможная. Однажды происходит то, что не должно было произойти. Всегда что-то случается впервые.
Допив кофе, я начал обзванивать своих соклановцев. Всех, кто участвовал со мной в набеге на Академию Фуллера. Включая Рэйдена, который сейчас находится где-то в Конфедерации. И знаете что? Другие корректировщики не пострадали. Впрочем, я и ждал чего-то подобного. Мейронг фактически призналась, что тварь и подосланные шиноби — дело рук Ратмира. Вы оба нарушаете правила, сказала она.
И еще.
Больше нет магов, способных дать отпор тварям. В угоду собственным интересам я отдал на растерзание хищникам целые страны. Янг успел подготовить смену, но вряд ли он передал все знания. Четвертый отдел может не справиться с первой волной. Погибнут миллионы — по моей вине.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Наверное, стоило бы перестать играть в эти детские забавы с местью за давно свершившееся и поросшее быльем. Объединиться, организовать совместную оборону. Вот только никто не остановится. Зря боги выдернули нас обоих из загробного мира. Надо было оставить хоть одного волхва на съедение астральным сущностям.
Вечером позвонил Виталик.
— Здорово, — сказал я, не разворачивая картинку.
— Сильно занят?
— Не очень. А что случилось?
— Я тебе документы сбрасывал на подписание. Мы там одну криптобиржу мелкую поглотили, надо утрясти кое-какие формальности.
— Извини, — я направился к модульной стенке, в которую был встроен гостиничный сейф. Там у меня сейчас хранятся распечатки документов. — Замотался.
— Подпиши, отсканируй и сбрось мне. Сейчас, ладно?
— Хорошо, — я набрал код, открыл сейф и достал солидную кожаную папку. — Уже.
— Спасибо. Перезвони, как справишься.
Бумаги оказались соглашением о реорганизации, в котором с одной стороны прописывалась наша компания, «Техноинвест», а с другой… криптовалютная биржа «Коиншаркс». На первый взгляд — рядовое поглощение. Вот только меня что-то смутило. Биржа принадлежала сообществу инвесторов, название которого мне показалось смутно знакомым. Я тут же пробил партнеров по сделке и выяснил, что контрольный пакет акций принадлежит клану Белозерских. То бишь, заклятым врагам Друцких. Вчитавшись в соглашение, я охренел. По условиям сделки, Дмитрий Белозерский, старший сын главы рода, входил в совет директоров моей компании. С минимальной долей акций, но всё же.
Повторно звоню Виталику.
Жду, пока тот снимет трубку.
— Сыроежкин, — мой голос становится мрачным и тяжелым. — Ты с головой дружишь?
Глава 5
Заснеженный городок нагонял тоску.
Центр — малоэтажные дряхлеющие постройки, забитые пенсионерами. Две или три усадьбы, хозяева которых большую часть года жили в Питере. Вечно раскопанные улицы, квадратная площадь, административное здание серого цвета. Убогий частный сектор. Пара приличных магазинов и служба доставки. А еще — железнодорожная станция. Вот и всё, что я могу рассказать о городе Чудово, расположенном в часе езды от Великого Новгорода.
Ничего примечательного.
Разве что заброшенное имение графа Аракчеева с мощным, но малоизвестным Источником. Аракчеевы пали во время Второй Магической войны, а имение перешло к их дальним родственникам, после чего захирело и перестало интересовать кого-либо. Я поначалу офигел. Существует десятибалльная шкала оценки Источников, и аракчеевская усадьба соответствует твердой восьмерке. И такое богатство никому не нужно? Эпохи меняются. Сейчас важны хабы, близость цивилизации, свет и очки влияния. Многое решается не силой, но деньгами и политикой. Источник в глухомани — не Источник. Так мыслят современные дворяне.
И вот мы подъезжаем к графским руинам.
Знаете, вопрос о том, где укрыться от тварей во время нашествия, сейчас актуален. Случаи прорыва хищниками ткани реальности участились. В Империуме уже десять точек, в которые приходилось выезжать моим ученикам. Разброс впечатляет — от Северного Кавказа и Финляндии до тундры и Тихоокеанского побережья. По миру та же хрень. Засекретить прорывы становится всё тяжелее, а наша разведка не зря ест свой хлеб. У Василия Тьмы есть интерактивная карта с огоньками, отмечающими «очаги». И там этих огоньков уже добрая сотня. Паутина гудит от мрачных слухов, чувствуется нарастающая паника. Я это к чему? Твари выбирают кормовую базу. А это означает, что первыми падут мегаполисы. Ну, или выстоят, но переживут не лучшие моменты в своей истории. Я четко уяснил одну вещь: чем меньше людей, тем безопаснее. Хутор, если следовать этой логике, идеальное место для строительства родового гнезда. Вот только не каждый поедет туда жить. Поэтому депрессивный городишко хотя бы с зачаточной инфраструктурой — золотая середина между столицей и деревянным срубом в тени соснового бора. Тем более, что графские руины стоят на отшибе.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
